Мастер соблазнения

Хогвартс. Утро. Пятница. Гарри просыпается в холодном поту. Сон: он признаётся Снейпу, а тот… кивает, улыбается — и уходит к Драко Малфою, держась за руку. — Это знак, — шепчет Гарри себе в зеркало. — Знак, что надо наконец всё сказать. Написать. Признаться. Как взрослый волшебник. Без слёз. Без истерик. Без фраз “я всего лишь булочка с чувствами”. Он надевает самую спокойную рубашку (тёмно-синюю, не вызывающую), достаёт лист пергамента, перо… и садится писать. Письмо: “Северус, _Я больше не могу носить маску. Ни ту, в которой танцевал, ни ту, которую носил, притворяясь обольстителем, учителем, кем-то более уверенным, чем я есть на самом деле. _Я дрожал в танце, потому что вы держали меня так, как никто не держал. Я убегал, потому что испугался, что вы меня разгадаете. Я возвращаюсь — потому что не могу не быть рядом. Это был я. Я не герой. Я не искусный. Но я — настоящий. _Если вы не хотите меня — я пойму. _Если хотите — я буду. _Ваш (с надеждой, которая глупа и упряма), Гарри.” Он перечитывает. — Это или шедевр, или повод для магического ордера об охране. — нервно замечает он. Затем — складывает письмо. Завязывает лентой. Кладёт в карман. План: подойти к Снейпу после обеда. Передать. Уйти. С dignity. Сцена: Перерыв после обеда. Гарри спешит по коридору. Рука на кармане. Пот. Лихорадочный взгляд. Сердце стучит, как горгулья по воскресеньям. В этот момент его подбивает первокурсник. Бам! Письмо — вылетает из кармана. Скользит по полу. Под лавку. Гарри помогает ребёнку подняться, не замечает, как пергамент остаётся на полу. Письмо находит… кто-то. Кто-то поднимает. Читает имя: “Северус” Разворачивает. Глаза расширяются. И он/она… улыбается. Гарри, спустя 15 минут: Он заходит в кабинет. Трогает карман. Ничего. ПАНИКА. — Где?! Где?! Где?! Он переворачивает всё. Выбегает в коридор. Бросается к первокурснику. — Ты не видел пергамент? Такой… очень красивый! И важный! И возможно — причина моей неминуемой смерти! — Н-нет, сэр! Но… профессор МакГонагалл искала вас… Гарри резко разворачивается. — Она знает. Она знает! Она знает ВСЁ! Он врывается в учительскую. Минервы нет. Снейпа — тоже. — О, Мерлин. Он его уже читает. Сейчас он придёт. И будет… что? Ржать? Молчать? Скажет: “Поттер, я уважаю твоё отчаяние, но тебе лучше к мадам Помфри?” Он падает в кресло. Закрывает лицо руками. — Я обречён. Я крик души потерял! Я крик души СНЕЙПУ ПРОСТО ПОТЕРЯЛ! Он сейчас его читает! Он… или не читает?.. Или… чёрт. Тем временем. Где-то в замке. Письмо в руках Снейпа. Он читает. Медленно. По строчке. И… замирает. На лице ничего. Только… взгляд становится мягче. Тише. Он складывает письмо. Прячет. И говорит себе: — Если это не он… то я безнадёжен. Если это он… …то я всё равно безнадёжен. Гарри, сидя в кабинете, нервно жует печенье и пишет в блокнот: “Если он прочёл — и молчит, значит: а) умер со смеху б) вызвал авроров в) не верит г) читает в сотый раз, потому что …. И делает пометку: “Умереть. Но красиво.”