Brick by brick

:0 Жизнь Бомгю — это какая-то шутка. Почему… просто почему он решил, что не спать до четырёх часов утра, смотря дораму, в которой все умирают, было хорошей идеей, когда у него утренние пары в понедельник? И не просто какие-то пары, а в частности та, где строгая профессор закрывает дверь через десять минут после начала занятия и велит опоздавшим студентам подумать о своей жизни в коридоре, как провинившимся школьникам. Так что да. Всё существование Бомгю в данный момент охвачено огнём. — Блять, блять, блять, — шипит он себе под нос, вылетая из квартиры, не успевая как следует одёрнуть толстовку. Он даже не вспомнил о том, чтобы расчесать волосы. Его шнурки развязаны, рюкзак за плечами наполовину расстёгнут, и он почти уверен, что кофе, который он приготовил, всё ещё стоит нетронутым на кухонном столе. Единственная вещь, которую он взял, — это его телефон. И даже на нём всего 13%. Обычно он выходит из дома как минимум за сорок минут, чтобы избежать толкучки в общественном транспорте, в наушниках, попивая свой латте по завышенной цене. Но сейчас? Сейчас он бежит спринт, а его имидж латте-парня точно похоронен заживо. На вокзале царит настоящий ад, люди просто повсюду. Он пытается лавировать между пассажирами, будто он играет в сабвей сёрф в реальной жизни, сердце бешено колотится, толстовка развевается, телефон вибрирует в кармане каждые десять секунд. хисын: ты где хисын: пара через 10 минут бро хисын: ты там УМЕР? хисын: только не говори что не придёшь иначе я реально тебя убью Бомгю почти плачет, когда выходит из здания вокзала и бежит по тротуару, уворачиваясь от парня с детской коляской и чуть не врезаясь в него лицом, потому что его шнурки пытаются совершить убийство не кого иного, как его самого. Он останавливается на светофоре, грудь тяжело вздымается, глаза безумные, пока он смотрит на то, как красный человечек спокойно мигает, будто не пытается лично сломать Бомгю жизнь прямо в эту минуту. — Давай же, — взмаливается он себе под нос, топая по земле, будто это может помочь. — Просто стань зелёным. Пожалуйста. С сегодняшнего дня я правда буду хорошим человеком. Я больше не буду пропускать завтраки. Я даже не буду врать, что хожу в спортзал. Я удалю все скачанные дорамы. Пожилой мужчина бросает на него косой взгляд, но Бомгю на это наплевать. Он буквально в секундах от того, чтобы кинуться прямо в поток машин, если это будет значить, что он успеет на пару вовремя. Он покрепче затягивает ремешок на своём рюкзаке, бегая взглядом от машин на дороге к светофору, от светофора к экрану телефона. Восемь минут. Снова звонит Хисын. Бомгю отклоняет вызов и бормочет извинения в пустоту. Бомгю едва обращает внимание на скрип шин рядом с собой, пока тихий голос не пробивается сквозь сумбурный туман в его голове. — Бомгю-хён? Он оборачивается и моргает. Рядом с ним, оседлав блестящий чёрный дорожный велосипед, стоит не кто иной, как Тэхён. Обычный и абсолютно ненастоящий, одетый в простую серую футболку, облегающую его ровно настолько, чтобы продемонстрировать его подтянутые руки, также на нём чёрные джоггеры и такой же чёрный рюкзак, лениво перекинутый через спину. Его волосы влажные — растрёпанные в этом нечестном в хорошем смысле слова виде — и на виске блестят капельки пота, несмотря на прохладный утренний воздух. Тонкая чёрная спортивная повязка удерживает его чёлку на лбу, и, боже, Бомгю должно снести голову вот это всё «Тэхён называет его хёном» ощущение, но он слишком занят, переживая за своё академическое будущее. — Тэхён! — ахает Бомгю, почти задыхаясь. — Можешь… можешь мне