Bugging Out (Жучиный переполох)

— Это унизительно, — произнесла Веспа, сдерживая желание зарычать или прошипеть, но презрение в голосе было очевидным. — О чём ты? Это охуенно! Мой член сейчас твёрдый, как алмаз, — заявил ты, нарочно двигая бёдрами, чтобы лучше продемонстрировать восторг. Веспа явно хотела не показывать напряжения, но всё-таки выдала тихий стон — твой вес давил ей на спину. — Я чувствую. Он уже в меня впивается. Если бы ты просто перестал дёргаться и дал мне делать свою работу, я, может, и вышла бы из этого с остатками достоинства, — попросила элитная стражница, понимая, что приказывать тебе не может. Ты показал ей язык. — Ты должна быть сейчас горда. Я ещё даже с Кризалис так не катался, а я считал, что только она достаточно большая, чтобы выдержать мой вес. Ты — в самый раз. И знай: у меня есть фан-клуб, который мечтает оказаться на твоём месте. — Учитывая твои габариты, они должны быть мазохистами… что, возможно, правда, — вздохнула Веспа, принимая неизбежное. Никаких двусмысленностей: ты пока не трахал маму Ап, просто ехал на ней верхом. В буквальном смысле. И да, потом тоже будет неловкий разговор с Ап — только уже о том, почему ты используешь её мать как ездовую лошадь. Ты ещё не решил, какой вариант хуже. С тех пор как ты попал в Эквестрию, ты так и не сделал то, что должен был сделать сразу: оседлать кого-нибудь из местных. Большинство пони и чейнджлингов просто слишком мелкие, чтобы выдержать твой вес, а те, кто покрупнее — принцессы и королевы, которым это якобы «неприлично». Зато получать в себя литры человеческой спермы им почему-то прилично. Веспа — чуть больше обычной пони, плюс элитная боевая единица улья — едва выдерживала тебя, но если поджать ноги, пятки не волочились по полу. Поэтому ты и выбрал ей наказание: целый день быть твоим скакуном. И дождался следующего дня, чтобы отыграться по полной… Но это было ожидаемо. — Куда вообще тебя везти? — спросила Веспа, косясь через плечо. — Без понятия. Просто катай по улью, пока не рухнешь, чтобы я потом мог потроллить Ап: «я так отъездил твою маму, что она встать не смогла». Пошатнуть ей мозг, короче, — гордо заявил ты, довольный гениальностью плана. — Кто такая Ап? — спросила Веспа, даже не поворачиваясь. — Ап… Апокрита… сколько у тебя вообще детей, где «А» и «П» стоят рядом?! — сердце слегка ёкнуло от того, что она даже не сопоставила. — А, да, Апокрита. Никто никогда её так не называл… хотя нет, был один. Идиот, которому не нравились имена длиннее двух слогов. Она тогда только-только прошла метаморфозу, была мелкая, а он — крупный… она ему челюсть одним ударом выбила, неделю заживало, — вспомнила Веспа, и в её обычно равнодушном тоне мелькнула тень гордости. Ты улыбнулся, протянул руку и легонько поскрёб её за ухом. Ухо дёрнулось — явно ей было приятно, — но в следующую секунду Веспа резко встала на дыбы, чуть не сбросив тебя. Голова развернулась, здоровый глаз вспыхнул ярко-жёлтым. — Никогда. Больше. Этого. Не делай! Твоя нежность — даже малейшая — дар, который принадлежит только королеве Кризалис, и я не стану соучастницей кражи этого ресурса! — прорычала она, снова опуская передние ноги, но не сводя с тебя взгляда. Ты на миг испугался… а потом разозлился, указав ей пальцем прямо под глаз. — Какого хуя вы, конские жуки, решили, что любовь — это ограниченный ресурс?! Может, в вашем долбаном магическом мире её можно сожрать до дна, но откуда я родом… да, там её тоже иногда не хватает, потому что люди — мудаки. Зато у нас есть хиппи, которые за «свободную любовь», и хотя я готов