Сказание о чете Вэй

Поначалу, именно от неожиданности, Вэй У Сянь испугался постороннего голоса. Стоило посмотреть на виновника, как испуг сменился праведным гневом. В недовольстве он прикрикнул: — Шу-лао! Что ты тут забыл? Шу-лао — демон низшего ранга, принимающий облик черного ворона. Единственное, что отличало похожих на него существ от животных, было наличие единственного глаза в центре вороньего черепа, а также возможность разговаривать на человеческом языке. В Ордене И Лин Вэй особей его вида было множество, но сам Шу-лао был среди них самым старым демоном, что появился до разгара восходящей силы Старейшины И Лин. Самое удивительное заключалось в том, что все сородичи в И Лине были его потомством — все как один носили гордое звание «разведчиков» Ордена, в том числе последовав примеру родителя. Демон-ворон, расправив крылья, запричитал: — А что? Я просто так не могу прилететь в Юньмен? Вэй Ин раздражался с каждой секундой — и только потому, что их времяпровождение с Ван Цзи уже в очередной раз прерывают всухую. — Только если шпионить! Тебя родители подослали, да? Ворон в замешательстве молчал, но вскоре выдал — голос его так и отдавал характерными каркающими звуками: — Даа! Так и есть. «Даже не отрицает!» — в сердцах кричал юноша. Указав в небо, Вэй Ин ответил: — Хорошо! Так лети и передай, что у меня всё в порядке! Ворон, однако, сохранял молчание и периодически чистил перья. Он всем видом пытался создать иллюзию обыкновенного животного, не понимающего человеческой речи — подобное действо ещё больше вывело адепта Ордена Вэй из себя. — Ну давай же! Мы не держим! Совсем рядом послышался бесцветный голос заклинателя: — Вэй Ин. Кажется, он отсюда не уйдет. — Даа! Господин Лань прав. — внезапно оживился Шу-лао и, как подтверждение своих слов, махнул крыльями. Вэй У Сянь, пораженный и сломленный, закатил глаза и устало простонал: — Только этого не хватало. Демон наблюдал, как молодой господин тотчас подполз к адепту Ордена Лань и принялся перешептываться — как опытный разведчик тот понял, что разговор явно не клеился по его вине. А то, что Шу-лао и вовсе прервал слишком личный момент юношей, заставило задуматься… И вспомнить, что уже не раз такое случалось именно в его присутствии.

***

Шу-лао на века запомнил главный наказ Хозяйки и пообещал не столько ей, сколько самому себе, что никогда его не нарушит. Фронт порученных ему работ был минимальным настолько, что многие другие прирученные демоны могли лишь позавидовать одновременно и нужному, и не хлопотному применению особи его рода, в то время как сами были гонимы, лишь бы новообретенная Хозяйка оставалась ими довольна. Его главная стезя — слежка. В ней он был безупречен. Какой заклинатель заподозрит ничем непримечательного ворона? Заподозрит разве что только умалишенный или чрезмерно подозрительный ко всему на свете «фрукт». Шу-лао всегда пользовался случаем и не упускал ни единой детали — он всегда и непременно хвастался своей памятью и мог в точности, но кратко поведать всё то, что от него требовалось… А всё то, что нужным не являлось, сохранял в томном безмолвии. Пролетая над просторами гор И Лина, мелкий демон вдумчиво косится сверху вниз на совершенно новые домишки и убежища спасенных людишек. На них самих, не то с усмешкой, не то с сочувствием запоминая лица женщин, детей, стариков и лишенных семей былых воинов, сломленных переворотом Ордена Фу И Юн. Шу-лао не понаслышке знал обстоятельства кровавой резни в пустыне Хуван, поскольку примкнул к рядам прирученных демонов задолго до братьев-сиса, однако в битве не участвовал, потому что… толк от него какой был? Он слыл не настолько сильным демоном, как Гуй, и не таким проворным, как Суй-гу и Суй-ву. Аккуратно приземлившись у отремонтированного входа во дворец Усмирения Демона, ворон прислушался и отчетливо уловил в чужом диалоге два знакомых голоса. — Вэй