помочь? Я очень сильно опаздываю. Я всю ночь не спал из-за того, что смотрел дораму — это глупо, знаю, — и сейчас у меня буквально меньше десяти минут, чтобы добраться до аудитории, а ещё я не выпил кофе с утра и даже не успел поесть, и, если я опоздаю, моя профессор меня убьёт, не в переносном смысле, а как настоящий убийца, а мне нужно это образование, ладно? Это даже не мой выпускной год, но всё равно! Это мой основной предмет! Он на секунду останавливается, чтобы перевести дыхание, с широко раскрытыми глазами, будто у Тэхёна есть ответы на все вопросы, связанные с его хаотичным понедельником. Тэхён просто моргает, губы слегка изгибаются в усмешке, прежде чем он спокойно говорит: — Забирайся, хён. Бомгю не колеблется. Он вскарабкивается на велосипед, едва вмещаясь на крошечной раме позади Тэхёна, и его руки неловко болтаются в воздухе, пока он думает, куда их стоит деть. Именно в этот момент Тэхён оглядывается через плечо и говорит холодным, но полным доброты голосом: — Держись крепче, хён. Бомгю так и делает, потому что не хочет умереть, спасибо большое. Он оборачивает руки вокруг талии Тэхёна как раз тогда, когда светофор загорается зелёным. В ту же секунду Тэхён срывается с места, как ни в чём не бывало рассекая улицу. Бомгю чуть не кричит. Воздух бьёт Бомгю по щекам, пока Тэхён крутит педали так, словно за ним гонится сам дьявол. Он лавирует между толпами людей, будто это уровень в видеоигре, который он уже много раз проходил, он перепрыгивает через бордюр, пересекает переулок и проскакивает мимо растерянной пары, выгуливающей собаку. Бомгю держится за него так крепко, что почти прижимается к спине Тэхёна, уткнувшись лицом ему между лопаток. Он улавливает нотки одеколона Тэхёна, лёгкого и цитрусового, и свежего запаха пота, вероятно, после славной утренней велосипедной прогулки. В его мозгу на мгновение происходит короткое замыкание, и он изо всех сил старается не думать о чём-то не очень невинном. Так вот, как ощущается романтика? Они пролетают мимо магазинов, облицованных красным кирпичом, и парка, который, Бомгю уверен, он никогда раньше не видел, а затем внезапно, как по волшебству, показывается кампус университета. Тэхён сбавляет скорость ровно настолько, чтобы Бомгю мог слезть, тяжело дыша и широко раскрыв глаза. Вся поездка заняла три минуты. Три. Бомгю бы потребовалось шесть, даже если бы он бежал. У него даже нет времени, чтобы как следует его поблагодарить. Его пара должна начаться через пять минут! Бомгю спрыгивает, рюкзак чуть не сваливается с его плеча, и, кинувшись к главному входу, он кричит через плечо: — Спасибо большое, Тэхён! Тэхён только небрежно машет рукой, ухмыляясь. — Удачи, хён! Бомгю скрывается в здании, бездыханный, сердце всё ещё бешено колотится в груди. Не только от езды, но и от абсурдного осознания, что он только что провёл утро, обвившись вокруг Тэхёна, как человек-рюкзак. Бомгю почти бесшумно открывает дверь, двигается вдоль стены лёгкими и размеренными шагами, каждое его движение точное и обдуманное, он старается не привлечь к себе ни одного взгляда, словно шпион на задании. За исключением того, что он, слегка потный, тяжело дыша и совершенно не грациозно спотыкаясь, идёт по проходу к своему обычному месту рядом с Хисыном. Профессор бросает на него взгляд, приподнимая брови, будто хочет что-то прокомментировать, но, к счастью, просто возвращается к переключению слайдов. Ей богу, это просто маленькое чудо. Бомгю дарит ей самую застенчивую улыбку и шепчет: «Извините!», прежде чем плюхается на своё место. Хисын медленно поворачивается к нему, прищуриваясь, будто