Mess is you

«До тех пор, пока человек не сдаётся, он сильнее своей судьбы»

Как только Тайвин убедился, что остался наедине со своим приливом гнева, – с размаху ударил кулаком в стену. Он словно исцелился, выпустив пар после мощного самоконтроля. Его воля, разум полностью принадлежали этому лохматому волчонку, и он не мог найти этому решение. Вечное противостояние разума и души, которая неожиданно просыпалась рядом с ней. Сколько бы шагов и действий он ни взвешивал, как точно ни выставлял стратегию по отношению к ситуации – всё решала она. Её взгляд, решимость заполучить его внимание — он не мог с этим бороться. Ещё один удар, предотвращающий хаос в голове. Безудержная ярость. Рука горит словно раскалённые угли, но физическая боль в разы легче. Глубокий вдох и он становится менее несовершенен для самого себя. Громовой порыв ярости прошёл, оставляя за собой следы крови, а значит пришло время снова думать. Думать. Думать. Думать. Он начал двигаться по камере, подобно хищнику. Напряжение сошло на дно. Арья, желающая прожить беспечную, абсолютно свободную жизнь, совсем не сочеталась с его характером и стилем жизни. В груди маленькой язвой ныла мысль, что нужно вернуться к власти. В ту среду, где он контролировал каждый шаг, где манипуляция была его родной стихией. Где только он стоял у руля судна. «Отчего эти мысли? Ощущения затупились, и ты совсем забыл, как тебе было там херово?» Он задумался над тем, что именно там ощущал себя как дома, вызывал восхищение и был... спокоен. Никогда не прибегал к самоанализу, не тревожил душу подобным хаосом. Мимолётная страсть, слабость привели его в темницу к напыщенной девчонке, которая возомнила себя королевой. Позор. Он рассуждал с вонючим Клиганом по поводу праведности своих решений. Надрыв репутации. Решение пришло само. «Всё это было ошибкой» Когда-то давно всякая любовь превратилась для него в грех. Сначала ему казалось, что его сердце уже давно является кладбищем, когда вокруг расцвел сад. Он всячески старался оттолкнуть, чтобы этот сад не погиб в его разрушительных когтях, а она продолжала пускать корни. Не смотрят на его хамство, насилие, грубость, злобу – она цвела и рассеивалась вокруг него. Он повёлся на этот свет, снизошёл до земли, которую топтали крестьяне. Киван был прав. «Слабак» Разворачиваясь на пятках в противоположный угол, он наткнулся на её взгляд. Счастливая, будто сейчас лопнет от радости. Она подняла руку и потрясла связкой ключей, которая ответила ей противным, тонким звоном. Он сжал кулак, кожа натянулась и начала гореть от боли. В горле словно раскалённое железо. – Я ведь говорила, что вытащу тебя! – Она недолго провозилась с замком, и дверь со скрипом отворилась. – Идём, здесь холодно. Прежде чем ступить ей навстречу, Тайвин помедлил, рассматривая маленькие ямочки на щеках. Самодовольная улыбка до ушей, сопровождаемая таким же взглядом. – Мне повезло в твоём заточении, тогда ещё было лето! – Твоя шутка граничит с глупостью. – Да что с тобой опять такое? Идём скорее! – Арья обняла себя руками и потопталась на месте, съеживаясь от холода. Она уже смирилась с его неопределенной хандрой и не брала в голову. – Просто устал. Покинув мрачные коридоры, они вышли на улицу под мощный снегопад. Крупные хлопья снега не успевали крепко осесть на землю и таяли у них на плечах. Тайвин глубоко вдохнул вновь обретённую свободу и начал рассматривать яркий шар в небе. Луна завораживала и притягивала своей загадочной красотой. Он ещё никогда не ощущал себя столь немощным и жалким. Арья шла практически вприпрыжку, напевая стихи, страницы которых она грубо вырывала из корешков, пока он не начал дарить ей книги. «Тогда заключили друг друга в объятья они, Любимому глядя в глаза и презрев смерти лик.» – Арья, постой на секунду. – М? – Она остановилась, не прекращая ликовать глазами и внимательно уставилась. – Я люблю тебя. – Эм... А... Я... – Он застал её врасплох. Она старалась направлять взгляд на что угодно: земля, кончики сапог, ногти с кучей грязи под ними, но если увидит его – умрёт на месте. – Я хочу, чтобы ты поняла меня. Мне нужно вернуться к семье, и я не совсем уверен, что там тебе будет комфортно. «Мне холодно или это дрожь?» – А... – Наконец глаза встретились, и их больной блеск ужалил её слишком сильно. Он плачет? – Поверь, мне неважно, где мы будем находиться, главное — вместе. – Она подбодряюще улыбнулась, сводя неловкость на нет и вернула ему какую-то долю спокойствия. Её неподдельная преданность, глубоко пустившая корни в его почву, наводила ужас. Для чего? Почему? В каждом взгляде, жесте была заключена нерушимая привязанность. Он смотрел на неё, словно видел перед собой живого мертвеца, и не мог наглядеться. «Почему она не ответила?» – Хорошо.

