Проклятое королевство

      Завывания ветра отражаются от мраморных стен и разносятся дальше по опустевшим коридорам с высокими потолками. Люстры больше не зажигаются — в этом нет нужды. Когда-то здесь были люди, когда-то через панорамные окна проникал солнечный свет, но сейчас не было ни того, ни другого. Их светило давно погасло, а вместе с ним — и люди. Рассыпались пеплом, не оставив после себя ничего, кроме вещей, которые держали в руках. Даже одежда не сохранилась — она сгорела вместе с ними. Единственное, что сейчас можно было найти в стенах дворца, — трещины и песок. Казалось, ветер блуждал в надежде найти хотя бы одну живую душу. Вдруг кто-то смог уцелеть после катастрофы, обрушившейся на столь великое королевство? Хотя бы один человек, животное или птица — хоть кто-то?..       Сквозняк скользит по босым ногам, вызывая дрожь в теле. Тонкие пальцы сжимают столовые приборы. Брови сдвигаются к переносице — казалось бы лёгкое, и всё же движение не остаётся без внимания. В звенящей тишине чужие шаги кажутся оглушающими, сколь бы тихо ты ни пытался ступать. Плотная ткань опускается на хрупкие плечи, укрывая и пытаясь подарить хотя бы немного тепла.       — Ваше Величество, я же просил Вас… Не будьте столь беспечны по отношению к себе. — Он качает головой, еле заметно сжимая её плечи, и грубая кожа перчаток резко контрастирует с мягкостью под ней.       Девичьи губы слегка изгибаются в извиняющейся улыбке:       — Извини… Забыла. — В последнее время память подводила её всё сильнее…       А может, дело было вовсе не в памяти. Вернее, точно не в ней. Ей просто было всё равно. Безразличие прожигало сердце, оставляя после себя лишь дыру, которую Королева ничем не могла заполнить. Кто-то когда-то сказал, что дом человека является отражением его самого. И сейчас это как нельзя лучше описывало её. В голове не было ничего, кроме тишины, тоски и боли. Когда этого становилось слишком много, ей хотелось выть, точно раненый зверь. Но она молчала, точно назло, и терпела то, что приготовила ей судьба.       Ему не нравилось видеть её такой… Она об этом знала. Была бы её воля — избавила бы его от этого зрелища. Проклятие, унёсшее жизни стольких людей, отчего-то решило, что они оба недостойны лёгкой смерти. Вместо этого недуг поселился где-то за рёбрами, медленно расползаясь по телу отравой.       — …Ваше Величество, у Вас снова нет аппетита? — Янтарные глаза смотрят внимательно, хотя и они потеряли свой прежний свет.       Со временем всё теряет свой блеск. Сколько уже прошло? Она не помнит… А спрашивать его и вовсе не станет. Кажется, будто прошёл не год, не два… Время тянется мучительно медленно, а отсутствие солнца затрудняет счёт. Нет, здесь не темно: у них есть своё светило. Однако его свет холодный, ненастоящий. Он не был способен подарить тепло и жизнь — любимый ею сад достаточно быстро увял. Оттого и радоваться этому светилу она не может. Здесь остались лишь растения и деревья, что, подвергшись проклятию, смогли адаптироваться к жизни под землёй, однако выглядели они уже не так.       — Я просто не голодна, не переживай, — Брюнетка на мгновение прикрывает глаза, откладывая столовые приборы. — И нет смысла называть меня по титулу, Авенир… Какая же я Королева без королевства? — Тихий смех цепляет слух, точно фальшивые ноты. — Мы здесь… совершенно одни.       Он поджимает губы, снова обеспокоенно хмурится. Спорить с этим утверждением бессмысленно — знает. Однако потухший взгляд рубиновых глаз впивается в самое сердце.       — …Давай прогуляемся. — Она поднимается из-за стола, натягивая чужую накидку плотнее на плечи.       