увидел привидение. — Вау. Я думал, что не увижу тебя сегодня. Честно говоря, начал мириться с твоими похоронами, когда представил, как мисс Ха вычитает тебе оценки. Бомгю стонет, проводя рукой по волосам. — Я тоже. Я уже мысленно сочинял свою прощальную речь. Лекция начинается, профессор говорит что-то о связях с общественностью и политике, но Бомгю слушает вполуха. Его сердце всё ещё бешено колотится, но на этот раз не от стресса из-за того, что он опоздает на пару, а от чистого восторга. — Чувак, — бормочет он, поворачиваясь к Хисыну с легкомысленной улыбкой, растекающейся по лицу. — Ты ни за что не поверишь, что со мной произошло сегодня утром. Хисын поднимает бровь, не впечатлённый. — Не улыбайся так. Это та же улыбка, которая у тебя была, когда ты скинул одному из своих неудавшихся парней мем с влюблённым Спанч Бобом в два часа ночи. Бомгю бьёт его по руке. — Это был мощный шаг, чтобы вытеснить его из моей жизни, и ты прекрасно это знаешь. Он был слишком жутким! Он был одержим слизняками! Хисын ёжится. — Ты меня пугаешь. Бомгю просто смеётся, слишком громко для лекции, но, к счастью, никто на него не шикает. Он с удовлетворённой улыбкой разблокирует свой телефон, пальцы уже торопятся открыть личные сообщения. Он пролистывает экран примерно полсекунды, прежде чем заходит в чат с Тэхёном.

bamgyuuuu: спасибо огромное, тэхён… просто чудо что ты там появился! иначе я бы заплакал…

Он смотрит на сообщение и прикусывает губу. Затем, собравшись с духом, который приходит только после того, как ты прижимаешься к объекту своей влюблённости, как маленькая коала, во время поездки на велосипеде, он печатает снова:

bamgyuuuu: ты помог мне уже дважды! нам пора нормально поесть вместе! на этот раз я угощаю хехе :D

Довольный, Бомгю сияет, пока смотрит на свой экран так, будто только что сделал кому-то предложение руки и сердца. — Ты… признался? Кому бы то ни было. Кому-то наконец стало тебя жалко и он не анмэтчил тебя через две минуты после мэтча? — шепчет Хисын. — Нет, — ухмыляясь, шепчет Бомгю в ответ. — Хуже. Я предложил сходить поесть вместе, и это не кто-то из приложений для знакомств! — Очень сексуально, — невозмутимо отвечает Хисын. Бомгю хихикает, наконец позволяя себе сосредоточиться на лекции. Его заметки превращаются в рисунки на полях в виде велосипедов и сердечек. Только после того, как пара заканчивается, а студенты потягиваются и расходятся, у Бомгю вибрирует телефон. Три сообщения. От Тэхёна. Бомгю чуть не роняет чёртов телефон в попытке открыть диалог. terryfyingmess: не плачь! я рад помочь terryfyingmess: первый раз не считался, я правда хотел купить тебе еды terryfyingmess: звучит хорошо, я свободен всегда, когда ты свободен, гю-хён. Бомгю кричит. На самом деле кричит. Это короткий, пронзительный, переполненный эмоциями писк, который отражается эхом в наполовину пустом лекционном зале. Хисын вздрагивает, как от выстрела. — Господь Бог… Что?! Они отменили нашу завтрашнюю викторину?! Или Джей из баскетбольной команды наконец-то одинок?! — Нет. И определённо большое нет на последний вопрос, — Бомгю суёт свой телефон в лицо Хисыну. — Но то, что ты должен знать, — я выйду замуж раньше тебя. Хисын медленно читает диалог, его выражение лица постепенно становится раздражённым. — …Ты имеешь в виду, что вы вместе поедите. Бомгю торжественно кивает. — Да. Поедим. А потом поженимся. А потом дети. Двое. Может, трое. Я пока не решил. — Ты даже ещё карьеру себе не выбрал, а уже хочешь детей? — смеётся Хисын, вставая и потягиваясь. Бомгю театрально плюхается на парту. — Ты не