Под звездами Сеула

Рики стоял в полной темноте, прислонившись лбом к прохладной бетонной стене. Его губы все еще горели от прикосновения Сону, а в ушах звенело от его слов. «Я люблю тебя». Эти слова, произнесенные с таким отчаянием, эхом отдавались в его пустой голове. Он не чувствовал ни радости, ни отвращения — только оглушительную, всепоглощающую пустоту и хаос. Он медленно поднял упавший телефон. Экран был цел. Слепящий свет фонаря снова вырвал из тьмы стеллажи с хозяйственным инвентарем. Он нашел ту самую черную сумку менеджера Лилы, сжал ее ручку так, что кости побелели, и вышел из кладовки. Дверь закрылась с глухим щелчком, словно захлопнув ловушку, в которую он только что попал. Вечером группа отправилась на небольшую прогулку по освещенным огнями улицам Сеула. Джей и Чон Вон шутили, Таки и Маки что-то оживленно обсуждали, показывая на витрины. Рики молчал. Он был здесь телом, но его разум метался где-то далеко, в темной кладовке, пытаясь осмыслить произошедшее. — Рики, с тобой все норм? — Чен Вон легонько толкнул его в плечо. — Ты после того, как сходил за сумкой, сам не свой. Лила тебя чем-то задел? — Что? Нет, нет, — Рики вздрогнул, будто его выдернули из ледяной воды. — Все хорошо, правда. Просто устал с дороги. Он попытался улыбнуться, но чувствовал, что получается криво и неестественно. Он ловил на себе взгляды друзей — внимательные, немного настороженные. Они чувствовали, что что-то не так. Ближе к ночи, вернувшись в номер, который он делил с Таки и Маки, Рики не мог усидеть на месте. Ему нужно было побыть одному, подышать воздухом, очистить голову от навязчивых мыслей. — Я ненадолго спущусь в лобби, — бросил он, уже направляясь к двери. — Стой, ты куда? — настороженно спросил Таки, отрываясь от телефона. — Да просто подышать. Не долго. Он не стал дожидаться дальнейших расспросов и выскользнул за дверь. Холл отеля был почти пуст. Только дежурный администратор за стойкой что-то печатал на компьютере. Рики медленно подошел. — Здравствуйте. Можно, пожалуйста, попросить уборку в номер 236 завтра пораньше? — нашел он в себе силы сказать ровным, вежливым голосом. Девушка-администратор улыбнулась и посмотрела в монитор. — Конечно, господин Нишимура. Распоряжение внесу. Она замолчала на секунду, что-то ища под стойкой, а затем протянула ему небольшой белый конверт. — Ах, да! Вам просили передать. Один молодой человек оставил для вас сегодня вечером. Сказал, что это для господина Нишимура Рики из группы «Старлайт». Сердце Рики бешено заколотилось. Рука сама потянулась за конвертом. Он был плотный, на ощупь чуть шероховатый. — Спасибо, — его голос прозвучал сипло. Он отошел в сторону, к лифтам, и, не в силах сдержать нетерпение, сорвал угол конверта. Внутри лежал сложенный вчетверо лист бумаги. Аккуратный, почти каллиграфический почерк вывел всего одну строчку: «В полпервого ночи жду тебя на том самом поле, где мы гуляли. Приди, пожалуйста. Сону». Рики взглянул на часы. Было без пятнадцати час. До назначенного времени — меньше часа. До того самого парка — минут сорок быстрым шагом. Он не помнил, как оказался в своем номере. Он влетел внутрь, заставив Таки и Маки подпрыгнуть от неожиданности. — Ты куда? — хором спросили они. — Просто… погуляю. Не ждите, — бросил он им, уже хватая с кресла свою самую простую темную кофту и натягивая капюшон на светлые волосы. Он не смотрел на друзей, боясь увидеть в их глазах вопросы, на которые у него не было ответов. Он выскочил из отеля и почти побежал. Ночной воздух был холодным и обжигающе свежим. Он бежал по незнакомым, но угадываемым сердцем улицам, поворачивая в нужные переулки, словно его вел невидимый магнит. Его мысли путались, перескакивая с воспоминаний о их прошлых прогулках на жгучую реальность недавнего поцелуя. Наконец, вдали показался знакомый силуэт парка. Он