Лин. — ровно, но без скрытного беспокойства сказала девушка, — Мне кажется, ты заходишь слишком далеко. Ты не сможешь справиться со всем в одиночку. Шу-лао бесшумно подпрыгнул и выгнул воронью голову. Взгляду единственного глаза предстала величественная фигура и без того высокой Хозяйки: черные одежды, скрывающие оттенки кровавого цвета, словно броня обволакивали стройное и вытянутое тело. Уверенная стойка, прямая спина и величественный стан уже много говорили о повелительнице сотни демонов под твердой рукой — мелкий демон признавал, что Хозяйка была способна показать себя с суровой стороны, но сейчас то не было суровостью, скорее… чрезмерной самоуверенностью. Хмыкнув, она неспешным и чересчур спокойным голосом перебила: — Кто сказал, что я справлюсь в одиночку? Вы ведь рядом, и мне этого достаточно. К тому же, — удержав паузу, ответила безотказным тоном, — Какой бы ни была цена, я готова заплатить. Мрак, окутывающий фигуру Хозяйки, заставил черные перья встать на дыбы от секундного страха перед той, кто в тысячи раз сильнее низшего существа вроде него. Была бы возможность, Шу-лао громко сглотнул, чем бы и выдал своё присутствие. Видеть свою Госпожу, обуреваемую завесой мрака и преисполненную жадным стремлением к контролю над всем живущим, всегда было для демона-ворона тяжкой ношей — то был обыкновенный животный страх. Увидев на лице собеседницы не то безразличие, не то едкую самонадеянность, девушка в траурных одеждах немногим прежнего повысила тон: — Не неси вздор. В закромах (некогда имеющей место быть) души Шу-лао закралась тревога, стоило заметить блеснувший в полумраке помещения хищный взгляд оранжевых глаз. Образ Хозяйки преисполнился скрытой злобой, казалось, будто сгустки темной ци выпархивали из расслабленных рук на манер взмаха крыльев вольной птицы. Дыхание на мгновение замерло, а единственный глаз не моргал, ожидая того, что последует дальше. Увидев моментально расслабленные черты женского лица и задорную улыбку во весь ряд зубов, демон, преисполненный спокойствия и благодати, выдохнул с облечением. «Такую» Хозяйку ему было привычно наблюдать. Длинные руки резко обвили талию и плечи под белыми одеждами, а голос, теперь радостный и почти мурлыкающий, заверил: — Ничего не «вздор»! Ради тебя, Цзя Шаня и Цубасы я пойду на любую аферу! Даже в могилу готова добровольно шагнуть! — Только попробуй! — запротестовала Лань Ци в попытке вырваться из настойчивых ласк. — Постараюсь. — мягко съязвила Вэй Лин… руками медленно проскальзывая под ворот нижних белых ханьфу. Щеки Госпожи Лань залились слабым румянцем, губы поджались, а глаза чуть сощурились — было заметно, что она металась между тем, чтобы остановить попытку более настырной ласки или вовсе не прерывать. Шу-лао мог бы выручить Госпожу Лань и втесниться в разговор, начав трезвонить по теме своего визита… Но не смог. Насколько бы бестактным не была бы его слежка в данный момент, он никогда не мог оторвать взгляд единственного глаза от подобных зрелищ. В прелюдиях Хозяйки он наблюдал странную помесь животных инстинктов и нежных чувств, которые та испытывала к девушке из благородного ордена. При том, что сама Лань Ян Су не сильно отстаивала право на личное пространство, в которое Хозяйку так и тянет влезть без приглашения. О чем сильно сожалел маленький демон, так это то, что он понятия не имел, как очевидное знакомство девушек привело к подобному исходу — он был приручен после того, как Хозяйка и молодой господин Вэй стали учениками Ордена Гу Су Лань. За подробностями Шу-лао не раз обращался к Гую, но долгожданного ответа так и не получил. Он бы мог сейчас одним прыжком выйти из-за укрытия, как-то оповестить, что он тоже здесь есть… Но не мог оторвать глаз от длинных, шаловливых рук Хозяйки, медленно бредущим по белым одеждам, словно те изучали каждый изгиб тела. На губах играла восторженно-пошлая