Приключения Аннушки: битва без конечности.

Аннушка жила в необычном замке. Он был вытянутым и длинным, с широкими окнами и дверями по бокам, а по крыше тянулись железные рога, касающиеся невидимых небесных проводов. Все вокруг называли его замком-троллейбусом, и он, хоть и стоял неподвижно на холме, иногда таинственно дрожал, будто вспоминал свои далекие поездки. Аннушка обожала свой дом. Утром она поднималась по лестнице к водительскому креслу — там был её трон. Вечерами она зажигала в замке мягкий электрический свет, и снаружи казалось, что в длинных окнах светятся сотни маленьких залов. Замок Аннушки находился в далёком, мрачном королевстве, недалеко от Пскова о.О Но покой Аннушки нарушал пилот Давид. Его самолёт был не из металла — он был воображаемым и выглядел как овца: пушистая, белая, с мягкими крыльями. Давид верил, что именно эта небесная овца приведёт его к славе. — Аннушка! — кричал он с небес. — Сразись со мной! Твоему замку не место на земле! Аннушка поднялась на крышу замка, держа в руках золотой компостер. Электрические рога её троллейбуса засверкали, и молнии протянулись к облакам. Битва началась. Давид кружил в небе, сбрасывая на замок пушистые облака, что превращались в обманные ловушки. Аннушка отражала их сиянием компостера. Замок-троллейбус дрожал, из его окон вылетали искры, а рога метали молнии. Небо гремело, овца-самолёт блеяла и из последних сил пыталась увернуться. Но Аннушка собрала всё электричество замка и направила его в один ослепительный разряд. Молния ударила точно в воображаемую овцу. Она зашаталась, потеряла крылья и рухнула вниз. Давид закричал, но удержать свой самолёт не смог. Огромная овца, превратившись в облачную тушу, упала прямо на маленький домик внизу. То был домик самозванца-травника, что давно выдавал сорняки за целебные зелья и путал людей фальшивыми отварами, за что и был прозван "Знахером". Домик разлетелся в щепки, а самозванец выбежал наружу, размахивая веником и вопя: — За что?! Я же только крапиву продавал как эликсир! Знахер убежал в сарай , приташил кувщины с соплями, которые он собрал во время поцелуев с возлюбленной и принялся тушить свою лачугу. Но было уже поздно было. Овца лежала на руинах, а Давид, опустив голову, понял, что проиграл. Аннушка стояла на крыше своего замка-троллейбуса, сияя в свете заката. Её победа была полной. В тот миг на неё снизошла новая сила: замок-троллейбус открыл свои тайные кладовые, и из них поднялись сияющие доспехи. Они были сотканы из радуги, изломанной в электрическом свете, и каждая пластина переливалась всеми цветами сразу. Облачённая в них, Аннушка стала не просто хранительницей — а воительницей миров. Но покоя ей не было суждено. На холме появилась тень: злая учительница английского, суровая и жёсткая. Она потеряла конечность в древней войне и теперь владела магией слов, способных связывать разум цепями. Её голос был как раскат грома: — Аннушка! Теперь ты сразишься со мной. И радужные доспехи девушки вспыхнули, отражая в себе бесчисленные слова, что учительница метала как кинжалы. Замок-троллейбус дрожал, готовясь стать ареной новой битвы. Аннушка подняла компостер, и война света и слов началась. Учительница английского раскинула руки, и вокруг замка-троллейбуса закружились буквы, словно стая чёрных ворон. Каждая буква была испытанием: "тест", "контрольная", "устный ответ". Слова складывались в грозный приговор: — Аннушка, ты обречена на пересдачу! — прогремел её голос. — Никогда не сдать тебе мой экзамен, снова и снова будешь возвращаться к вопросу: «What is the Present Perfect?» Аннушка сжала золотой компостер. Радужные доспехи вспыхнули, отражая чёрные буквы. — Я не боюсь пересдачи, — сказала она, и её голос раскатился громом. — Я не твоя пленница. Она ударила компостером о землю, и замок-троллейбус ожил. Из его окон вылетели световые двери, одна за другой, и окружили злую учительницу. Каждая дверь хлопнула, словно щёлкнул замок. — Ты сама пересдашь свой урок, — сказала Аннушка. Учительница пыталась метать новые слова, но буквы гасли на лету, растворяясь в сиянии. Радужные доспехи сомкнулись, и замок-троллейбус окончательно запер её внутри. Для неё отворилась особая дверь — в белую, стерильную палату. И вот, учительница оказалась заточена в дурке меж миров, где стены сделаны из тишины, а потолок из бесконечных учебников, которые никто не открывает. Там она больше не могла никого обрекать на пересдачи. Аннушка вытерла пот со лба и улыбнулась. Теперь замок-троллейбус снова был свободен.