Лекарство от одиночества

Первые несколько дней после того утра прошли в каком-то сладком, сюрреалистичном тумане. Они ловили себя на том, что просто смотрят друг на друга во время лекций и не слышат ни слова из того, что говорит профессор. Их руки под столом находили друг друга и сплетались пальцами, а на губах постоянно играли глупые, счастливые улыбки. Но мир вокруг них не замер. Джей и Хисын, конечно, заметили перемену. Они перестали задавать прямые вопросы, но их многозначительные взгляды и лёгкие, одобрительные улыбки говорили сами за себя. С ними всё было просто — они понимали всё без слов. Сложнее было с остальными. Ники, обладавший поразительной проницательностью, как-то на паре по биохимии наклонился к Джейку и прошептал: «У вас там лицо светится, как у лампочки. Что-то случилось? Вы наконец выучили цикл Кребса?» Джейк только смущённо отмахнулся. Решающий разговор произошёл в самой неожиданной обстановке — на кухне общежития, где Хисын пытался испечь песочное печенье по бабушкиному рецепту, а Джей критиковал каждый его шаг. —Ты просеиваешь муку слишком агрессивно! — ворчал он. — Она напугается и печенье получится жёстким! —Мука не обладает нервной системой, дорогой мой, — спокойно парировал Хисын, но просеивать стал аккуратнее. В кухню вошли Джейк и Сонхун. Они стояли так близко, что их плечи соприкасались, и это выглядело так естественно, что Джей на секунду замер с открытым ртом. —Ну что, — сказал он, опираясь на стол и окидывая их изучающим взглядом. — Вы уже собрались с мыслями и готовы нам всё рассказать? Или нам ещё неделю ходить вокруг да около и делать вид, что мы не видим, как вы два раза за лекцию обмениваетесь взглядами, полными обожания? Джейк покраснел и потупился. Сонхун, к удивлению всех, не стал отрицать. Он взял с тарелки ещё тёплое печенье, отломил кусочек и протянул Джейку. Тот машинально взял его и съел. —Да, — просто сказал Сонхун, обращаясь к Джею и Хисыну. — Всё именно так, как вы подумали. В кухне повисла тишина, нарушаемая только шипением масла на сковороде. Потом лицо Джея расплылось в широкой, редкой для него улыбке. —Наконец-то! — выдохнул он. — А то я уже думал, вам до следующей сессии намёки кидать. —Мы очень за вас рады, — мягко добавил Хисын, перекладывая готовое печенье на тарелку. — Вы очень подходите друг другу. Облегчение, тёплое и сладкое, как это печенье, разлилось по груди Джейка. Он боялся огласки, насмешек, непонимания. Но вместо этого получил безоговорочную поддержку своих самых близких людей. —Спасибо, — прошептал он, и его голос дрогнул. — Это... многое значит. —Да, — кивнул Сонхун, и его плечо снова коснулось плеча Джейка. — Очень. В этот момент на кухню ворвался Ники с гитарой в руках. —Так, я новую песню написал! Слушайте! — он замахался, чуть не сбив со стола банку с мукой. — Она о... э-э-э... о любви! Вообще-то нет, о сперматозоидах. Но это тоже в какой-то степени о любви! Все разразились смехом. Напряжение окончательно развеялось. Они ели печенье, слушали дурацкую песню Ники и болтали о пустяках. И Джейк понимал, что это и есть настоящее счастье — быть принятым, быть понятым и делить тёплое печенье с тем, кто стал для тебя самым важным человеком.