Офисный день

Действующие лица: Карыч, менеджер Пин, ведущий разработчик Ёжик, миддл разработчик Крош, миддл разработчик Совунья, старшая разработчица Лосяш, старший аналитик Бараш, стажер Копатыч, админ Нюша, HR-специалистка       На рабочую почту Ёжика пришло оповещение, от которого у него упало сердце. Можно было подумать, что он получил трагичное известие, но это было всего лишь сообщение от менеджера о том, что, начиная со следующей пятницы в их команде вводятся еженедельные поездки в офис.       Ёжик не был в офисе с доковидных времен, да и тогда приезжал туда всего пару раз. Едва он успел устроиться на работу, начались карантины и ограничения, а когда они сошли на нет, выходить в офис с удаленки уже никто не захотел. Ёжик недавно перешел с проекта на проект, поэтому большую часть коллег даже не знал в лицо. Знал только своего непосредственного руководителя Пина и их менеджера Карыча, который и сделал эту рассылку с темой «Офисный день».       Первой мыслью было проигнорировать эту новость и, когда придет пятница, сделать вид, что не заметил письмо. Конечно, это некрасиво, но зато он сможет остаться дома среди своих кактусов, с ароматным чаем и теплым пледом, и лишний раз не вгонять себя в тревогу от общения с малознакомыми людьми. Но что потом? Первый «офисный день» еще можно проигнорировать, но рано или поздно придется туда поехать, и возможно тогда ему будет неловко, если все уже подружатся, а он останется в стороне.       Он занес курсор над кнопкой Accept, отображавшейся возле шапки письма, но помедлил, подумав, что все же не стоит показывать, что он видел новость, мало ли, вдруг к пятнице все об этом забудут или другие сотрудники откажутся выходить с удаленки. Стоит подождать и посмотреть, что будет.       Всю следующую неделю Ёжик пытался не думать о возможной предстоящей поездке на работу. Он хотел, чтобы кто-нибудь прокомментировал это нововведение и внес больше ясности, но в то же время боялся увидеть подтверждение того, что ездить в офис действительно придется.       Наконец вечером четверга он решил, что все же хотел бы увидеть пояснения, но их по-прежнему не было, во всех телеграм-чатах была тишина, только в общей флудилке на двести человек кого-то поздравляли с днем рождения. Как назло, он опоздал на последний еженедельный митинг команды проекта, а ведь наверняка именно там Карыч продублировал объявление с почты, и ему можно было бы задать вопросы, но Ёжик упустил этот шанс. Когда он зашел на тот созвон, коллеги как будто и правда говорили что-то про офис, но быстро сменили тему.       Он подумывал написать в чат команды "Железная няня" (беседа называлась именем разрабатываемого ими приложения для родительского контроля) и спросить про пятницу, но стеснялся и не мог собраться с мыслями. Еще немного посомневавшись и решив не привлекать внимание всего проекта, он зашел в личную переписку с менеджером. Их беседа практически пустовала, к Карычу принято было обращаться только по организационным вопросам, а повседневные рабочие дела обсуждались с Пином. Ёжик и сейчас написал бы Пину, но ведь первоначальное письмо отправил не он. И в конце концов, Карыч не злой и не вредный, просто Ёжик плохо его знал, оттого и немного боялся.       Сделав скриншот письма, Ёжик набрал сообщение:       привет       можешь, пожалуйста, мне рассказать про вот это?       я опоздал на созвон, когда это обсуждали, и почти ничего не понял. меня же это тоже касается?       Время было еще не слишком позднее, но уже и не рабочее, поэтому отчасти он понадеялся, что Карыч ему не ответит. Подождав пять минут и все еще видя серые галочки на своем сообщении и «был в сети недавно» возле аватарки Карыча, Ёжик отодвинул от себя ноутбук и решил сходить за чаем. Вставая из-за стола, он по привычке взял в руку телефон, и тут же увидел входящий вызов в телеграме. Сердце забилось чаще, это был Карыч.       Ёжик от испуга машинально смахнул звонок пальцем и случайно сбросил вызов, от чего испугался еще сильнее. Они с коллегами почти никогда не созванивались по телеграму. Да и кто звонит вот так, без предупреждения, не спросив, есть ли время поговорить? И все же это начальник, его звонки сбрасывать нехорошо.       Собравшись с мыслями, Ёжик снова открыл их чат и увидел, что Карыч что-то печатает, но решил из вежливости сам перезвонить ему. Трубку Карыч поднял почти сразу.       – Алло! – раздался голос из телефона. И кто сейчас говорит «алло»? Сразу видно – человек старше сорока.       – Привет, – сказал Ёжик.       – В общем, дружище, идея такая, – начал объяснять Карыч, – я решил, что мы слишком редко видимся с командой и придумал, что надо всеми собираться в офисе, чтобы не забывать лица друг друга. Будет такой вот тимбилдинг.       – Тимбилдинг? – Ёжик напрягся, кто знает, что стоит за этим словом, может какие-то странные околосектантские игры, а может общая пьянка…       – Ну не прямо тимбилдинг. Просто приедем, будем работать из офиса, сможем пообщаться и заодно митинг по проекту прямо там провести.       Ёжик немного выдохнул, но тут вспомнил, что у него нет пропуска.       – Карыч, а я пропуск от офиса, так сказать, потерял еще в ковид. Как же я зайду туда?       – И ты что, ни разу не приезжал с тех пор? Вот это да! Ну не переживай, мы сделаем тебе новый. А завтра, как приедешь, напиши в чат команды, кто-нибудь тебя встретит.       «Ну вот, – подумал Ёжик, – лишний раз светиться в общем чате»       – Спасибо, Карыч, – сказал он.       – Значит, приедешь? – с улыбкой спросил Карыч.       – А что, есть варианты? – усмехнулся Ёжик.       – Нет, – так же весело ответил менеджер.       

