Parents

Солнечный свет бил в окна, а статный мужчина средних лет бил свою жену. Женщина не кричала, не пыталась увернуться. Она лишь закрывала рот обеими руками, чтобы ее сын, который находился в соседней комнате не услышал ее. Мальчик всегда затыкал уши, а иногда и вовсе брал наушники, что гораздо эффективнее. Привыкший Сугуру подставлял свое лицо лучам солнца и слушал. Он делал так с ранних лет, ведь всегда боялся, что однажды отец забьёт его мать, а Сугуру этого не услышит. Но отец редко ограничивался на матери. Еще в раннем детстве, завидев то, как он впервые избил мать до потери сознания, Сугуру впервые ощутил что то грубее ласковых поглаживаний по голове. — Да сколько можно... - бормотал уже подросший Нираги, замазывая очередной синяк.

***

— Вроде все собрал. — Еще бы, - фыркнул отец, смотря на своего сына светящегося от счастья. Новости про отправку в детский дом Сугуру воспринял хорошо. Даже радостно. Мать умерла полтора месяца назад, хотя он не уверен, что она умерла сама. Грустил Нираги не долго, а если быть точнее недели две, пока отец не сообщил про детдом. Ну он и согласился. Матери в живых нет, а жить с алкоголиком, пропитываться запахом спирта — Сугуру не собирался. — Ты же в курсе, что ты не сын мне больше? - Хмыкнув, Сугуру отвернулся к окну, и задал встречный вопрос: — А ты знаешь, что я только рад? И больше они не проронили не слова.

***

— Мальчики, подъем я сказала! - Уже кричала полная женщина средних лет. Каждый день здесь начинался с ее криков. Если девочки вставали сразу, ведь им не хотелось выслушивать это из за дня в день, то мальчики не шевелились до последнего. Шунтаро больше вёл себя как девочка, просыпался сразу. Был умнее своих сверстников. Пока они спят, можно сгонять в душ, не торопясь и не ожидая, когда закончится очередь. Можно было почитать и не слушать, как кто то довольно громко поливает кого-то грязью. А уже погодя завтрак. — Довольно однотипное утро, но это же детский дом, как тут иначе то... - бормотал Шунтаро уже перед сном.