перешел через пустую дорогу и углубился в тропинку, ведущую на большое открытое поле. Луна освещала его серебристым светом, и трава блестела от ночной росы. И он увидел его. Тот сидел на земле, поджав колени, и смотрел на звезды. Это была уже не спина того юного мальчика с розовыми волосами, а уверенная осанка взрослого мужчины. Ему был уже двадцать один. Даже в полумраке было видно, что его волосы теперь были не розовыми, а естественного каштанового оттенка. Рики замедлил шаг. Сердце готово было выпрыгнуть из груси. Он подошел почти вплотную, и только тогда Сону обернулся. Его лисьи глаза в лунном свете казались бездонными и полными тревоги. — Ты пришел, — произнес Сону, и это прозвучало как вздох облегчения. — Ты меня позвал, — просто сказал Рики, опускаясь на траву рядом с ним. Он чувствовал, как дрожат его собственные руки. Они сидели молча несколько минут, глядя на усыпанное звездами небо. То самое небо, под которым они когда-то делились своими самыми сокровенными мечтами. — Ты… подумал о том, что я сказал? — наконец тихо спросил Сону, не отводя взгляда от звезд. Рики повернулся к нему. В его глазах уже не было прежней растерянности, только сложная смесь страха и надежды. — Я бежал сюда так быстро, как только мог, — признался Рики. Его голос был тихим, но твердым. — Мое сердце выпрыгивало из груси, и я не мог думать ни о чем, кроме того, чтобы увидеть тебя. Разве это не ответ? Сону медленно повернул голову. Их взгляды встретились. В его глазах вспыхнула искра, которую Рики не видел много лет. — Это не ответ, Нишимура, — прошептал он. — Это начало вопроса. Рики не смог сдержать улыбку. Он больше не пытался анализировать, правильно это или нет. Он действовал по велению сердца, которое, казалось, забилось снова после долгой спячки. Он медленно, давая Сону время отодвинуться, наклонился вперед. И на этот раз поцелуй был совсем другим. Не стремительным и испуганным, как в темноте кладовки, а медленным, полным непроизнесенных вопросов и нежных обещаний. Это был не взрыв, а тихое воспламенение. Когда они наконец разъединились, чтобы перевести дыхание, мир вокруг казался другим — более ярким, более живым. — Я не знаю, что будет дальше, — честно сказал Рики, их лбы все еще соприкасались. — У нас разные группы, разные страны, разные графики. Это будет… сложно. — Я ждал тебя три года, — так же тихо ответил Сону. — Несколько месяцев сложностей меня не испугают. Они сидели так еще какое-то время, разговаривая шепотом под звездным корейским небом, словно пытаясь наверстать упущенное время. Они не давали друг другу обещаний, не строили конкретных планов. Они просто были здесь и сейчас, и этого было достаточно. Позже они молча пошли обратно к отелю, их плечи иногда касались друг друга, и от этого простого прикосновения по спине Рики бежали мурашки. Они остановились в тени деревьев, в сотне метров от ярко освещенного входа. — Завтра у нас съемки для шоу, — сказал Сону, смотря куда-то мимо него. — А послезавтра ваш концерт. — Я знаю, — кивнул Рики. — Удачи. — И тебе. Еще одно мгновение неловкой паузы, и Сону развернулся и зашагал прочь, быстро растворившись в ночи. Рики смотрел ему вслед, все еще чувствуя на губах вкус его поцелуя и прикосновение его руки. Он понимал, что они вступили на опасную территорию. Территорию тайн, украденных взглядов на общих мероприятиях и шепотков в телефоны поздно ночью. Но впервые за долгие годы он чувствовал не боль и тоску, а щемящее, тревожное, но безумно живое чувство надежды. Его история с Ким Сону не закончилась. Она только что перевернула страницу и началась снова, и он не мог дождаться, чтобы прочитать следующую главу. Он глубоко вздохнул и направился к светящимся стеклянным дверям отеля, готовый вернуться к своей другой жизни, храня в сердце свой самый большой и самый опасный секрет.