***

      Пятничным утром Крош впервые с тех пор, как его приняли на работу, шел в офис. То есть технически в первый рабочий день он уже появлялся там, чтобы подписать документы, получить пропуск и рабочий ноутбук, но тогда он виделся только со своим руководителем Пином и девушками из отдела кадров, после чего он обосновался дома и работал уже только оттуда.       Иногда ему хотелось сходить на какой-нибудь корпоратив или тимбилдинг, но они вечно выпадали на дни, когда его не было в городе. А ездить в офис, просто чтобы работать, было неохота. Не хотелось, чтобы его контролировали, не хотелось сидеть за столом целый день. Он с радостью приезжал бы на работу пару раз в неделю, чтобы пообщаться с коллегами, но в последние годы в офисе сидело только начальство, а с ними вряд ли было бы интересно. Бóльшую часть команды проекта он знал заочно, и теперь ему было любопытно поглядеть на них вживую.       Их компания занимала один этаж высокого офисного здания, не нового, но с хорошим ремонтом внутри. Кабинет, где должна была сидеть их команда, был большим, почти как опенспейс, и, когда Крош открыл стеклянные двери и зашел, то немного растерялся, потому что большинство столов пустовали и он не мог зацепиться глазами ни за одно знакомое лицо.       – Привет! – сказал он, сам не зная кому именно, и уже начал думать, что возможно ошибся дверью.       – Крош! Ты прийти, – раздался знакомый голос. В углу кабинета, рядом с кофемашиной стоял Пин, помешивая ложечкой свой утренний эспрессо в кружке с котом и надписью «я чё-то нажал и всё исчезло».       – Пин, привет! – обрадовался Крош. – Куда мне сесть?       – Куда хочешь. Кто первый прийти, тот место и занять, – ответил Пин, сам усаживаясь у стены рядом с кофемашиной.       Крош огляделся и выбрал себе стол у окна – ему хотелось ловить последние сентябрьские лучи солнца.       – Больше никто из наших пока не пришел? – спросил он у Пина.       – Карыч тут, но он на встреча, а остальные, похоже, задерживаться.       Раскидав вещи по рабочему месту, Крош открыл ноутбук и пока он включался, решил сходить за чаем.       – В кабинете только кофе? Чая нет?       – Найн.       – Дискриминация, ёлки-иголки, – вздохнул Крош, не переставая улыбаться.       – Ты не любить кофе?       – Я не любить тремор, тахикардию и расстройство кишечника. Так и где же здесь раздобыть чаю?       – Кухня по коридору направо.       – Спасибо, Пин.       И Крош весело зашагал к выходу из кабинета.       

