Последняя плюшка

Прошел ровно год с того момента как погиб дорогой человек Дазая Осаму, даже если по виду так и не скажешь то все равно он его и вправду ценил, ведь тот напоминал его уже давно покойного друга, и он не хотел совершать такую же ошибку как и ранее. Приходилось быть двухсторонним "человеком", ведь для других, включая самого Доппо, Дазай строил из себя совершенно беззаботного и несерьёзного паренька, даже когда он иногда был серьезным, то все равно его запоминали весёлым и беззаботым. Но ведь он никогда не расскажет что чувствует на самом деле, разве что столь дорогим людям, и то, не всю правду. Осаму скорее унесёт все тайны с собой в могилу, нежели откроется кому то полностью, как открытая книга. Этот день был таким же как и остальные, без своего напарника, хотя, нет. Календарь говорил обратное, ведь именно в этот день было день рождения Дазая, он всегда его пропускал мимо глаз. — С днём рождения.. Дазай-сан! — Слегка запнулся Ацуши, ибо увидел, что бинтованый был не в лучшем настроении, но все же протянул подарочную коробку в его сторону и слегка улыбнулся. Красная лента, пышный бант, милый принт на самой коробке. В общем снаружи сам подарок выглядел довольно приятно. — Э.. спасибо, Ацуши. — Попытался Дазай тепло принять подношение от коллеги. Он аккуратно развязал ленту и отложил её в сторону, открыв крышку коробки он увидел... Плюшевую игрушку, но не простую, сама куколка была похожа на Доппо Куникиду, впрочем это так и должно быть. — Я подумал что стоит сделать вам такой подарок... Ну.. как память и все такое — Коротко объяснил Накаджима, что бы не было лишних вопросов. Дазай держал игрушку в руках и молча смотрел на неё, и через несколько секунд нажал рукой, после чего из игрушки раздался звук, а точнее голос:

«Дазай! Ты — машина по растрате бинтов!!!»

Это был голос самого Куникиды. Глаза суицидника уже почти заливались солёными слезами, но он не хотел привлекать этим внимание, и держал все в себе. — Ещё раз спасибо, — Спрятал свой взгляд от людских глаз Осаму — Мне срочно нужно отойти. После этих слов брюнет исчез из вооруженного детективного агентствв прочь, его дорога была домой, но сначала нужно зайти в ближайший магазин. Найдя какой то супермаркет около дома, он зашёл туда и сразу же направился к отделу с алкоголем. Не долго разглядывая продукт на полках, он взял несколько бутылок обычного дешёвого вина. По приходу домой, его встретил черный кот, ведь Дазай не сильно любит собак, кошки приятнее к людям. Суицидник поставил пакет с вином на стол и даже не переодевшись в домашнюю одежду, сразу же сел за стол. Он открыл одну бутылку и начал захлёбывать вино с горла, оно даже по вкусу было дешёвым и мерзким, но ничего не поделаешь. Глоток за глотком и почти бутылки нету, таким образом он умудрился выпить сразу две, но осталась ещё последняя третья бутылка, он её взял с собой в ванную, а там уже приготовил себе горячую ванную, и залез туда в одной лишь рубашке и трусах, ему было противно смотреть на свое оголённое тело. Третья бутылка уходила так же как и две прошлые, глоток за глотком. Но.. что-то всё же не так... Дазай посмотрел на край раковины, там лежало острое лезвие, с остатками засохшей крови. Он взял его и стянул бинты со своей левой руки, сделав лёгкий надрез, появились маленькие капли крови, но с каждым разом он увеличивал силу нажатия и в конечном итоге не удержавшись сделал глубокий надрез прямо по всей руке. По трясущимся рукам текла алая кровь, которая медленно окрашивала собой воду в ванной. Из-за сильного стресса и большого количества алкоголя в организме, в глазах все плыло, а дыхание становилось более тяжёлым но частым, будто задыхаясь. Он смотрел на свою окровавленную руку и все мысли в голове перешались. «зачем это все?»: был лишь единственный вопрос. Рядом с ним было зеркало, и он случайно бросил взгляд на него и увидел не себя, а полностью истощенного, бессильного и даже не человека. Ему было сложно поверить что это он, тощие руки, ребра которые уже довольно видно сквозь кожу, синяки везде, это ведь не я... — Это... ЭТО НЕ Я! НЕ Я, НЕ Я, НЕ Я!! УБИРАЙСЯ ОТСЮДА, Я НЕ ХОЧУ ВИДЕТЬ ТЕБЯ! — Взволнованно прокричал Осаму, и со всей силы ударил кулаком по зеркалу, в следствии чего оно разбилось, а многие осколки попали на него. Он схватил самый большой осколок и крепко держал его двумя руками, направив на себя, стекло резало его руки, но он уже ничего не чувствовал. Кареглазый резко вонзил острый осколок в свой живот, и из его уст раздался тихий вой, он сжимал зубы что бы не слышать даже своего голоса. Он смотрел на осколок и понял что этого не достаточно что бы умереть, встав из ванной он всеми силами пытался найти верёвку и все же нашел, в его случае любой другой человек вряд-ли бы уже функционировал. Дазай дополз обратно до ванной оставляя за собой красный след, и подвесил петлю к потолку. — Я не хочу.. что бы от мо..моего тела что-то оста..лось.. — Дрожащим голосом он резким движением изрезал все руки в мясо, но ещё увидел стоящие таблетки на полке, он сгребал все что было и запихал в рот, неважно что это, главное что бы сработало. Посмотрев на потолок, он залез тощими ногами на табуретку, и просунул свою голову в петлю, смотря вниз он столкнул табуретку из под себя и по ванной комнате прошёлся лишь тихий хруст, и звуки задыхания. Спустя пару минут руки уже были опущены и мертво висели, как и само тело Осаму Дазая. Дверь в ванную была открыта поэтому тот самый черный кот притащил в зубах ту игрушку в виде Куникиды, и положил на пол, нажав своими лапками на игрушку из нее снова раздался голос:

«Я люблю тебя, Осаму»

— Мяу.. — От тихого мяуканья шло эхо.