На месте встречи

Истинная любовь не может говорить, потому что истинное чувство выражается, скорее, делом, чем словами.

Эндрю нервничал. Может, по его бесстрастному лицу так и не скажешь, но внутри бушевал ураган эмоций. Два года. Два чертовых года он не видел свою семью, друзей, Нила. Он два года не видел Нила. Это была самая настоящая пытка. За эти пару лет, что он пробыл в армии, ему ни разу не удалось приехать к семье на выходные. Ни разу! Военная часть, где он служил, находилась слишком далеко от Южной Каролины, несмотря на то, что половина служащих родом именно оттуда. Те несчастные два дня, которые давали солдатам на встречу с родными, были катастрофически малы. Эндрю пришлось бы добираться семнадцать часов автобусом до дома, отсыпаться и на следующий день уже возвращаться обратно тем же способом. Проще было бы самолётом, но Эндрю и под дулом пистолета не сел бы туда в одиночку. Так что это была пустая трата времени, и на «семейном совете» решили, что он не будет ездить на такие бессмысленные поездки, которые принесут больше вреда, чем пользы. Радовало только то, что вечера у него в основном были свободными, и он мог болтать с Нилом часами напролёт, слушая, как очередной преподаватель докопался до него на паре. Это хоть как-то скрашивало невыносимое чувство тоски. Эндрю неимоверно скучал. Он тосковал по Нилу, по его нежным касаниям, долгим объятиям по утрам и затяжным поцелуям. Но это был его выбор. Точный, осознанный. Он сам захотел пойти служить после окончания вуза. Эндрю просто не знал, куда себя деть. Работать по специальности он был пока не готов. Работа юриста подразумевала копание в чужом грязном белье и бесконечную мозготрёпку, а ему только недавно перестали капать на мозг преподаватели. Решение нашло его само. Один из его бывших однокурсников сказал, что пойдёт служить, и в голове у Миньярда что-то щёлкнуло. Он тогда ещё несколько недель обдумывал эту идею и советовался с Нилом. Тот только перешёл на второй курс того же вуза, где учился Эндрю, и был абсолютно не против его решения. — «Если ты действительно этого хочешь и это поможет тебе определиться с желаниями, я не буду против. Ты в первую очередь должен думать о себе и о том, что пойдёт тебе на пользу», — сказал тогда Нил, и Эндрю был благодарен ему за поддержку. Эти слова послужили толчком, и он заключил контракт на два года службы. Хотелось меньше, но это был минимальный срок, пришлось смириться. Нил же в ответ на его недовольное бурчание лишь мило улыбался и нежно целовал в щёку, призывая принять это и смириться. Зато благодаря этому Миньярд понял, что армия — это не его. Не то чтобы ему не нравилась сама служба, но два года вдали от близких давали о себе знать. Лучше он уже будет просиживать штаны в офисе, зато каждый вечер возвращаться домой к Нилу, который, как всегда, встретит его объятиями и нежными поцелуями, накормит и ляжет рядом спать. Впрочем, до его грёз осталось недолго. Сейчас он сидел в душном автобусе, набитом сослуживцами, и ехал домой. Срок его службы подошёл к концу, и Эндрю наконец-то сможет увидеть Нила, обнять, поцеловать и больше никогда не отпускать.