***

      Ёжик написал Пину с просьбой встретить его у входа на этаж и открыть дверь своим пропуском, к счастью Пин сразу откликнулся и не пришлось беспокоить остальных в чате команды. Когда они вместе вернулись в кабинет, на месте уже были Копатыч, Лосяш и Совунья. Все поздоровались с Ёжиком, но затем продолжили болтать о чем-то своем – кто-то про дачу и огород, кто-то про своих детей, кто-то про новости компании. Только Пин тихо и устало стучал по клавишам в своем углу.       Ёжик выбрал место у стенки, слегка поодаль от остальных. Ему хотелось сходить за чаем или купить шоколадку в автомате на кухне, но через сорок минут должен быть начаться митинг, до которого он надеялся успеть доделать задачу, чтобы на встрече уже отчитаться по ней и доказать самому себе, что он не бездельник и чего-то стоит. Никто не сомневался в этом, и часто его даже хвалили, но сам Ёжик то и дело переживал, что работает недостаточно эффективно. А теперь еще и в офисе все галдят и отвлекают его. Как в такой обстановке сосредоточиться на делах?       Он достал и надел наушники, но не стал ничего включать в них, боясь, что звук случайно воспроизведется через динамик, а просто решил использовать их, как временную шумоизоляцию. Но не успел он открыть список задач, как в кабинет зашли – это была эйчарка Нюша и с ней какой-то незнакомый молодой человек. Ёжик вытащил один наушник.       – Привет! – весело сказала Нюша. – Я вам привела стажера в команду разработки. Его зовут Бараш, у него сегодня первый день. Пин, это к тебе, принимай пополнение.       Бараш неловко стоял, крутя в руке лямку от выданного ему в подарок рюкзака с логотипом компании. Пин поднялся с места, чтобы пожать новичку руку, и в этот момент в кабинет залетел Крош с чаем, чуть не врезавшись в них.       – Эй! Осторожней! – воскликнула Нюша.       – Извини, – улыбнулся Крош, – не успел затормозить.       – Это Бараш, новенький к вам, – объяснила ему Нюша, – прошу любить и жаловать. Дальше сами справитесь? – спросила она, но не дождавшись ответа, сказала. – Тогда я побегу. Чао.       – Крош, – сказал Пин, – помоги, пожалуйста, Бараш настроить программный обеспечение. У меня сейчас завал, никак не мочь найти время.       – Да без проблем! – сказал Крош. – Идем, Бараш, сейчас все сделаем в лучшем виде.       – Данке шон, – кивнул Пин, продолжая глядеть в свой экран.       Проходя по кабинету, Крош поздоровался со всеми из их команды, но к Ёжику почему-то не подошел. Было немного обидно. Хоть они работали на одном проекте не так давно, но уже успели сделать несколько больших совместных задач, и Ёжик считал, что они если и не приятели, то хотя бы хорошие знакомые. Ну что ж, он уже привык быть незаметным, так что быстро забыл об этом и принялся запускать на компьютере среду разработки и открывать нужные ему файлы. Время до митинга сокращалось, а Ёжик все никак не мог собраться. То его отвлекали ходящие туда-сюда люди, то собственный поток мыслей.       Он усиленно пялился в экран, пытаясь заставить себя сконцентрироваться, когда к нему все-таки подошел Крош. С одной стороны, Ёжик надеялся, что теперь он наконец решил проявить дружелюбие и к нему тоже, но с другой стороны немного боялся разговаривать с ним. Всегда бывает неловко впервые встречаться с теми, с кем раньше только переписывался.       – Извини, – сказал Крош, улыбаясь, – у тебя тут лежит лишний удлинитель. Можно мы его одолжим?       – Пожалуйста, – Ёжик взял удлинитель со стола и протянул его Крошу.       «Все же он меня не узнал», – с досадой подумал Ёжик.       Крош, кажется, хотел еще что-то сказать, но тут в кабинет влетел Карыч, в деловом костюме и с большим стаканом кофе из кофейни.       – Извините, извините, был на совещании, – сказал он, – сейчас проведем митинг. Пять минут, можете пока подключить наушники или что там у вас.       Ёжик все думал, как Карыч собирался проводить митинг оффлайн, если в их команде есть несколько человек, работающих из других городов, но оказывается, что он и не собирался. Зачем тогда сказал ему об этом? Как сложно бывает понять людей…       Они надели наушники и подключились к встрече в зуме. Карыч вел ее из-за своего большого стола в противоположном углу комнаты, и его микрофон сильно фонил, когда говорил кто-то, кроме него самого.       