Обиды лидера на высоте

      Или как команда вновь стала этому свидетелем.       Ничего не менялось в жизни приёмных детишек Николаса. От слова совсем. Работа, геройство, редкие встречи с другими командами, выгорание, психи, какие-то конференции и мероприятия, где приходилось держать в напряжении мышцы лица до победного, крики, тренировки, где можно было выплеснуть эмоции, убитый стул... Э, убитый стул? В общем, неважно, жизнь высокопоставленных супергероев-агентов о-го-го какой организации была схожа с американскими горками, у которых не было кнопки «стоп».       Если перейти к сути, в данный момент происходит лёгкий случай. А именно спор, ссора. Нет. Они не особо любили спорить вне работы между собой. Просто так вышло, что в какой-то момент Питер, малясь, взорвался — он терпеть не мог, когда его начинали опекать. Да, он младший в команде, но это же не повод на нем отрываться. Ну да... Не повезло на операции. Словил пулю, штуки две-три в ногу. Ну ничего? Спас Аву, оба живы, целы, регенерация — чудо небес. И как бы не так. Ему уже час выносил мозг Люк, а в ответ Питер не сдерживался и переходил на крик. Что комично в сей ситуации — остальные трое молча наблюдали за всем происходящим, пока самые старший и младший цапались. Команда преспокойно химичила на кухне и молча поглядывала в проём, иногда выходя и проверяя ситуацию.       В какой-то момент оба крикуна заткнулись и уставились друг другу в глаза, показывая злые гримасы.       — Ты ведёшь себя как ребёнок! — выпаливает окончательный ответ Питер, раскинув руки в стороны, и Люк ещё сильнее сдвигает брови и показывает даже мельком зубы, уперев руки в боки точно рассерженная мать.       — Тогда со всей своей детской непосредственностью заявляю — ты под домашним арестом! — в проёме кухонном сразу были боковым взглядом замечены три головы с вытаращенными глазами, а Питер от охреневания забывает, как говорить, на пару секунд.       — Ты хоть слышал себя со стороны?! Как ты себе это представляешь? Я не маленький мальчик, чтобы мне подобное говорить!       — Ещё какой-то, блять! Пойти против придерживаемого нами плана ты можешь, тем более что сам его придумал, и словить четыре, сука, пули ты также можешь, но попросить того же Нову или меня разобрать с той скотиной ты не можешь! Сколько раз у нас был разговор на тему того, что мы не делаем необдуманные решения в одну секунду! Ты хоть понимаешь, что ты всех перепугал тем скачком в реку пуль! — выплёвывает уже свой окончательный ответ Люк, ставя точку на теме, и добавляет: — Ты под арестом. Разговор окончен!       Питер с последней фразой выпрямился с офигеванием и обидой в глазах, едва ли не рычащего себе под нос, и развернулся спиной к Силачу. Коль его посчитали ребёнком, да будет это правдой, и с этими мыслями, пройдясь вверх по стене босыми ногами, уселся на потолке, скрестив ноги и отказываясь смотреть на брата.       На пару секунд все, включая и Люка тоже, попросту на него уставились, однако стоило остальным обернуться в ожидании реакции на эту хрень, вытворенную на эмоциях, как, поднимая подбородок, с тяжёлыми шагами Неуязвимый Человек вышел прочь из гостиной.       В этот раз он не собирался уступать паучьему бедствию. Подобное должно пресекаться. Пресеклось однажды ещё в далёком детстве, пресекётся и сейчас. Питер мог дуться на него сколько ему влезет, но менять своё решение он не станет никогда.

Спустя час

      Настало время ужина, который в скором времени должен был приготовиться, и Люк, уже под успокоенный, заглянул в общий зал.       — Ткач, ну ты шутишь что ли? Спускайся давай и прекрати из себя ребёнка строить, — это был Сэм, и, подняв взгляд, Люк увидел Пита, игнорирующего шлемоносца и уткнувшегося в телефон.       Положа руку на сердце, они все ни разу не видели, чтобы Паук так долго обижался на них и игнорировал их. Как практика показывала, достаточно было Пауку приклеиться к стене или к потолку на несколько минут, прежде чем спуститься обратно вниз или найти место, где не будет лишних глаз.       — Питер, подойди ко мне, — тон вышел строже предполагаемого результата, и видно было, как резко напряглись мышцы на чужом теле в ответ на поучительно-братские нотки. Если вне дома Питер был лидером, то вот дома дела обстояли иначе — лидерскую позицию занимали Люк и Ава. И старший стиснул зубы, сдерживая ругательства, когда заметил, как потолочный наглец на него покосился в ответ и как обратно уткнулся в телефон чёртов. Пора это было заканчивать. — Питер Бенджамин Фьюри, если ты сейчас же не подойдёшь ко мне, то, клянусь, я сдеру тебя сам с этого потолка голыми руками, и мокрой тряпкой ты получишь по лицу.       Пристально уставившись на пучеглазого, Люк упустил из виду то, как быстро отошёл от него Сэм, вздрогнув при этом от обращения по полному имени и присаживаясь на диване, и мысленно дал себе пятюню, когда Питер медленно сполз на пол, сжав кулаки.       Мотнув в сторону коридора со знаком следовать за ним, парни молча дошли до дальней комнаты, комнаты Пита, где, войдя внутрь, Неуязвимый скрестил руки на груди, пока перед ним усаживался на кровати Ткач, не смотрящий ему в глаза.       — Может, ты наконец объяснишь, смысл было кидаться под пули, если Ава была в безопасности, укрытая от пуль. Ты мне за час так и не объяснил причину. Неужели я не заслуживаю доверия твоего, раз это слишком большой секрет? — спросив Паукана, ему в ответ ничего не было сказано. Тяжёло вздохнув, Люк присел рядом. — Ну? Я жду.       — Там было отверстие, где было видно голову Авы. Мозг отрубился, и сработали рефлексы на паучье чутьё, вот и сиганул под огонь, дабы закрыть дыру бедром, — схватившись за голову и пригладив волосы каштановые, Питер всё же посмотрел на Люка. — Доволен?       — Ткач, — подбирая слова, Силач подтолкнул к себе самое несносное создание в их чокнутой команде и приобнял выше талии, — дело не в том, доволен ли я буду или нет после твоего ответа. Ты хоть, сидя на потолке, представил себя на моём месте? Я обосрался знатно, увидя то, что ты творишь, и что от страха за твою жизнь я чуть не прикончил на адреналине тех, кто в тебя стрелял. А теперь представь то, что было бы, к примеру, со мной, потеряй я тебя? Или с остальными?       — Прости, я не хотел на тебя давить, — обняв с виноватым лицом, Пит ощутил, как тёплая рука взъерошивает ему волосы.       — Я сам не лучшим образом повёл с тобой сегодня. Каждый поступал, как считал нужным в этот день, — обнимая в ответ, Люк поставил свой подбородок на голову под собой и прикрыл глаза. — Но арест в силе.       — И почему же?       — Как минимум потому, что с ногой перебинтованной ты никуда не полетишь.       — Я норма...       — Если вы всё, то пошлите-ка жрать. Я голодный капец как. И, да, Ткач, с ногой дома посидишь.