улыбка, а яркие хищные глаза с интересом наблюдали за реакцией супруги — поражал как в первый раз каждый вздох, вздрагивания, невнятная речь и попытки держать себя в руках. Лань Ци неподвижно стояла на месте, ни разу не прервав томную пытку. Только руки сжимались в тугой кулак. Не выдержав, она попросила: — Прекрати. Вэнь Лонг… — К-хах! А что он? Будто бы никогда не видел нас обеих вместе. — подразнивала Вэй Лин, прикусив порозовевшее ушко. От звучания постороннего голоса встрепенулся от неожиданности не только Шу-лао, но и девушки. — Хоть бы немного уважения ко мне проявила, Вэй Лин, если уж не перед Госпожой Лань. Демон-ворон никогда бы не спутал голос с кем бы то ни было ещё — Вэнь Лонг, Демонический Генерал, чья фигура была на слуху у многих великих кланов заклинателей, производил впечатление самого разъярённого подчиненного демона. Шу-лао не понаслышке знал его историю. Вэнь Лонг с юности был хорошо знаком с Вэй У Цин — демон помнил, как двое непобедимых теперь компаньонов начали общение не с самой приятной ноты, где острая на язык и падкая на симпатичных девушек подхалимка бесстыже приставала к тогдашнему объекту воздыхания строптивого заклинателя из клана Вэнь. Вэнь Лонг ещё тогда точил на неё зуб, но судьба-злодейка распорядилась так, что эти двое тотчас после первой стычки всё чаще и чаще пересекались, тем самым увеличивая количество конфликтных ситуаций каждый раз, как их взгляды встречались друг с другом. Шу-лао всегда полагал, что двух бывших врагов наставляли на смягчение друг к другу их верные спутники на пути совершенствования — если Ли Хуа ещё могла обратиться к Вэнь Лонгу с каплей почтения и понимания ситуации, то Лань Ци прямо-таки выбивала из Вэй Лин бесконечные попытки встрять в неприятности: от легких побоев до ожесточенного рукоприкладства. В иные моменты демону-ворону казалось, что пришибленная на голову Хозяйка несколько побаивалась Госпожу Лань, если не останавливала побои и брань… Но правда оказалась куда страшнее. По сути дела Вэй Лин, как однажды сама призналась, была испорченной мазохисткой, если дело касалось непосредственно Лань Ян Су — легкие подзатыльники, смачные пощечины и даже нешуточный спарринг на мечах приносили Хозяйке немало удовольствия и восторга, что кто-то… В общем, она была удовлетворена всем. И если сама Госпожа Лань когда-то скажет, что перестанет отвешивать тумаки, то недалёк тот день, когда сама Старейшина И Лин встанет перед ней на колени и попросит со слезами на глазах избить её до потери пульса — Шу-лао мог быть в этом более чем уверен. Если отпустить извращенную натуру Хозяйки, то, в общем и целом, их отношения с чрезмерно суровым Вэнь Лонгом мало-помалу из ненависти стали переходить на нейтральность, а может, даже толику дружелюбия. Пускай Демонический Генерал, будучи человеком, слыл талантливым заклинателем с не самым приятным характером, но даже такое поведение более, чем оправдывалось… И эта же причина стала спусковым механизмом к демоническому совершенствованию. Вэнь Лонг был прямым потомком основателя Ордена Вэнь, однако рожденным от служанки, став незаконнорождённым сыном тогдашнего главы ордена. Постоянные указки «своего места» и бесконечные издевки законных детей главы понемногу разжигали в душе заклинателя ненависть и отвращение, пускай скопление темной энергии было слишком мало для полного обращения в демона. В последствии имея более тесные связи с обладательницей полусотни демонов и выдающейся заклинательницей из ордена Гу Су Лань (которая по неясной причине не противостояла формированию Алого Ядра), Вэнь Лонг стал напитываться темной энергией чаще и больше прежнего — не то от опосредованного контакта с демоническими тварями, не то от постепенно озлобляющегося из-за обид характера. Издевки законных детей главы доходили и до словесных проклятий: «Ха! Упертый козел! Глядишь, и рога вырастут!» — говорили