Parents

— Ты че, у нас верхняя одежда там, - Сугуру проследил за пальцем соседа по комнате. — Да блять, завтрак проебал, еще и одежду пихать в какую то... — ...херь? - закончил он. Кроме этого, каких то чрезвычайный минусов не было. Все было просто отлично, по крайней мере - не так плохо. Сосед по комнате предпочитает молчать, что весьма радует. Чистоту поддерживает, бардаки не устраивает. Для Сугуру - это всё явно лучше, чем отец. Он пропал. Не пишет, не звонит, но Нираги не беспокоится по этому поводу, ему это даже нравится. Да и в каком состоянии он мог бы ему позвонить? Пьяный, неспособный нормально разговаривать. Ну и зачем оно... — Я не думал, что ты будешь так расстроен из за завтрака, - Сугуру обернулся на голос. — Это же даже едой не назовёшь. Кормят как свиней на убой, мне раньше казалось, что они серьезно детей рубят. Та женщина, которая наорала на вас с Шунтаро, - брюнет осекся. - Короче, пока не пришла какая то проверка что ли, она херачила за любую оплошность. Да так сильно, что аж вместо обычных синяков были кровоподтёки. — Ну и ну... - только и вымолвил Сугуру. - Ладно... я Сугуру. Сугуру Нираги. — Рёхэй Арису. *** — Как же воняет... - Шунтаро настойчиво игнорировал запах тряпки, но когда в очередной раз наклонился за ней, запах никуда не делся. Не то чтобы он был благородным (если это можно так назвать), просто новенького жалко. — П-ф, работай, Чишия. — Пошла ты нахуй... - пробормотал Шунтаро, но не ожидал, что это будет слишком громко для бормотания. — Что я только что услышала? — Н-ничего, тут... просто шумно, вам показалось. Да... - и она в очередной раз ушла, оставив напуганного парня одного. Шунтаро не знал ее имени. Никто не знал, все звали ее по своему. Поэтому, вопрос: «А как ее зовут?» стал риторическим. Ясное дело, что ее имя стало каким нибудь словосочетанием, по типу: «Жирная шлюха», или что по хуже лучше.

***

Сугуру относительно повезло, ведь время заселения перепало на выходные. Можно было успеть познакомиться с одноклассниками, спокойно забрать учебники да и просто прогуляться по территории. Территория была небольшая. Само здание состояло из четырех средних блоков, два из них - для мальчиков, а остальные для девочек. Школа была тут же, относительно рядом. Раньше Сугуру рассчитывал на школу-интернат, чтобы не пришлось далеко ходить. Увы. Но в этом был и свой плюс. Сугуру жил музыкой, везде с наушниками, везде настукивал биты любимых песен. До школы пешком минут... тридцать? Это время станет для Нираги ценнее завтраков. Хотя лучше не сравнивать. В прошлой школе он вечно был в наушниках, поэтому его не трогали. Считали «не такусей» и тыкали пальцем, будто это было чем то смешным. Сугуру не обращал внимания, ему главное учеба и быстрее съехать от отца. — Ладно... Арису, подскажи а, есть где нибудь по близости книжные, или типо того? *** По приходу в комнату, Шунтаро не обнаружил никого, кроме Татты. Он сидел на подоконнике, и плакал. Это явление не было редкостью. Татта плакал всегда, начиная с момента, как оказался здесь. Как помнил Шунтаро, родители Татты были золотыми людьми, которые никогда бы не сдали своего сына в детский дом. Татта часто рассказывал о них, чаще об отце: как он показывал маленькому Татте порты, брал с собой в командировки в Китай или в другие города. По началу, Чишие было его жаль. Но вскоре, Татта стал отмахиваться от любой поддержки. — Ну че ты, Татта? Как ты? — прервал наконец тишину Шунтаро. Сначала со стороны подоконника послышались всхлип и рваный выдох, а потом тихое: — Нормально... — Не реви попросту, на утро будешь выглядеть как ужаленный. — Да помню я, щас умоюсь, — и он скрылся в дверях уборной. Проводив соседа взглядом, Чишия вернулся к кровати. На тумбочке у него всегда царил порядок. Вещи были аккуратно сложены в общем шкафу, а учебники, книги и остальное лежало на тумбе, иногда используясь. Харуки Мураками. — Да где же... — бормотал он. Шунтаро очень любил Харуки, а если быть точнее, больше всего ему полюбились его цитаты, которые он помечал закладками. — Татта, ты не видел мои закладки? Услышав отрицательное мычание, Шунтаро громко цокнул и рухнул на кровать, выбираться из дома ему не хотелось. Но увы. С плаксой Чишия прощаться не стал, лишь схватил свою куртку с «херни» и покинул комнату.

***

В книжном было тихо. Тишина прерывалась лишь тогда, когда пожилая женщина за стойкой кашляла и перелистывала страницу. Шунтаро нравилось это место. Тут пахло старыми книгами, хоть и на полках были лишь новинки. Также, тут было абсолютно все для книг. От закладок до ламп для чтения. — Здравствуй, Шунтаро, — приставала женщина. Чишия всегда кивал ей, в знак приветствия. — Я за закладками. У вас остались какие нибудь тёмные? — Конечно, — и она ушла, косясь в сторону отдела с японской литературой. Шунтаро никогда не упускал возможности посмотреть новые книги или издания старых, поэтому на месте стоять не стал. Пройдя в сторону японской литературы, Чишия услышал оттуда чих и тихое ругательство, после чего понял, почему «старушка» так косилась в эту сторону. — Ты тут долго ругаешься, Сугуру?