Пин представил Бараша, и сказал, чтобы тот не стеснялся обращаться к членам команды с вопросами. Ёжик вспомнил, что, когда он устраивался сюда работать, ему никто такого не предлагал, пришлось тогда самому во всем разбираться, да и корпоративного рюкзака в подарок он не получал. Хорошо, конечно, что времена меняются, но немного обидно, ведь это было всего три года назад. Может быть, тоже попытаться стрясти с компании бесплатный мерч?.. Но нет, он для этого слишком стеснительный.       Все по очереди рассказывали о задачах, которыми занимались в последние дни. Пин говорил первым, и у него как всегда, был самый длинный список, так что он проговорил почти пол часа. Когда очередь дошла до Ёжика, он включил микрофон и постарался говорить в него не слишком громко, чтобы звук не долетал до компьютера Карыча и не создавал неприятных шумов. Немного запинаясь, он отчитался о своих задачах, ему не задали никаких вопросов, и очередь перешла к Совунье.       Отключив микрофон, Ёжик выдохнул. Никто не стал говорить, что он слишком затягивает с задачами. Значит можно было слегка расслабиться до следующего созвона. Он поднял глаза от экрана и увидел на себе взгляд Кроша, попытался улыбнуться ему, но тот тут же стал глядеть на свой монитор и что-то печатать.       Ёжик не мог работать во время созвонов, его слишком отвлекали голоса, поэтому он просто сидел и ждал конца встречи. Вдруг ему пришло сообщение в телеграме. Это был Крош. Бросив на него удивленный взгляд, Ёжик открыл чат и прочитал:       привет, Ёжик       так это ты сидишь у стены? а я не узнал тебя, извини       Ёжик почувствовал себя намного лучше от осознания, что Крош не нарочно проигнорировал его, а теперь даже решил извиниться. Как будто это доказывало, что Ёжик не пустое место, что кто-то его немножко ценит, для кого-то он существует. Он ответил:       да, это я       ничего страшного, что не узнал       у меня тут стоит очень старое фото       Они снова встретились взглядом и тепло улыбнулись.       Сразу после митинга Крош убежал куда-то, и вернулся с двумя стаканами чая с лимоном.       – Вот, с кухни принес, – сказал он, ставя один из стаканов перед Ёжиком.       – Спасибо, – удивленно ответил Ёжик. Вероятно, Крошу все еще было неловко за то, что он не поздоровался с ним сразу, поэтому он решил проявить неожиданную доброту. Что ж, Ёжику и правда хотелось чаю, так что это оказалось кстати.       В следующие несколько часов Ёжик кое-как смог поработать, хотя и не так эффективно, как хотелось бы. Даже в наушниках были слышны разговоры. Лосяш и Совунья то и дело подключались на какие-то созвоны и одновременно создавали фоновое гудение. Копатыч дважды звал Лосяша выйти на перекур. В добавок к этому в кабинет снова пришла Нюша, которая на этот раз не сообщила ничего полезного, а просто пол часа проболтала с Карычем, с которым они, кажется, были дружны, и затем они вместе ушли на очередное совещание.       Крош помог Барашу установить на компьютер все нужное для работы, его добавили во все возможные чаты, и Пин назначил ему небольшую задачу «на потренироваться». Бараш несколько минут сидел, вращая колесико мыши, потом откинулся на стуле и, слегка прикрыв глаза, принялся смотреть что-то у себя в телефоне.       Ёжик немного завидовал стажеру, сам он стеснялся вот так просто доставать телефон, даже чтобы проверить сообщения или посмотреть время. Вдруг кто-то решит, что он не работает, а развлекается. Конечно, дома он часто отвлекался на что-нибудь, но всегда возвращался к работе, и, если нужно было, вечером сидел подольше, чтобы компенсировать время, потраченное на всякую ерунду в течение дня.       Бараш еще дальше откинулся на стуле и негромко позвал:       – Кро-о-ош.       – М? – спросил Крош, все еще глядя в свой компьютер.       – Ты можешь сказать мне, что тут нужно делать?       «И зачем нужно было сидеть и ждать, прежде чем спросить об этом?» – подумал Ёжик. Бараш не был похож на того, кто стеснялся подойти с вопросом, скорее было похоже, что он просто тянул время. Крош подошел и стал что-то объяснять ему, а Лосяш с Копатычем неодобрительно поглядывали на Бараша.       Тем временем Совунья подошла к Ёжику, чтобы обсудить какую-то из его старых доработок, в которую она хотела внести правки. Ему пришлось долго вспоминать, о чем идет речь, а когда показалось, что он вспомнил, он долго рассказывал о ней, но в итоге оказалось, что он подумал не о той фиче, которую имела ввиду Совунья, так что вспоминать и объяснять пришлось заново.       