понимаешь, Хи. Тэхён сказал «Гю-хён». Для меня это уже звучит как счастливый конец. Хисын только качает головой, со смехом хватая свою сумку. — Ты настолько безнадёжно влюблён, что это заразно. Мне нужно очистить свою ауру от твоего влияния. Бомгю всё равно. Он просто пялится в экран, улыбаясь, как влюблённый идиот, его сердце трепещет, и он уже подумывает, что собирается надеть на этот «повседневный» обед, словно на красную дорожку. Бомгю отправляет в групповой чат единственное сообщение, которое сразу же вызывает подозрения. бомгю: срочное собрание. прямо сейчас. никаких отговорок. Он даже ставит точки в конце предложений для придания авторитета. И это срабатывает, потому что спустя час они вчетвером, всё ещё в наполовину снятых куртках, садятся за свой обычный столик в их любимой закусочной и спорят о том, кто платил за ужин на прошлой неделе и почему Ёнджун всегда занимает место в углу. — Я о том, — указывает Кай своими палочками для еды. — Что Ёнджун-хён ведёт себя как наш лидер, хотя постоянно заставляет нас платить. — Дерзкое замечание от того, кто три раза подряд забывал свой кошелёк, — возражает Ёнджун, закатывая глаза. Субин вздыхает, уткнувшись в свой напиток. — Мы можем хотя бы один раз поужинать вместе, не ссорясь о том, кто из нас бедный? — Вы все бедные, — говорит Бомгю. — В любом случае. Речь не об этом. Ёнджун прищуривается. — Точно. Ты сказал, что это срочно. Что такое срочное случилось, что ты вытащил меня сюда, хотя мне оставалось всего две серии до конца сериала? Бомгю резко наклоняется вперёд, свет над головой отражается в его широко раскрытых глазах, а на лице застывает напряжённое выражение. — Так… Что это значит, если парень говорит, что свободен всегда, когда свободен я? Тишина. Всего пару секунд. А затем они просто повсюду. Кай кричит. Субин давится своим напитком. Ёнджун буквально бьёт по столу так сильно, что на них оборачивается официант. — О боже… ты же не… — Кай уже наполовину стоит. — Почему ты, блять, вкинул это вот так?! — Я думал, это снова будет по поводу твоих оценок! — говорит Субин, вытирая рот. — Или по поводу твоей сломанной зарядки… Это не то, чего я ожидал! — говорит Ёнджун, в неверии качая головой, но на его лице всё равно расплывается улыбка. — Дай. Нам. Контекст. Прямо сейчас, Чхве Бомгю. Бомгю молчит пару секунд, ухмыляясь, как Гринч. — Ладно-ладно, успокойтесь. Я расскажу, но не перебивайте меня. — Не обещаем, — бормочет Кай, пока неверяще смотрит на Бомгю. — Так вот, — начинает Бомгю и театрально тянется за своим чаем со льдом, как опытный рассказчик. — Я опаздывал на пару сегодня утром, потому что… Ну, я всю ночь смотрел дораму. — То есть ты сам себя к этому привёл, — указывает Субин. — Дай мне жить! Короче, я был на грани слёз, топтался на пешеходном переходе, как ребёнок, думая, что это конец! Что вы, ребята, будете успешны в своих профессиях, а я буду жалким человечком! А затем… — Бомгю делает паузу для создания напряжения. — Рядом со мной остановился велосипед. Ёнджун ахает, будто уже предвидит, что будет дальше. — Не может быть. Нет. Не говори этого. — Ага. Это был Тэхён. В серой футболке, которая никак не скрывала его мышцы. Он выглядел таким спортивным, будто только что сошёл с рекламы Найка. — О боже, — Кай бьёт себя по щекам. — Ты шутишь. — Нет! — Бомгю кладёт руку на сердце. — Он спросил: «Бомгю-хён?», будто мы в романтической манге про школу. Я чуть не умер прямо на месте. — Сзади него было свечение? Птицы пели? — фыркает Субин с явным сарказмом, но Бомгю даже не реагирует на это, отвечая: — Да, и ангелы плакали, — торжественно кивает