Тринадцатый.

«Сегодня самый счастливый день!!» - думал он, вдыхая ее аромат и слушая скрип колес. Сине-бело-красная, вся начищенная и натёртая до блеска. Только что с завода. Только что из депо. Она ехала впереди. Нет, она неслась, разгоняя ветер и освещая тоннель. А сзади, медленно, поскрипывая всем чем можно, но упорно и мечтательно тащился старенький, потрёпанный и пошарпанный, ничем не примечательный темно-синенький, немного уже облупившейся, с белой полосой по середине - номерной поезд. Уже как более 20 лет он исправно возил пассажиров. Уже как более 20 лет он выходил на линию из депо в такую рань, вместе со своими друзьями машинистами. И имя ему...да никакого у него имени и не было...просто "Номерной"! Единственный и не сравнимый из всей серии поездов метро, которой видимо забыли дать имя или просто на ней фантазия временно закончилась. Зато потом была красавица "Яуза", но это потом. А он и тогда и сейчас остался просто Номерным! Так его и звали! Иногда правда называли ласково Номерок или Номик! Сегодня было ничем не примечательное обычное и очередное утро в метро. Час пик. Народу уйма. Все куда-то спешат и держат двери. А он из-за этого опаздывает. Диспетчер ругает машиниста. Машинист пытается нагнать. Скрипят колеса. Станция проносится за станцией, пассажир сменяется другим пассажиром. В общем, самое обычное утро в метро! И только где-то после десяти, час пик спадает. Людей в метро становится намного меньше. Поезда сокращаются. Пассажиры куда-то, как по волшебству, деваются. Такой уж закон метро! Номерок не знал куда деваются пассажиры, но ему это было и неважно. Он спокойно ехал по линии до своего планового захода в депо или отстоя на какой-нибудь из конечных станций, а может и не конечных. Он этого не знал, это знал только машинист, ведь у него на руках расписание и он тут главный. А Номерок, просто Номерок. В это самое время, когда линия пустеет. Интервалы становятся больше. Выходят из депо ОНИ. Перегонки и обкатки. Все такие красивые, новенькие, чистенькие. Одни следуют на другую линию, а другие катаются по линии без пассажиров, чтобы узнать и протестировать смогут ли они работать на ней уже с пассажирами. Этакий тест-драйв. Такой была и она. Новая, только что выпущенная с завода. Сине-бело-красненькая. Ее звали – Москва 2020. Она была прекрасна! И когда диспетчер предупредил его, а точнее машиниста о том, что из депо впереди выходит состав. А дежурная по станции выдала ему поездной талон. Тогда то он ее и увидел. Точнее чуть погодя, через несколько перегонов. Вся такая грациозная и красивая, она тихо и плавно выезжала на линию. Подмигнув ему своей яркой светодиодной фарой, она поехала вперед. А он выждав несколько минут, помчался следом, гонимый лишь одной только мыслью «Только бы ее не скоро забрали в депо! Только бы побольше с ней поездить по линии!». Несколько станций спустя… Пшшш!! – внезапно прервал Ежика из размышлений Кран тормоза машиниста. «Экстренное!? Что ещё такое?» - только и промелькнула у него мысль, прежде чем остановится перед красным сигналом светофора. Теперь предстояла долгая накачка тормозных букс. Но это его волновало меньше всего, гораздо больше его волновало «Почему они остановились? И не случилось ли что с ней?» Он напрягся, переключил все свое внимание в одну единственную точку - в кабину машиниста. Слышно было все-равно плохо, но он все ж смог что-то расслышать. - Обкатка….перегон «Черказовская – Баливар Рупитского»…что у вас случилось? – явно нервничая, громко и быстро говорил диспетчер. - Диспетчер, перегрев букс на 2 вагоне! – отрапортовал машинист. - На МФДУ? - Верно, диспетчер! - Понятно! - Баливар Рупитского, отставляете его на 4 станционный путь! - Понятно, диспетчер! - Машинист обкаточного состава вы следуете на 4 станционный путь в отстой! - Понятно диспетчер! На 4 станционный путь в отстой! - Баливар Рупитского, 5105 в отстой, а 805 поезд 13 маршрут оборачиваете и отправляете в 13:20 ровно! - Понятно, диспетчер! - Машинист 13-го маршрута, вам понятно? - Да, диспетчер! На Баливаре Рупитского следую под оборот и отправляюсь в 13…20? - Верно! В 13 часов 20 минут! – ответил ему диспетчер. С этого момента все стало вновь тихо. Все всё поняли. Понял и тринадцатый. Ему вдруг стало очень грустно. Он не хотел бросать ее тут одну. Внезапно он пыхнул и несколько раз мигнул фарами. - Ну-ну, парень! Не расстраивайся! Увидишь ты её ещё! – ободряюще произнес машинист и несколько раз махнул дворниками, смахивая с лобового стекла скопившуюся влагу. При въезде на станцию, ему все ещё не верилось в это. Он вовсю не хотел выезжать раньше нее. Внезапно от тоски, ему вспомнилась песенка одной девочки, которая однажды ехала в одном из вагонов и напевала ее. Слова этой песенки он не помнил да ему не нужно было. Он напевал свою: «Только не в отстой Только не теперь Мы справимся со всем Просто мне поверь!» Пока он напевал эту песенку, пришло время выезжать со станционного пути. Но ему по прежнему, все также не хотелось выезжать раньше нее. И он искренне жалел, что не у него перегрелись буксы. Ведь если сейчас она тут встанет, а он уедет раньше нее, то он поедет дальше по своему маршруту. Своему расписанию. А она станет не обкаткой, а перегонкой в депо. И тогда они возможно уже никогда больше не увидятся. Кто знает? Может она ещё потом и выйдет на линию, но вряд ли перед ним. Ведь таких счастливых случайностей в жизни бывает очень мало. За всеми этими размышлениями, он и не заметил как светофор со станционного пути перекрылся с красного на лунно-белый. Машинист сказал: «Ну что, брат, погнали!» и привел рукоятку контроллера в нужное положение, став потихонечку набирать скорость. - Ну что ж…- вздохнул тринадцатый - Опять эти пассажиры! Опять эти станции! Снова без нее!