Когда разговор по делу закончился, Совунья не ушла, а продолжила расспрашивать его обо всем подряд. На каком проекте он работал раньше, как давно он в компании, неужели он и правда ни разу не был в офисе со времен ковида...       – Все-таки иногда нужно приезжать, – сказала она, уже обращаясь не только к Ёжику, но и к комнате в целом, – чтобы хоть как-то себя взбодрить. Ну разве не так?       Ёжик нерешительно кивнул из вежливости.       – Я давно хотела взять себе за правило приезжать в офис хотя бы раз в неделю. А то сидишь-сидишь дома, не шевелишься. А так есть повод хоть губы накрасить, – она грациозно поправила очки, и Ёжик вспомнил про термин «офисная сирена», – и ноги размять пока идешь от остановки, – тут Совунья поднялась и стала прохаживаться то сгибая, то выпрямляя ноги и потягиваясь, от чего потеряла образ загадочной сирены и будто превратилась в спортивного тренера, – я в последнее время стала ходить в бассейн. Ты не ходишь в бассейн? – спросила она у Ёжика.       – Н-нет, – слегка напугано ответил он, будто переживал, что его сейчас заставят еще и в бассейн записаться.       – Хо-хо! Надо! – закивала головой Совунья. – Надо какую-то активность себе придумывать.       – В офисе может и карашо, – вмешался в разговор Пин, – но ехать долго. Я за этот время лучше успею болше работать…       На этом разговор сошел на нет, и Ёжик почувствовал, что ему нужно передохнуть от шума и постоянного присутствия людей, поэтому вышел в коридор. Он не знал, куда идти – на кухне скорее всего было слишком людно, потому что приближался обед, так что он зашел в дверь с буквой «М» напротив. Там оказалось очень чисто, совсем не похоже на типичный общественный туалет. Окна были распахнуты, и в комнате пахло только осенним воздухом. Ёжик облокотился о стену и, закрыв глаза, принялся глубоко дышать.       Он немного собрался с мыслями и вернулся в кабинет, планируя продолжить работу, но едва сел на место и разблокировал ноутбук, ушедший в спящий режим, тут же услышал со стороны Лосяша, Копатыча и Совуньи разговоры о том, что пора бы пойти на обед. По правде сказать, Ёжик тоже проголодался. Он не брал с собой никакой еды, надеясь, что придумает что-нибудь на месте, и теперь немножко в этом раскаивался.       Дождавшись, когда Пин закончит самые срочные дела, большая часть кабинета поднялась с мест и собралась выходить. Ёжик не знал, стоит ли последовать за ними или, раз никто лично его не звал, это будет невежливо, но все же взял в руку телефон и свернул программы на компьютере, на случай если он-таки наберется смелости и присоединится к остальным.       – Ты идешь? – наконец спросила его Совунья.       – Да, – с облегчением ответил он, – а куда?       – Обедать, – сказала она, – на кухню. Там есть автомат с готовой едой.       Немного выдохнув, он поднялся с места и последовал за остальными.       – А где же наш новенький? – поинтересовалась Совунья.       – Ушел за кофе, – ответил ей Крош.       – Но кофе же есть у нас в кабинете!       – Он захотел кофе из кофейни, – пожал плечами Крош.       – Вот молодежь! – усмехнулась Совунья, а Ёжик вспомнил, как утром Карыч тоже бегал здесь с покупным стаканом кофе, но не стал возражать ей.       На кухне была настоящая толпа, возможно им следовало немного подождать и прийти в другое время, но все принялись сдвигать друг с другом два свободных стола, а Крош с Пином быстро принесли несколько стульев из соседнего кабинета. Ёжик, купив себе в автомате порцию гречки с грибами, уселся было на мягкое кресло чуть поодаль, решив, что сможет есть и на весу, но Крош окликнул его:       – Ёжик, ты чего там сидишь? Неудобно же! Давай к нам, – и он придвинул для него еще один стул.       Выбора не было, пришлось подсаживаться к остальным. В принципе, он был не против сидеть с ними, только боялся, что не сможет поддержать разговор, и в целом так и получилось. Коллеги постарше болтали между собой, а Пин с Крошем обсуждали работу. Ёжик попытался вклиниться в их беседу, но вышло как-то неуклюже и в итоге он принялся дальше молча есть.       Вернувшись в кабинет, они не застали там ни Карыча, ни Бараша, но Пин, открыв на компьютере, телеграм, увидел там сообщение от последнего.       – О майн гот, – громко сказал он, – представляете, стажер уйти насовсем!       – Чего? – Крош, удивившись, подбежал к нему, и остальные тоже подняли взгляды от экранов.       – Он писать мне, что больше не мочь, потому что такая работа ему не понравится. Ну что за странный Бараш! – выругался Пин. – Мы так долго искать новый сотрудник, я надеяться, он сможет помогайт нам с Крош и Ёжик. И что нам теперь делайт?       – Хотя бы оборудование не утащил, – усмехнулся Крош, и Ёжик тоже невольно улыбнулся.       – Ну ничего, – сказала Совунья, видимо пытаясь успокоить Пина, – найдутся еще стажеры.       – Да ты просто не видела, какие сейчас люди на собеседования приходят! – заворчал Копатыч.       – Вот именно, коллега, – сказал Лосяш, – выбирать совершенно не из кого. Где их только учат? Приходят и ни бе, ни ме… Не могут отличить третью нормальную форму от второй.       Ёжик принялся судорожно прокручивать в голове университетскую программу по базам данных, чтобы вспомнить, чем в действительности отличаются эти понятия. Вроде как что-то он вспомнил, но все равно не был уверен, что смог бы связно ответить на подобный вопрос на собеседовании.       – Вот-вот, – подтвердил Копатыч, – забодай его пчела, я прозвучу по-стариковски, но в наше время такого не было, чтобы пол дня проработал и усё, у него лапки, он больше не может!       – Не вся молодежь глюпый, – примирительно сказал Пин, который видимо, уже немного отошел от новостей о исчезнувшем стажере и принял тот факт, что ему снова придется работать за двоих, а то и за троих, – наши ребята очень умный, – он посмотрел на Ёжика, от чего тот смутился и отвел глаза, делая вид, что занят работой и не слушает их разговоров.       – Может оно и так, друг мой всепрощающий, – сказал Лосяш, – но вот это вот новое поколение студентов просто феноменально профнепригодное.       – Да они просто ленятся! – громко сказал Копатыч. – Честслово, мы в свое время каждый день ездили в офис, и засиживались тут по ночам, потому что у нас всегда была мотивация, – он стукнул кулаком по столу, – а эти, прости господи, зумеры не хотят работать.       – Совершенно с вами согласен, коллега. Именно, что не хотят работать. Они хотят только лавандовый раф и уйти после обеда, – засмеялся Лосяш.       Ёжик вжался в кресло, чувствуя, что это его атакуют, хотя они заранее и оговорили, что речь не о них с Крошем. «Я же тоже вроде как зумер. Так и где же мой лавандовый раф? Я может тоже хочу лавандовый раф и уйти после обеда», – подумал он и, видя, что Лосяш с Копатычем снова отправляются на перекур, а остальные заняты работой, решил тоже выйти из кабинета, чтобы немного проветрить голову.       

***

      «Я тоже хочу лавандовый раф и уйти после обеда», – со вздохом подумал Крош. И глядя, как Копатыч с Лосяшем направляются к двери, усмехнулся тому, что если бы они поменьше выходили на перекуры, то может быть, успевали бы делать работу быстрее и могли бы и вправду позволить себе уходить пораньше. Конечно, они и правда много работали, особенно когда были дома, а не в офисе, но иногда еще больше ворчали.       Хотя Крош и сам часто отвлекался в течение дня, но он хотя бы не делал вид, что трудится больше остальных. Дома он привык не уходить на часовой обед, а делать небольшие перерывы минут по пять, чтобы что-то перекусить или позалипать в тик-токе. Это помогало немного перезагрузиться и не заскучать. Ему и теперь хотелось бы залезть в телефон, но после всеобщих жалоб на то, как его поколение мало работает, было неловко делать это при всех.       Общение с коллегами в рабочее время, кажется, не порицалось, но из всех присутствующих ему было бы интересно поговорить разве что с Пином, который был сейчас как всегда завален работой, и с Ёжиком, который тоже куда-то подевался.       Решив, что и ему не помешает пройтись, Крош взял телефон и, подключив к нему наушники, пошел искать место, где можно спокойно сесть и полистать новостную ленту. Он надеялся найти в коридоре хоть один диванчик, но их там не оказалось. Повернув в сторону кухни, он решил сперва зайти в туалет. Внутри было светло и хорошо проветрено, кабинки пустовали, а перед раковинами, облокотившись на стену, с закрытыми глазами стоял Ёжик.       Он открыл глаза при появлении Кроша и коротко кивнул ему.       – Ты чего, Ёжик, тоже пришел отдохнуть от душной атмосферы в кабинете? – спросил Крош.       – Да, – улыбнулся ему Ёжик, – стою вот, так сказать, дышу свежим воздухом… как бы странно это ни звучало.       – Хах! – усмехнулся Крош, пряча телефон в карман. Теперь, когда они наконец пересеклись, можно было не тупить в интернете в качестве отдыха, а попробовать подружиться с Ёжиком. Они и так уже неплохо сработались, и было жаль, что до сих пор они общались друг с другом только по рабочим вопросам.       Увидев, что Ёжик не знает, что сказать ему, Крош продолжил говорить сам:       – Вот они, конечно, там сейчас разворчались. Мне казалось, что они лично нам с тобой претензии предъявляют. Хотя мы вообще-то неплохо справляемся.       – Точно, можно подумать раньше не было бездельников, а только теперь молодые сотрудники стали работать в пол силы.       – Ну и правильно, ёлки-иголки! Жить, как Пин, нельзя, нужно чередовать работу с отдыхом, иначе «капут», – он попытался изобразить голос Пина.       – Похоже, – улыбнулся Ёжик, хотя по правде сказать, получилось не слишком похоже.       – Когда в последний раз нас с тобой подгоняли по дедлайну, я думал, с ума сойду от недосыпа…       – Было дело.       – Ёжик, – серьезно сказал Крош, – давай договоримся больше так не перерабатывать. Они нам столько не платят, чтобы мы допоздна засиживались. Жизнь нужна не для работы, есть много других веселых дел. Согласен?       – Пожалуй, – пожал плечами Ёжик. При упоминании «веселых дел» он вспомнил о своих кактусах, фантиках, книжках и блокнотах, и ему захотелось поскорее вернуться домой.       – Может попьем чаю на кухне? – спросил Крош. – Можно купить по шоколадке.       – С радостью, – ответил Ёжик. Ему и правда было радостно, да так, что он тут же выкинул книжки и кактусы из головы.       

***

      Когда Крош с Ёжиком вернулись с кухни, время уже близилось к вечеру, и там собрались все, даже Карыч, который заказал пиццу на весь кабинет и расставил ее на свободном столе. Все побросали свои дела и болтали, перекусывая около стола с едой, и только Пин забрал несколько кусков себе на рабочее место и продолжил увлеченно что-то печатать, попивая кофе и сам не замечая, как и что он ест.       – Пин прямо машина, – негромко сказал Крош, – может у него в кружке не кофе, а что-нибудь посерьезнее?       – Машинное масло? – улыбнулся Ёжик. Он стал все больше улыбаться, с тех пор как они с Крошем нашли общий язык. Теперь можно было сказать, что этот день не прошел зря.       В кабинет вальяжно вошла Нюша.       – Я слышала, у вас тут пицца. Сами поделитесь или отбирать придется?       – Хоть все забирай, – сказал Карыч, – сами мы это не съедим, нам нужна любая помощь, какую можно найти.       – Ну сами напросились, – усмехнулась Нюша и, взяв пластиковую тарелку из стопки, стала набирать на нее пиццу с разными начинками.       – Оба-на! Хотите прикол? – спросил Крош у всех присутствующих.       – Ну-ка! – сказала Нюша, пытаясь пережевать большой кусок.       – Я зашел в аккаунт Бараша в телеграме, у него тут к профилю прикреплен личный канал, и он записывает кружочки для друзей. Так вот, он походу уехал в Питер.       Все расхохотались.       – Чего? – спросил Карыч.       Крош развернул телефон, сделав на нем звук погромче, и даже Пин подошел к ним, чтобы посмотреть.       На кружочке Бараш шел по вечернему Невскому со стаканом кофе в руке и, видимо, рассказывал историю своего первого рабочего дня с шумящим ветром на фоне:       – В общем, мне совсем не зашел этот вайб. Я понял, что я не создан для этого. Не знаю, создан ли кто-то вообще для этого. Так что, ребят, когда я попил кофе в кофейне рядом с офисом, он мне та-а-ак не понравился, что это стало совсем последней каплей. Вот. И я вспомнил, какую классную матчу пробовал в Питере в прошлом году. Я тут же поискал билет на сапсан, и один билет оказался в наличии, вот прямо ровно один. Я решил, ну это судьба. Небесные силы мне благоволят. Мудрые боги посылают мне знаки. Так что теперь я здесь, не знаю, сколько еще пробуду. Но что хочу сказать, не бойтесь идти за своими мечтами, за своей интуицией. Вы тоже можете кайфовать от жизни, как я сейч…       На этом кружочек прервался, а следующие Крош уже включать не стал.       – Мамма мия… Эту историю мы будем еще долго пересказывать, – усмехнулся Карыч.       – Бывало, конечно, чтобы кто-то уходил после пары рабочих дней, но, чтобы так радикально… – удивленно сказала Совунья.       – Ёлки-иголки, – сказал Ёжик, и они с Крошем, переглянувшись, засмеялись.       – Кажется, уже конец рабочий дня. Может и нам пора домой, – все повернулись к Пину, не ожидая, что именно он предложит расходиться.       – Ты чего, – весело спросил Копатыч, – устал слушать наши разговоры и решил дома поработать в тишине?       – Найн, – немного грустно ответил Пин, – не сегодня. Сегодня я хотеть провести время с сыном. Я посмотреть на этот беззаботный Бараш и вспомнить про сына, захотеть увидеть его, – он вздохнул.       – Пин, а я и не знал, – воскликнул Крош, – у тебя правда есть сын?       – Натюрлих.       – А как его зовут? – поинтересовался Ёжик.       – Биби, – Пин достал телефон и показал на заставке фотографию мальчика школьного возраста.       – Ай молодца! Иди, конечно, отдыхай, – сказала Совунья, – если что-то не успеваешь, отдай свои задачи мне.       – Лучше не надо. Тебе тоже нужно отдыхайт.       – Совунья, – вмешалась Нюша, – куда ты пытаешься себя нагрузить? Ты сейчас домой придешь и наверняка еще вторую смену отпахаешь, пока уберешь, пока на всех наготовишь… У тебя так скоро глаз задергается.       – Ой, да разве ж это работа? – махнула рукой Совунья. – Мне же в радость.       – Хоть сегодня отдохни. Пускай кто-нибудь другой посуду помоет или что у тебя там за дела.       – Раз уж на то пошло, – улыбнулся Карыч, – давайте сегодня чтобы никто не сидел на работе допоздна. Вот будет конец квартала, тогда поперерабатываете… Если согласитесь, конечно, – добавил он, видя напряженное лицо Нюши, – я им всем потом отгулы дам.       – Ну смотри, – сказала она, – а то разбегутся твои сотрудники. В Питер. За матчей. Время сейчас такое, никто больше не хочет терпеть работу сутками без доплат и выходных.       – Это все с жиру бесятси, – вздохнул Копатыч.       – А ты все не уймешься, – сверкнула на него глазами Нюша, – лучше сам научись в work-life balance, а потом уже на других ворчи.       – Это чего такое? Поза для йоги? – усмехнулся Копатыч.       – Work-life balance, друг мой трудолюбивый – это гармоничное распределение времени и энергии… – начал Лосяш тоном лектора.       – В общем, друзья, доедайте пиццу и будем закругляться, – сказал Карыч, видимо не желая слушать эту словарную справку.       – Кста-ати, если кто-то хочет чай, – сказал Крош, – я принес пакетиков с кухни. А в кулере у кабинета есть горячая вода.       – Ой, ребяты, я ж забыл совсем, – Копатыч пошел к своему рабочему месту и стал копаться в рюкзаке, – я же принес вам на пробу банку меда. Тетка из Башкирии прислала. Угощайтесь, будет к чаю. Только ложки с кухни сейчас принесу.       – Сиди-сиди, я сбегаю, – сказала Нюша и упорхнула в коридор на поиски ложек.       Ёжик пошел к своему месту. Теперь стало понятно, что за день он почти совсем ничего не сделал. А говорят еще, что на удаленке работать тяжело, потому что все отвлекает. Ага, как же. Он начал потихоньку закрывать вкладки в браузере и сворачивать зарядку от ноутбука, чтобы сложить ее в сумку. Вспомнил, что пропуск от офиса так и не получил – все об этом просто забыли – но решил, что сможет сделать это в другой раз.       Народ постепенно стал расходиться. Пин ушел раньше всех. Видимо, его и правда немного накрыло осознание того, как мало времени он проводит с сыном. Даже Лосяш с Копатычем закопошились, чтобы уехать раньше обычного.       Крош быстро собрал вещи и уже надевал на себя куртку, готовясь уйти. Ёжику хотелось пойти вместе с ним, но он не знал, не будет ли это слишком навязчивым с его стороны. На всякий случай он тоже покидал вещи в сумку и стащил свою куртку со спинки стула, но все еще медлил. Крош направился к выходу, а затем обернулся и позвал:       – Ты идешь, Ежидзе?       – Я? А… Да… – запнулся Ёжик, и роняя вещи, стал выбираться из-за стола.       – Ты далеко живешь? – спросил Крош, когда они спускались по лестнице, и, услышав ответ, сказал, – Значит, можем вместе пойти до метро.       – Можем.       – Или, если ты не занят, можно сходить погулять где-нибудь. Погода сегодня хорошая.       – Давай, конечно.       Ёжик так радовался, что от переизбытка радости ему было даже немного грустно. Кажется, его только что приручил экстраверт. Что ж, вот так и заводят друзей любители посидеть дома среди кактусов.