он. Кай выглядит так, будто у него кружится голова. — И что ты сделал? — Я умолял его помочь мне, — говорит Бомгю. — Я завалил его словами обо всей моей академической успеваемости, и он просто… сказал мне залезать на велосипед. Он провёз меня через пробки, как в чём-то вроде «Форсаж: Кампусовский дрифт». Парни разражаются хохотом. — То есть тебя, как принцессу, довезли на велосипеде? — хрипит Ёнджун. — Я держал его за талию, ладно?! Я чувствовал нотки его парфюма и послетренировочный пот. Это было так прекрасно… Я, по сути, переродился от одного только этого. Кай хватается за грудь. — Ты такой тупой. Я плачу. — Я даже не успел его как следует поблагодарить, — продолжает Бомгю. — Так что я написал ему. А потом я пригласил его сходить куда-нибудь поесть вместе. За мой счёт. За столом повисает мёртвая тишина. На этот раз от полнейшего шока от того, что Бомгю действительно сделал шаг. — И он согласился? — медленно спрашивает Субин. Бомгю берёт свой телефон и молча показывает им чат. Сообщения Тэхёна. С этим милым «Когда ты свободен, Гю-хён». Кай издаёт пронзительный визг и пинает ножку стола. — Он назвал тебя «Гю-хён»?! Вы точно поженитесь. Мне всё равно. Ёнджун откидывается назад, словно на свадебной речи. — Я бы хотел поблагодарить пробки, плохие решения Бомгю и, честно говоря, судьбу. Субин моргает. — Стой, стой. Это первый раз, когда ты с ним виделся? После того раза с нами? Потому что почему он сказал, что первый раз не считается? И назвал тебя… хёном? Бомгю колеблется. — …Да? Все трое поворачиваются и смотрят на него. Кай пищит: — Ты задумался. — Я просто… ладно! Может быть, я встретил его в круглосуточном магазине около моего дома… и он заплатил за мою еду… Это было чистейшим совпадением, ладно? — И ты не рассказал нам об этом?! — кричит Кай. — Я не просто так похоронил это воспоминание! Я был в своей медвежьей пижаме… — протестует Бомгю. Они все снова смеются, когда официант приносит им еду, и Бомгю откидывается на спинку стула, чувствуя, как у него горят щёки и теплеет на сердце. Он снова смотрит в свой телефон, перечитывая сообщения Тэхёна с глупой улыбкой. Возможно, пока что эта неделя — его любимая. :D Бомгю не в порядке. С момента великого спасения на велосипеде прошло три дня, и Бомгю всё это время находится в режиме планирования. Не подготовки к экзаменам или выполнения домашнего задания. Нет. Он планирует каждую деталь их непринуждённой встречи с Кан Тэхёном и постепенно теряет связь с реальностью. — Это просто еда, — говорит Хисын, пока лениво листает что-то в своём телефоне, сидя на противоположном конце дивана и делая вид, что именно он является хозяином дома. — Ты ведёшь себя так, будто собираешься предложить ему жить вместе. Бомгю рассказал Хисыну всю историю внезапного появления Тэхёна в его жизни, и Хисын показал ему два пальца вверх, когда Бомгю показал ему фотографии. Этот предатель… — С таким успехом я мог бы и предложить! — Бомгю воет в подушку. — Я не могу позвать его в какое-то убогое фастфудное заведение. Но также я не хочу звать его в место, которое кричит: «Я-влюблён-в-тебя-и-слишком-сильно-стараюсь». Должен быть идеальный баланс. Хисын моргает. — …Ты хочешь найти заведение, говорящее: «Ты мне нравишься, но в спокойном смысле»? — Именно так! Хисын хмыкает. — Ну… фудкорт? — Просто заткнись. Выметайся отсюда, — Бомгю кидает в него подушку. Хисын ловит её, смеясь. — Ты потратил на планирование этого обеда больше времени, чем на наш групповой проект. — Это другое! Я даже ещё не выбрал дату. Погода должна быть хорошей. Я не хочу, чтобы пошёл дождь и испортил Тэхёну