Акулы

Море. Песок. Пляж. А что скрывается вблизи?.. Акулы. Первая, самая страшная опасность – акулы. Свирепые хищники, пожирающие всё на своём пути. Особенно если это что-то истекает кровью. Я облажался. Поцарапался о край пристани, пока поблизости проплывала эта тварь. Насторожил её нервным бультыханием, а после привлёк запахом. Она ухмылялась мне, пока отгрызала мою ногу. Первую. Левую. Словно в насмешку, мою ведущую, без которой я уже не смог уплыть. Просто лишила этой возможности, когда будто из неоткуда выпрыгнула из воды и кинулась на меня. Почему впилась именно в ногу, а не голову? Ха-ха. Да потому что я был слишком тупым и хотел жить, отшатнувшись назад. Как вы поняли, это не помогло... Совсем. Лишь продлило мои мучения. Господи, как же это больно. Когда острые клыки впиваются в плоть, рвя ткани мышц, дробя кости, выворачивая конечность наизнанку, пока челюсть пытается оторвать кусок от основного тела... Когда после, не успеваешь ты отойти от шока, – даже покричать как следует, – те же яростные клешни хватают тебя вновь, только уже за другую ногу, отгрызая по самое колено. Буквально пара секунд – и я уже инвалид, беспомощно бьющий руками воду, без обоих ног, а эта тварь всё ненасытна, кружит, как коршун, вокруг, чавкая тем, что только что было моими ступнями... Я кричу, воплю, что есть мочи, как в последний раз, дикими глазами от адреналина и болевого шока заглядывая в души тех, кто смотрит, но помощь не приходит. Всё бестолку. На пристани – много людей, но ни одного человека. Только глупые вспышки камер и наигранные вопли каких-то баб... Но я всё ещё хочу жить. Боль адская, такую никому не пожелаешь, но я плыву, истерю, реву, как девчонка или кит, зову страшным голосом отца, маму, которых привёз на курорт, на который копил несколько долгих лет с желанием отблагодарить их наконец за всё, что они сделали... Плыву – и чувствую, как за руку что-то хватает. Момент – и я уже лечу. Меня подкидывает кверху пузом, на мгновение, жалкий миг я чувствую себя в невесомости, вода скатывается с тела вместе с кровью, окрашивая морскую гладь в багровый, в глаза бьёт солнце, кожу обдувает ветерок... Рай, не правда ли? Однако я тут же оказываюсь в аду. Вместе с личным мучителем, которому до самого последнего не приходит в голову откусить мне башку... Ха, вот каламбур, а? Я бы посмеялся, да только как-то не до смеха, когда тебя неспешно расчленяют... Следующей я теряю руку, за которую меня и подбросило в воздух. Крики людей издали быстро растворяются от шумоподавления в воде. В уродливой пасти постепенно исчезает правая конечность: сначала кисть, потом предплечье, и так по самое плечо. Она жуёт меня, как гурман, растягивая удовольствие, хотя на самом деле пожирает за несколько секунд. В море ничего не слышно. Только чавканье и гул сердца в ушах. Перед глазами давно всё поплыло. Я уже сдался: нет сил, выхода тоже, осталось только ждать, когда всё кончится. Жаль отца и мать, которым придётся хоронить то, что от меня останется, жаль кота, что останется в хрущёвке совсем один, жаль деда и бабку, с которыми я так и не успел встретиться напоследок... Мысли прерывает болезненный толчок в бок. Акуле всё неймётся: решила оставить от меня лишь жалкие обрубки, дабы после проглотить целиком. Или нет?.. Когда она расправляется с моей второй рукой, я уже почти не двигаюсь. Не вижу ни черта, только тьму; она моя спасительница, не даёт увидеть эту рожу, это чёртово море, эту заканчивающуюся жизнь. Но когда вдруг живот пронзает дикая боль, страшнее предыдущей... Ору сквозь толщу воды сильней, чем прежде, да так, что мой вопль прорывается наружу, доходя до зрителей: акулина морда ударяет в кишки, желая полакомиться и внутренностями. Впивается – и рвёт своим острым носом кожу, мышцы, потрошит, как курицу, выдергивая органы под мои завывания. Я под водой, воздух давно уже закончился, как и силы дёргаться, но боль никуда не делась: я нутром чую, как её глаза, чёрные, как две бездушные кляксы, ищут, чем бы поживиться для начала; чувствую, как её нос раздирает кишки в клочья, пытаясь добраться до печени; ещё ощущаю то, как оголяются следом лёгкие... Но когда она добирается до сердца, всё резко заканчивается. Я свободен. Дальше только тьма...