***

Приехали они вечером. Солнце медленно опускалось за горизонт, и уставшие солдаты спешно вываливались из автобуса, желая размять затёкшие конечности. Они неспешно бродили по небольшой территории, пока им не приказали построиться. Это было что-то вроде традиции. Когда солдат заканчивал службу и возвращался домой, он становился в строй вместе с сослуживцами и ждал своих близких. Солдат не мог шевелиться и разговаривать, пока его не коснётся кто-то из родственников, которым предстояло отыскать его среди огромной толпы одинаково одетых людей. Это было довольно затруднительно, и случалось так, что кого-то попросту не находили или вовсе не приходили встречать. Тогда бедному служащему приходилось стоять неподвижно, пока все не разойдутся. Эндрю был уверен, что его найдут. Нил найдёт. Он никогда бы не заставил его ждать долго. Да и даже если бы пришлось, Эндрю был готов стоять на одном месте часами в ожидании парня. Миньярд знал: он придёт. Сколько бы времени ни прошло, Нил всё равно придёт его встречать — иначе быть не могло. Кто-то мог бы сказать, что он слишком уверен в Джостене, но это была чистая правда. Нил ни разу его не подвёл, и этот раз не станет исключением. Он всё так же стоял на месте: ноги на ширине плеч, руки за спиной. Взгляд же беспокойно бегал, выискивая в толпе стремительно прибывающих людей рыжую макушку. Спустя какое-то время Эндрю заметил Ники и Аарона и мысленно хмыкнул. Сейчас Николас активно вертел головой по сторонам, а его неудачная копия шла рядом и печатала что-то в телефоне. Стоило ожидать, что Хэммик придёт его встречать и прихватит с собой близнеца. Но, если честно, они были далеко не теми, кого он ждал. Он всё ещё не видел Нила. Выйдя из раздумий, он заметил, что кузен и копия неспешно идут в его сторону. Ники при этом активно жестикулировал и без умолку что-то рассказывал Аарону. Похоже, они его ещё не заметили. Неожиданно по спине Эндрю пробежал табун мурашек: прямо перед его лицом мелькнула рыжая макушка. Нил стоял сбоку, заведя руки за спину и наклонившись вперёд так, чтобы его корпус оказался перед Эндрю. На лице Джостена играла хитрая улыбка и лисий прищур. Смотря на него — такого родного, светлого, — Миньярду всё сильнее хотелось сорваться: обнять, поцеловать, зарыться носом в волосы, вдыхая их запах. Но он не мог. Нил ещё не коснулся его, а значит, Эндрю обязан стоять неподвижно. Джостен медленно обошёл его по кругу, внимательно рассматривая, а затем остановился прямо перед лицом, заглядывая в глаза. Эндрю буравил его взглядом. Ему безумно хотелось прикоснуться — и Нил это прекрасно знал. Из-за разницы в росте Джостену пришлось встать на носочки. Он медленно приблизился и почти невесомо коснулся его губ. С Эндрю будто слетели ненавистные оковы, приковывавшие его к земле. Он резко склонился и обхватил Нила руками, прижимая к себе и утыкаясь носом в его шею, жадно вдыхая запах одеколона. Джостен просунул руки ему подмышки, обнял за спину и сам зарылся лицом в сгиб его плеча. — Я скучал, — прошептал Нил, уткнувшись в его шею. — Я тоже, родной. Очень сильно, — ответил Эндрю, прижимая его ещё крепче. Сейчас в его объятиях Нил казался настолько хрупким, будто отпусти его — и он распадётся на части. Но Джозефа грела одна мысль: таким он позволяет видеть себя только Эндрю. Для других Нил — сгусток грубости и сарказма, а рядом с Эндрю он превращается в маленького и милого котёнка, который при виде него нежно улыбается, без конца лезет обниматься и любит часами висеть на Миньярде, вдыхая его запах и наслаждаясь близостью. Эндрю уже представлял, как они приедут домой и будут нежиться в постели. Как проведут все оставшиеся дни вместе — ведь теперь между ними больше нет этого ненавистного расстояния, и они смогут полностью посвятить себя друг другу. Откуда-то со стороны послышался восторженный писк. Миньярд с усилием оторвался от шеи своего парня и повернул голову на