***

Ночь прошла вполне спокойно и безмятежно, а Тайвин забылся во сне, словно младенец. Из-за принципиальной глупости Сансы им пришлось ночевать в комнате Арьи, наполненной детскими воспоминаниями, но это не принесло дискомфорта. Замок молчал, как пустой колодец, лишь иногда камни трещали от порывов ветра, а в коридорах звенели акустические вибрации металлических нагрудников. В отличие от своего напарника по всеядному умению находить проблемы и приключения, Арья не смыкала глаз. Она и в кровать не ложилась, чтобы не тревожить его. Отчего-то столь открытое признание в любви до жути напугало её. Возможно ли, что для него это значит другую любовь? Теперь каждый вздох обрывался на полуслове, а в грудине волновалось что-то загадочное. Множество недосказанностей между ними складывалось в мост мыслей, которые приходилось додумывать самой. Она вышла во двор, наблюдая как лиловое солнце поднималось над крышами дозорных башен. Рассвет принёс за собой более свежий воздух и чистый кусок полотна в голове. Откуда-то вместе с солнцем спустились воспоминания о детстве, когда беззаботство не позволяло думать о величине мира на карте. Когда можно было зажмурить глаза и не наткнуться на сцены насилия. Стрелковые мишени всё так же стояли на своём месте, и вновь кто-то беспорядочный забыл отнести лук в тёплое место. Она провела рукой вдоль по твёрдому плечу лука и слегка согнула. Дерево отозвалось звонким скрипом. Замёрз. – В зависимости от местности лук изготовляют из разных древесин, этот из тиса. Он более податливый и прочный. – Она процитировала вслух слова Робба, когда тот учил её стрелять, пока отец не видит. Её собственные слова продолжились в мягком воспоминании и она вросла в землю, прощупывая тетиву руками. – Красивое утро. Ты давно встала? Где-то позади послышался голос сестры. Она выглядела идеально: длинный подол платья, которое строго подчёркивало талию и плечи, сочеталось своим цветом с палитрой севера. Её окружали ароматы самодисциплины и утончённости. – Я не ложилась. – Ты слишком нервная, тебе нужен отдых. – А ты слишком надоедливая. – Арья аккуратно вернула лук на подставку и пустилась вернуться в замок, чтобы скрыться с глаз долой. Девчачьи разговоры откровенно надоели, а боги не смогли найти наказания жёстче и столкнули их в это утро. Санса подхватила быстрый шаг и высокой тенью отправилась за ней. Каблуки вязли в грязи вперемешку со снегом. – Куда вы отправитесь дальше? – Ты такая доброжелательная, чтобы выудить наши планы? Арья вошла в узкий коридор, направляясь на кухню и расслабила воротник. Полупрозрачные вспышки воспоминаний, а в голове звучат голова призраков. Мало воздуха. Голова кругом. Санса грубо схватила её за локоть, поворачивая на себя. – Арья, этот человек претендует на престол. Понимаешь? Мне нужна гарантия безопасности, вдруг он вернётся сюда с армией и захочет отомстить? – Так поговори об этом с ним! – Ты влияешь на него. – Влияю? Ты одурела на своём ледяном троне? Это звучит мерзко. В пылком состоянии они совсем забыли, что вокруг могут оказаться люди. Мимо прошёл конюх, который набрал корзину овощей и старательно смотрел сквозь их силуэты. Арья продолжила порывистый шаг, прикладывая все силы, чтобы игнорировать сестру, но та назойливо стучала каблуками за ней. Крылья её рвений всё никак не складывались. – Тогда встретимся за завтраком и обсудим. Все вместе. – Я не собираюсь участвовать в ваших политических беседах. Слишком скучно. – Арья не понимала от чего, но грудь словно атаковали строем острых копий. – Почему ты так хочешь, чтобы я присутствовала? Боишься его? – Что? Я не боюсь, а руководствуюсь тем, что будет полезно для нашего дома. И тебе стоит в этом поучаствовать! – Ты боишься. Что ты вообще слышала о нём? Арья вдруг вспомнила про тёмную и расчётливую стороны Тайвина, которых действительно стоило опасаться. Пока коридоры мелькали поворотами, она уже распахнула хлипкую дверь в кухню и глубоко вдохнула запах жареного бекона. Затем стащила со стола пшеничную булочку и сунула в карман. Здесь было много больше свидетелей, поэтому Санса затихла, но теперь краснела от переполняющих её эмоций. – Я знаю кто такой Тайвин Ланнистер, поверь. Но у тебя есть свои способы общения с ним. Арья оглянулась и подметила большое блюдо со свежесваренным компотом. Пока она отпивала прямо из черпака, Санса продолжала шептать о долге и значении Севера для страны. – Арья, дождись завтрака! – Санса вновь загубила момент наслаждения, отобрала черпак и грубо бросила его обратно в ароматное море. Яркие капли замарали лазурное платье. – Да что тебе нужно от меня?! – Независимости для Севера. Мы будем существовать отдельно от короны. Арья шумно сглотнула и застыла в ошеломлении. Санса была настроена слишком серьёзно, что посчитать это утро злой шуткой. Её глаза сверкали настойчивостью. – Оставь меня. Я не лорд и не король. Разговаривай с ним. Арья прошла сквозь поваров, которые теперь уже решили затронуть их своим присутствием и уставились всей толпой. Она направилась к себе в комнату, в поисках тишины и спокойствия. Высокого, седовласого спокойствия. К счастью сестра оставила попытки нагнать её. По голове будто прошлись молотком, а грудь не переставали атаковать ощущения паники. Беспричинный страх и сомнения. «Что это за состояние?»