наряд. — Держу пари, что он просто наденет очередную свою простую футболку, Бом. — Как и следует! Они ему идут. Бомгю составляет чеклист. С маленькими клеточками, в которых написано: Солнечная погода (и немного ветреная, чтобы Тэхёну не было слишком жарко!); Чтобы моя банковская карточка смогла это вынести; Простой, но очаровательный наряд, который не заставляет меня выглядеть так, будто я старался (хоть я и старался); Я НЕ буду заикаться. Пока что ни один день не соответствует пророчеству. Он менял выбор наряда двенадцать раз. Один из них — посреди мытья в душе, в результате чего он поскользнулся на мыле и напугал соседей своим криком. Также его слишком часто ловят улыбающимся в свой телефон, в основном на публике. Как, например, когда он стоит в очереди в кафе, и Тэхён пишет ему: terryfyingmess: ты правда не должен подстраиваться под меня, хён. я согласен на всё, серьёзно. Бомгю читает это сообщение с самой глупой улыбкой, которую только можно представить, и из него случайно вырывается звук «кья-я~», из-за которого он заслуживает косой взгляд от бариста. Бомгю выглядит, как будто он получил любовное письмо, как сидящий взаперти принц. Может быть, пришло время перестать пересматривать «Рапунцель».

bamgyuuuu: ты уверен? T__T я чувствую себя плохо… как будто я заставляю тебя следовать только моему графику… я клянусь я не дива! или типа… не постоянно

Тэхён отвечает почти моментально: terryfyingmess: можешь быть дивой! тебе это идёт хаха. я правда не против, хён. Бомгю пялится на сообщение, пока экран телефона не гаснет сам по себе. А после этого пялится на чёрный экран. И шепчет: — Ох. Он очень хорош в этом. Он пытается попросить помощи у Ёнджуна, но старший лишь хихикает и говорит: — Я бы посоветовал быть максимально экстравагантным. Возьми коврик для пикника, приготовь домашнюю еду и веди себя, будто ты не репетировал свой смех перед зеркалом. Субин посылает ему ссылку на запрос в гугле: «Места которые заставят вас почувствовать себя в пятизвёздочном ресторане но бюджетная версия». Кай просто говорит: — Я помогу с обручальным кольцом. Ни один из них не полезен. Вместо этого все они в восторге от того, насколько безумным стал Бомгю. Как будто им доставляет удовольствие видеть, как Бомгю страдает. И Бомгю сумасшедший, потому что у него есть заметка с названием: «Вопросы, которые можно задать, если у нас закончатся темы для разговора (не странные)». В них входит: Какое у тебя любимое животное? (не спрашивай слишком быстро, кошка ли это, иначе будет очевидно, что он тебе очень нравится!); Ты когда-нибудь был на пляже ночью? (слишком романтично? может быть, сохранить этот); Как ты думаешь, призраки существуют? (безопасная нейтральная территория, + весело??). Бомгю совершенно уверен, что ни один из них не пригодится, когда он встретится с Тэхёном, но попробовать не помешает. Бомгю ворочается в постели ещё две ночи, одержимо проверяя прогноз погоды и анализируя каждое «хаха», которое пишет Тэхён. Наконец-то, на четвёртый день он выбирает дату. Суббота. Солнечно, ветрено, свободно. Всё на своих местах.

bamgyuuuu: как тебе эта суббота?? :D

Бомгю прикусывает щёку, чтобы не улыбаться, когда видит, что Тэхён отвечает практически сразу же: terryfyingmess: идеально. увидимся, хён Бомгю театрально ахает, и этот звук эхом распространяется по квартире. — Он согласился? — кричит Хисын из ванной. Бомгю закидывает ногу на диван, как старшеклассница. — Он сказал «идеально». Мы практически встречаемся. — Ты буквально просто позвал его на обед. Бомгю сжимает подушку и визжит: — Он влюбится в меня. Я чувствую это.