Платье на ней одето не по правилам: без корсета, без кринолина, — в любом случае уже никто её за это не осудит, никто не станет распускать слухи. Какие могут быть сплетни, когда общество состоит всего из двух человек? Туфли всё же надевает: вряд ли она заболеет, но беспокоить лишний раз своего друга по несчастью не желает. Он, как всегда, подаёт ей руку. То ли боится, что ноги откажутся её держать, то ли хочет показать, что он рядом и она не одна… Это не помогает. Время от времени голову помещает мысль, что ей было бы легче одной. Тогда чувство вины, что она обрекла на эту участь и его, не было бы столь невыносимым…       Дома пусты. Некоторые двери и окна распахнуты настежь, и колыхание штор иногда ошибочно принимается за чьё-то движение, заставляя сердце сжиматься в надежде, хотя разум ругает за глупость. Если поднять голову к крышам, а затем ещё выше, взгляд упрётся в землю и камень. Разгневанное нечто сослало этот город сюда, чтобы никто и никогда его не нашёл. А может, чтобы они никогда не выбрались и остались здесь навсегда, пока не сойдут с ума... Рубиновые глаза скользят по пустым улицам, с тоской отмечая, что даже животные разбежались подальше отсюда. Чувствовали давление проклятия, окутывающего город, точно полотно, поэтому покинули его почти сразу. Она всё ещё помнит, сколь неестественным смотрелось небо, усыпанное тысячами птиц, что стремились улететь подальше.       — …Знаешь, мой отец всегда считал меня слишком мягкосердечной… слабой. — Девушка вдруг тихо нарушает тишину. — Он управлял этим королевством с помощью страха и считал, что это единственно эффективный способ. Я же, в свою очередь, не разделяла Его взглядов… всегда была очень сострадающей, всегда любила свой народ… — Фанетт слегка отходит и присаживается у клумбы с завядшими цветами. — Однако, я не смогла его спасти. Думаю, он был прав. Моя же любовь меня и сгубила… — Тихий смех отдаёт горечью, и брюнетка вновь выпрямляется в полный рост. — Иронично…       Молчит. Думает, что он может сказать, чтобы заставить её поверить в то, что это не её вина. Когда началось всё это, она единственная, кто попытался взять всё проклятье на себя. Желала пожертвовать собой во имя народа, пока люди в панике убегали подальше, сшибая друг друга с ног. Он был рядом. Даже когда она приказала бежать из города, он остался рядом с ней. Видел, как её руки начали чернеть и, испугавшись, попытался одёрнуть её. Хотел защитить. Как итог, теперь его кожа стала похожа на смоль. Сними он перчатки, ничего бы не изменилось: руки по плечи почернели. Иногда они болели. И болели настолько, что хотелось выхватить меч, чтобы лишить себя своих же рук. Ей тоже было нелегко: он видел, что на её спине расползлось чернильное пятно… такое же было на её груди и шее.       — Ты не виновата. — Он не знает, как заставить её поверить в это, но продолжает повторять раз за разом, вызывая лишь слабую улыбку.       — …Мне жаль, Авенир. — Она смотрит на него, не скрывая боли. — Жаль, что ты обречён быть здесь, со мной. Медленно угасать… Если бы я могла, я бы облегчила твои страдания…       — Прекрати! — Слова звучат непривычно резко, а челюсти стискиваются от злости. — Не говори так…       Фанетт закрывает глаза, позволяя тишине окутать их. Она и правда сожалеет. Ей жаль, что ему приходится видеть её такой: слабой, безжизненной, сгибающейся в агонии. Знала, что ему самому больно смотреть на это, знает, что и его проклятие не щадит. Страдай только она было бы легче… и правильнее.       — …Извини.       — Прекрати извиняться.       Молчит.       Слышится вздох — он подходит ближе. Руки бережно обхватывают женскую фигуру, притягивая ближе к себе. Девушка с удивлением отмечает, что на нём уже нет перчаток, и руки его были тёплыми.       — Прекрати винить себя, пожалуйста. — Тихий шёпот, она чувствует, как чужие губы почти касаются её шеи. — Одна мысль о том, что ты была бы здесь совсем одна, страшит меня. Поэтому я рад, что я рядом с тобой и могу помочь тебе сейчас. И ты не виновата в том, что произошло… Единственная, кто попытался перетянуть всё проклятие на себя одну, лишь бы люди остались живы… — Янтарные глаза прикрываются. — Я так испугался, увидев, как твоя кожа становится смоляной, а вены краснеют, словно ты вот-вот сгоришь изнутри… Я бы себе этого не простил. — Голова опускается на женское плечо. — Не хочу, чтобы ты оставалась одна.       В воздухе вновь виснет тишина, которую нарушает шорох одежды. Брюнетка крепко обнимает его в ответ, жмурясь и пытаясь совладать с эмоциями. Королеве не пристало плакать. Нельзя.       — Я… люблю тебя. — Шепчет она признание, словно боится, что кто-то может её услышать. — …