плеснуть им кофе в рожу каждый раз, когда они на углу проповедуют, — они кое в чём правы: если захотеть, можно любить всех! И знаешь что? Мне тут реально нравится. Мне нравитесь вы, жуткие жуки, и я, блядь, готов накормить весь этот улей своей любовью, если мне дадут шанс! Твои слова ударили по ней — зрачок расширился, но она быстро сузила глаз снова. — А если не сможешь? Если выжмешь всю любовь за раз? Тогда королева Кризалис потеряет главный источник питания — источник силы, который позволит ей завоевать Эквестрию и накормить улей навсегда. Ты сам говоришь, что не даёшь королеве настоящей любви до свадьбы — и после этого хочешь, чтобы я поверила, что ты способен накормить весь улей? Я тебе не верю, — отрезала Веспа, отворачиваясь и довольно крякнув, когда хрустнул позвонок в шее. Ты разозлился ещё сильнее, спустил ноги на пол, слез и обошёл её спереди — глаза в глаз. — Какая у тебя, блядь, ко мне проблема? Почему ты так против того, что я могу сделать? Кризалис мне доверяет. Кризалис меня любит. Улей меня любит! Я не прошу тебя меня любить — просто прими, что они любят! Губа Веспы дрогнула в сдержанном рыке. — Потому что ты сам это признаёшь: они тебя любят. Любовь, без которой они не выживут. Ты делаешь их слабее. Притупляешь остроту, которая нужна для выживания. Если почувствую, что ты толкаешь их дальше — до точки, где они сами себя погубят из-за твоих детских хотелок, — я убью тебя. С радостью приму гнев королевы и опозорю свой род, потому что умру, зная: я защитила её. Защитила улей. От тебя. Ты раздул ноздри. Где-то внутри ты даже уважал её упрямство. Подавив желание заорать, ты снова забрался ей на спину. — К Кризалис. Сейчас, — приказал ты. Она не двинулась, глянула через плечо: — Зачем? Чтобы настучать? — Нет. У меня стоит так же твёрдо, как твоя башка, и трахать тебя в злобе я не могу, так что пусть она разберётся. Веспа застонала и пошла вперёд. — Я бы не делала этого, если бы не знала, что ей достанется немного любви. — Ага, — хмыкнул ты, стараясь держать строгий тон, но не вышло. — Серьёзно, я ещё не пробовал «трах от ненависти», но после этого мы, похоже, будем разговаривать перед каждым сексом с Кризалис. — Жалею, что вообще рот открыла, — простонала Веспа, понурив голову. — А Кризалис — нет. Всё это напряжение сейчас пойдёт ей прямо в рот… и в задницу, и в пизду, и ещё в пару дырок, — открыто заявил ты. Вот оно, настоящее наказание.

***

После марафона «оседлай Кризалис» ты вышел из тронного зала на трясущихся ногах с довольной улыбкой. Секс в ярости — это вообще другой уровень первобытности, надо повторить. Спасибо тебе за это, Веспа. Кстати, она уже ждала у дверей — сидела, пока глаз дёргается. Других стражников не было. — А где остальные? — спросил ты, оглядывая туннели. — Разогнала, когда они начали трахаться. Особенно когда полезли ко мне. Не виню — феромоны королевы, но мы должны охранять, а не предаваться утехам, — ответила Веспа, медленно поднимаясь. Под ней осталась приличная лужа. — Ха! Намокла! Даже великая и непробиваемая Веспа не устояла перед эффектом Анона, Бога Секса! — гордо заявил ты, колотя себя кулаками в грудь как победная горилла. — Это из-за моей королевы, а не из-за тебя, — поправила она, возвращая каменное лицо. — А она — из-за меня… кстати, надо бы отправить кого-нибудь перенести её в спальню. Она ещё долго не встанет, — сказал ты и, подумав, добавил: — И помыть. Мы там беспорядок устроили, а она даже встать не может. — Передадим ближайшим стражникам. Садись, — скомандовала она, явно вспомнив, что всё ещё твой транспорт. Ты