звук. Там стоял Николас: он прикрыл рот руками и чуть ли не прыгал от восторга. Иногда Эндрю казалось, что его кузен переживает за их отношения больше, чем они сами, ей-богу. Рядом с ним, что неудивительно, стоял Аарон — с привычно недовольным лицом. Эндрю даже не заметил, как они подошли: он был слишком занят Нилом. — Может, вы уже отлипнете друг от друга и поедем домой? Целуйтесь сколько душе угодно, только за закрытой дверью, — язвительно сказал Аарон, но всё-таки подошёл к брату и хлопнул его по плечу в знак приветствия. — Аарон! — возмущённо вскрикнул Ники, но близнец и бровью не повёл. — Вижу, за два года, что мы не виделись, ты ни капли не изменился. Как был уродом, так и остался, — всё так же не выпуская Нила из объятий, ответил Эндрю. — Мы чёртовы близнецы, придурок, мы выглядим одинаково, — скалился Аарон. — Нет. Ты всего лишь моя неудачная копия, — с издёвкой парировал Джозеф. — Эй! Вы только встретились, а уже спорите. Прекращайте! — вмешался Ники. — Пойдёмте быстрее домой, мы должны отметить возвращение Эндрю! Хэммик выглядел слишком воодушевлённым этой идеей, но Эндрю совсем не хотелось устраивать из своего возвращения попойку. Нил зашевелился в его руках, пытаясь выбраться из объятий и бормоча что-то о том, что им и вправду пора ехать. Миньярду эти попытки не понравились. Он притянул Джостена к себе, рывком оторвал от земли и поддержал за бёдра. Нил от неожиданности ойкнул и машинально обхватил его шею руками. Джозеф лишь хмыкнул, глядя на поражённое лицо Аарона и воодушевлённого Ники. Последний, кажется, сейчас взорвётся от переполняющих его эмоций и уже достал телефон, намереваясь сфотографировать их, чтобы отправить снимок в общий чат к Лисам. Эндрю двинулся в сторону автобуса, чтобы забрать дорожную сумку, и попутно обратился к кузену: — Сегодня никакой попойки, Ники. Я устал и хочу отдохнуть. Позади послышались недовольные вскрики. Среди них он отчётливо расслышал фразу: «Как с братом выпить — устал, а как Нила на руках тискать — не устал». Эндрю снова хмыкнул. Это ведь совсем другое. Это ведь Нил. Джостен в его руках тихонько хихикнул, а потом повернул голову, прижимаясь щекой к плечу Миньярда и разглядывая его профиль. — Тебе не тяжело? — спросил он, скользя взглядом по его лицу. — Нет. Ты как пёрышко, — ответил Эндрю и легонько чмокнул его в кончик носа. Нил снова хихикнул и уткнулся в его шею, пробормотав что-то о том, что его таскают на руках, как маленького ребёнка. Эндрю не смог сдержать улыбки. Возможно, кто-то со стороны скажет, что Миньярд — каблук. И будут правы. Но с каких пор хорошее отношение к своей паре стало чем-то постыдным? Эндрю был готов сделать для Нила всё. Он никогда не устанет таскать его на руках, забирать тяжёлые пакеты, зная, что Джостен вполне справился бы и сам. Не перестанет помогать по дому, готовить вместе, дарить подарки просто так и любить. Нил тоже многое делал для него. Готовил вкусный какао, когда у Эндрю были плохие дни. Серьёзно, вкуснее этого какао он никогда не пробовал — так умел готовить только Нил. Он всегда дарил объятия, когда Миньярд в них нуждался, поддерживал тогда, когда это требовалось, и понимал всё без слов. Он знал его границы и умел утешить так, как никто другой. И за это Эндрю был ему бесконечно благодарен. Сейчас он нёс Нила к их машине. На них оборачивались люди и перешёптывались, но Эндрю было плевать. Весь его мир крутился вокруг Джостена, который так спокойно устроился в его руках. Скоро они приедут домой, переоденутся и лягут в тёплую кровать, наслаждаясь обществом друг друга. Им большего и не нужно. Эндрю не мог представить свою жизнь без Нила. Этот рыжий чёрт ворвался в неё слишком внезапно и оставил глубокий след в сердце. Если Нил когда-нибудь захочет от него сбежать, он перевернёт весь чёртов мир в поисках, а когда найдет, привяжет его к себе и никогда не отпустит. Но вряд ли Нил когда-нибудь в этом нуждался.