***

Тайвин проснулся с желанием поскорее покинуть это место. Сама суть нахождения в замке давила на все части тела. Когда-то в этой комнате Нед Старк укладывал Арью спать и читал сказки на ночь, а матушка, хлопоча, подбирала одеяло под ноги. Скрываясь от скользких мыслей, разрушающих тонкие стенки сердца, он подумал о северной королеве. Наверняка в этой рыжей копне мысли только о том, чтобы выйти из состава государства. Карстарки уже когда-то требовали подобного, а затем сами присвоили себе эту власть, но у худышки не хватит смелости на подобную выходку. «Я теперь ходячая угроза, и если бы не Арья...» Стоило вспомнить её храброе выражение лица прошедшей ночью, как она пылко ворвалась в комнату и грозно хлопнула дверью. А затем прямо в одежде укуталась одеялом, да так, что даже глаз не видно было. Свернулась калачом и жмыхает носом. Ему подумалось, что она плачет. – Арья, ты чего? – Тайвин нащупал руками место, где должна быть голова, и приспустил шерстяное полотно. Её глаза сверкали молниями. – Санса решила с утра пораньше выклевать голову. Как дятел, заладила одно и тоже. – Что ей нужно? – Тебя. – Что же, это было предсказуемо. Нашему разговору быть, и никуда не деться. Но ты-то почему такая злая? Она промолчала и лишь вновь окунулась обратно, а затем резко выскочила и взглянула на него, словно котёнок. – Не спрашивай, пожалуйста, я чувствую себя слабой. – Заболела? – Он приложил тыльную сторону ладони к её лбу, но она тут же смахнула её. – Перестань опекать меня! Я просто устала, всё время снятся кошмары, Санса хочет, чтобы я на тебя повлияла... И вот снова я ною перед тобой, как размазня. Тайвин чудом уловил смысл её эмоционального фонтана. – Ты не размазня, а девушка в первую очередь. – И что, мне теперь всё время хихикать, мечтать о мальчиках и вышивать крестиком? – Арья суетилась ещё больше и размахивала руками. Ему оставалось только уклоняться от напористых взмахов. – Да ну что ты снова заладила. Не обязательно вышивать крестиком, чтобы быть девушкой, просто будь собой, но всегда держать стержень не получится. На людях, конечно, будь той же хищницей. Но в такие моменты ты можешь просто обнять меня, поплакаться, я для этого и нужен, понимаешь? Сильное плечо и опора. Просто позволь себе расслабиться. Он прибрал ей за ухо растрёпанную прядь волос. Арья прочувствовала это прикосновение всем телом, впитывая кусочек заботы. Тело само потянулось за новой порцией, и она медленно опустилась к нему на грудь. Его руки всё так же олицетворяли нежность, а длинные пальцы перебирали запутанные от влажности волосы. Она слышала стук его сердца, которое вот-вот готово выскользнуть наружу, и успокаивалась под хаотичный ритм. – Тайвин, я тоже теб... Злым роком в дверь постучали. Пожилая женщина принесла чистую одежду, и, кажется, следом за её улыбкой в воздух взлетали хлопья уюта. – Блядь... – Арья, не ругайся, давай приведём себя в порядок и по-человечески позавтракаем. Он не осознал, что причиной её гнева было вовсе не нарушение их идиллии, а то, что Санса прислала ей платье. Толстое, вязаное с меховым воротником. Тайвина стороной она тоже не обошла, и в комплекте была рубашка свободного кроя с вышитым волком на груди. Он в очередной раз убедился, что властные женщины порой окунаются в непонятный для него омут сумасшествия. Арья посмотрела на него с надеждой, что он может предотвратить эти издевательства. – Потерпи, приедем в Королевскую Гавань, я прикажу сшить тебе самый лучший костюм. Она всего лишь балуется. – Я не надену это! Она не увидит на мне платья! – Хорошо, солнышко, я тебе не указываю, не заставляю. Арья готова была испепелить его за такое мягкое обращение, но вдруг растаяла и загорелась новым кусочком жизни. К которому она так бежала от сестры. Именно сюда. К нему.