они, не сильно задумываясь о последствиях сказанных в гневном порыве слов. И однажды человеческая душа не выдержала, извратив себя, обезобразив, окончательно превратившись в сгусток тяжелой обиды, ненависти и досады — облик демонической формы Вэнь Лонга мало отличался от человеческой… кроме багрового оттенка кожи, ярких белых глаз и пары острых черных рогов на лбу. Обращение в демона произошло не в самое лучшее время и не в самом лучшем месте — прямо на традиционном тренировочном стрельбище в Цишане. Шу-лао сам видел, как Вэнь Лонг метался от страха и стыда, от ярости и ненависти, пока оглядывался на шепчущих людей. Демон-ворон точно знал, что именно тогда их отношения с Хозяйкой стали такими, каковыми являлись сейчас — именно Вэй У Цин встала на защиту осуждаемого всеми бывшего заклинателя, что стал демоном. Их отношения были ужасны, но девушке в тот момент было всё равно на людей вокруг, на мечущего гром и молнии главу ордена Вэнь, на негодовавшего главу ордена Лань — Шу-лао осознал, что Хозяйка может быть благородной именно тогда, когда того требовала ситуация. Она имела на своем счету полусотню подчиненных демонов… и решила добавить в их ряды ещё одного. Вэнь Лонгу ничего не оставалось делать, кроме как согласиться на сделку, совершенную с Вэй У Цин — его положение было безвыходным, и быть хотя бы у кого-то надежного под рукой, чтобы окончательно не превратиться в озлобленную демоническую тварь — лучшее решение из всех возможных. Под крылом Старейшины И Лин Вэнь Лонг стал известен уже не столько очередным демоном-сошкой, сколько талантливым главнокомандующим остальных прирученных тварей. Битва в пустыне Хуван вознаградила его прозвищем Демонический Генерал, накрепко запечатлев в памяти тех, кто его знал. Шу-лао не без скрытного коварства и лицемерия восхищался Вэнь Лонгом и приводил его непоколебимый характер в пример своим детям. Вэнь Лонгу, по-видимому, надоело смотреть на милующихся девушек и тот обратился к мелкому демону под ногами: — Ты хотел что-то сказать? Шу-лао, явно обрадованный вниманием, встрепенулся и несколькими взмахами крыльев опустился на ровный стол. Он распушил хохол и заговорил: — Новости не самые приятные. Две заклинательницы и демон переглянулись. Вэй Лин выдала: — Этого стоило ожидать. Говори, не тая. — Орден Лань Лин Цзинь набирает адептов на восстание — их уже насчитывается три тысячи. Остальные кланы пока в затишье ожидают… — остановился демон на полуслове, словно боялся продолжить. Вэнь Лонг бесцветно не то скомандовал, не то попросил: — Дальше. Ещё немного помявшись на месте, Шу-лао выдавил из себя слова: — К восстанию присоединяется… и орден Гу Су Лань. Он виновато покосился на Госпожу Лань. С девушки в одночасье сошли все краски, оставив на красивом лице лишь шок и непонимание. Была бы в демоне хоть крупица души, он бы, может быть, проникся сочувствием, однако понимание осталось при нём — недавний «прочерк» второго господина Лань из семейного реестра принёс достаточно разочарования в родителях, в особенности в отце, но тот факт, что её же семья примкнула в ряды восставших против сформировавшегося Ордена Вэй… Это было попросту невыносимо. Шу-лао мог вспомнить времена, когда дела шли на лад, а в мире царила гармония и спокойствие… Но в последние месяцы всё летело в глубины Преисподней. Неудачи, мучения и тяжелая работа преследовали четырех основателей и даже каждого демона — успехом и вовсе не попахивало. Нервы были натянуты у каждого. Вэй Лин с опаской поглядывала на супругу. Левая рука под печаткой «Онрё» то поднималась, то опускалась, показывая внутреннюю борьбу девушки — не то утешить или поддержать, не то оставить в покое, дабы позволить выпустить пар. Вэнь Лонг застыл на месте в глубоких раздумьях. Наконец, тяжело вздохнув, Лань Ци расслабленно опустила плечи и твёрдо заверила: — Вэй Лин. Надо готовить оборону.

***