забрался — ноги уже хуже держались наверху. — Ладно, гнев и похоть я выплеснул, теперь поговорим по новой, — начал ты, пока она тронулась, иногда цепляя твои пятки за пол. — Если все наши разговоры будут заканчиваться тем, что ты идёшь трахать мою королеву, лучше вообще молчать, — сказала Веспа. Ты чуть не рассмеялся — вроде не шутка, но звучало как шутка. — Серьёзно? А я теперь планирую говорить с тобой перед каждым сексом. Кризалис это явно заходит, — ты точно шутил, но её блаженное мычание за дверью подтверждало правду. — Слушай, ты меня ненавидишь, я тебя выбешиваю с пол-оборота, но я хочу, чтобы мы поладили, иначе будет пиздецки сложно объяснить Ап, какая у неё мама сука. Веспа на миг запнулась — почти незаметно, но ты уловил. — Почему тебя волнует, что думает моё потомство, а не королева? — спросила она, косясь по боковым коридорам. Видимо, часть чейнджлингов разбежалась на оргии, но под страхом наказания остальные были на рабочих местах. — Если Кризалис узнает, что ты меня не любишь — просто выпотрошит тебя и сожрёт кишки, и всё. Ей похер будет, как я к этому отнесусь. А вот Ап расстроится и взъебётся на меня — она точно решит, что это я виноват… ну, это если тебя сожрут, — ты наклонился ближе. Веспу это явно раздражало, но тебе было лень держать спину. — Апокрита не расстроится. Я учила её думать только об улье, а не о личных чувствах. — Ну у меня, похоже, есть эффект на народ — особенно на пони и жуко-пони. Ап была моей первой стражницей и первым другом. Да, потом появились Хатин и Фаринкс, но она — лучшая подруга. Я хочу, чтобы, когда она вернётся на эту должность, она не злилась, — попытался объяснить ты. — Тогда ты недооцениваешь до… потомство и её преданность улью. Я обучала её не потому что дала ей жизнь, а потому что увидела в ней желание сделать всё ради нашего вида. Она воплощает то же, что наш род нёс поколения. Такое не пошатнёт существо вроде тебя, — отрезала Веспа. Ты заметил, как она чуть не сказала «дочь», но исправилась. Материнство у неё явно было где-то глубоко зарыто, и ты хотел это вытащить. — Мама, сенсей, великий пуп земли — не важно. Нам надо ладить. А если этого мало — вот тебе другой мотив. Ты готова умереть за Кризалис и улей. Но есть поступок куда храбрее, который значит для них гораздо больше. — Какой же? — всё-таки клюнула она, чуть повернув голову. — Жить ради них! — заорал ты ей прямо в ухо, заставив вздрогнуть. — Продолжать жить, чтобы искать угрозы. Намного хуже меня. — Не уверена, что что-то может быть хуже тебя, — фыркнула она. — Не спорю, — признал ты, выпрямляясь. — Но вдруг ты ошибаешься? Кризалис нужны хорошие чейнджлинги, которые заботятся об улье. Именно это делает вас с Ап похожими — и поэтому я не могу до конца тебя ненавидеть. Разница лишь в том, что она видит, сколько добра я могу принести улью, а ты… ну, ты видишь только половину того, что видит она, — не удержался ты от подколки. — Думаешь, шутки про глаз заставят меня посмотреть на всё твоими глазами? — Я думаю, что даже с твоим слепым глазом ты должна видеть: я прав, — сказал ты уже серьёзно. Веспа замолчала. Долго шла молча мимо пустых коридоров. Ты закатил глаза — ну почему так сложно просто принять очевидное? Но когда вы свернули в коридор, где уже были чейнджлинги, она наконец ответила: — Я вижу больше, чем ты думаешь. Больше, чем хотела бы признавать. Потому что вместе с мыслью, что ты ослабляешь улей… я вижу и другое: эта война, этот порыв наконец захватить пони — из-за тебя. Из-за того, что ты даёшь моей королеве силы. И что ты вернулся. Сам.