***

Санса потребовала позавтракать вдали от чужих глаз, и выбор пал на зал для советов. На стенах развешены гобелены, которые только и напоминали Тайвину о его жалости в этом замке. В помещении царила совсем недружелюбная атмосфера, которая не способствовала приятной беседе. Исключением был букет сухоцветов в центре стола, сияющий лучом надежды. Санса нарядилась так, словно готова выступить за стены с войском: наплечники из тонкого натёртого серебра поверх платья с тугим корсетом прекрасно передавали её настрой. Тайвину оставалось лишь усмехнуться от подобного проявления маразматичности: некий маскарад, чтобы убить львиную часть. Всё читалось у неё в глазах. Некоторая хищность, уверенная походка, гордая осанка – всё вызывало мурашки, и сцена с переодеванием в осла ничем не помогла. Арья, словно между молотом и наковальней, старалась просто существовать, дышать и насладиться жареной ветчиной. – Позвольте поинтересоваться, к чему такой официальный завтрак? – Тайвин заговорил первый, доминируя над темой разговора. – Я проявила милость, сохранив вам жизнь, хотя любой Северянин отдаст за вашу голову мешок серебра. «Неправильно, девочка, ты сейчас ещё больше подчеркнула мою важность» – Покорно благодарен, я у вас в долгу. Санса старалась прочитать его эмоции, но он совсем не поднимал взгляда, словно в эту секунду яичница вызывала больше интереса. – Вы спасли мою сестру. Никакого долга нет. – Тогда вернёмся к моему вопросу. Железной миски было бы достаточно. – Тайвин ударил вилкой по серебряной тарелке и указал на украшенный салфетками стол. Санса не успевала составить ритм мыслей, его расторопность сбивала с толку. – Скажу прямо, я более чем уверена, по прибытии в столицу вы сядете на престол. Только вот Север хотел бы выйти из этих сумасшедших игр престолов. Мы не боремся за власть, а наоборот, желаем мира и долголетия. Война пяти королей наконец закончена, ни к чему её продолжать. – Война, в которой Север тоже участвовал. Арья осуждающе посмотрела на него, но Тайвин смог её успокоить. Лишь взглядом. Её любимым, когда он знает, что делает. – Север проиграл. Довольно с нас войны. Наступила зима. – И вас необходимо пополнить продовольствие, ведь Рамси не оставил средств на существование? – Оставив едкий укус на её уверенности, он наконец подарил проницательный взгляд, в котором горел жаркий огонь. Санса крепко сжала нож. Он давил на самые больные точки и продолжал держаться впереди её размышлений. На несколько сотен шагов. – Верно. Тайвину наскучило, и, услышав всё, что он так быстро выжал из этой беседы, поспешил удалиться, разгромив её последним приговором. – Север всегда подчинялся короне, и даже больше, был верным другом. Ваш отец и король Роберт этому подтверждение. Касаемо независимости этих земель, мой ответ отрицательный, а продовольствие мы пополним. Арья смотрела на него с открытым ртом, упиваясь наслаждением от его непоколебимости. Он выглядел крепкой скалой, которую обмывали воды скудной, иссохшей реки. – Арья, скажи, как будешь готова ехать домой. Благодарю за завтрак, леди Санса. «Домой?» — Санса чуть было не лишилась сознания, услышав это. Как же крепко он обвился лапами вокруг её сестрёнки. Когда Арья, словно игривый щенок, последовала за ним из зала, Санса почувствовала, как хрупкое равновесие доверия ускользнуло из рук. Она рассматривала яркие желтки, к которым совсем не притронулась, и не верила в их любовь. В их связь. Всё это словно бредовый сон. Арья ошиблась, заблудилась где-то, но, вспоминая её дикий нрав, понимание вопроса не приходило. Зачем она связала с ним свою судьбу?