Сквозь времена.

Стены вокруг рушились, и из за них некоторые ученики Хогвартса, преподаватели школы и другие люди попросту – погибали самой мучительной смертью. Нимфадора в это время искала Римуса, ведь Дора должна всегда быть рядом с ним, вот чтобы это не встало. В доме Люпиных спал маленький Тедди, который ещё и не подозревает, что его родители, возможно, скоро умрут от лап Пожирателей смерти. Многие люди, ученики и учителя Хогвартса, кричали, надеясь на спасение, надеясь, что эти нелюди, которые назвали себя Пожирателями смерти, – вскоре умрут и больше никогда никому не причинят вреда. Нимфадора выискивала своего мужа, прокручивая у себя в голове самые печальные исходы событий. А может, и наоборот… Самые яркие воспоминания, которые только произошли с супругами.

***

Лето. Сегодня было на удивление очень тепло. У молодых родителей появилось «чудо» под названием: Тедди Люпин-младший. Этого крошечного человека окружали только самые близкие ему люди, например, Гарри, Молли Уизли, Андромеда Тонкс, Артур Уизли и многие другие дорогие люди для Римуса и Нимфадоры.

***

Нимфадора, конечно же, надеялась на хороший конец этой истории, как здоровый и нормальный человек, что Римус и она придут домой, их там будут ждать Андромеда и маленький Тедди, который будет ползать по столу и угукать. Все эти ожидания могли напросто раствориться в мире иллюзий, где всегда всё радужно и хорошо. Реальность была такова: если кто то умирает, они перерождаются либо в своём теле, но в прошлом, где допустили множество ошибок, либо же перерождаются, но не в своём теле, возможно, даже в далёком будущем, или же наоборот, в далёком прошлом. Нимфадора даже и думать сейчас не хотела о смерти. Она хотела, чтобы все Пожиратели смерти умерли, магическая война – закончилась раз и навсегда, и больше никогда бы и не начиналась. Римус же сейчас отбивался от Долохова. Тот же был очень опытным в заклинаниях, неважно в каких: запретные, например, как Авада Кедавра, или же наоборот, какие излечат раны. А Римус… Он был, конечно же, очень опытным в заклинаниях, но эти знания, названия заклинаний улетучились, когда у них с Нимфадорой родился лучик света среди этой беспощадной войны. Долохов целилися точно в цель… Он произносил и Круцио и Авада Кедавра, но Римус боролся за свою жизнь, ради Доры и сына. Люпин неожиданно увидел фиолетовую макушку, которая так и кричала: «Римус, это я, твоя жена!». Ни минуты и не раздумывая, Римус помчался к ней, стараясь её защитить хоть на несколько секунд. – Нимфадора… Зачем ты тут? – прокричал Римус, надеясь, что Дора его услышит. Ведь сейчас творился полнейший хаос, многие уже погибли, даже ученики примерно с пятых курсов попросту погибли... – Для того чтобы прикрыть твою задницу, ведь ты же неопытный, да? – спросила Нимфадора с колкостью в голосе. Но Римус точно знал: если она шутит – это значит, что Дора сильно напугана и она нуждается в поддержке и помощи. Они на секунду встретились взглядами, словно прощаясь в последний раз. Словно они никогда не проводят Тедди в Хогвартс… Словно этого никогда и не будет, словно Тедди Люпин-младший не будет знать своих родителей, которые погибли в битве за Хогвартс и были запечатлены как «Герои второй магической войны», «Герои, которые погибли за Хогвартс». Словно этого ничего не будет. – Авада Кедавра! – произнесло два голоса одновременно. Эти слова были такими… Жестокими. Это были Пожиратели смерти. Беллатриса Лестрейндж и… Антонин Долохов. – Нимфадора, я… – прохрипел Римус изо всех сил, стараясь уцепиться за жизнь, хотя это было и невозможно. Он хотел улыбнуться, чтобы смерть не была такой уж… Грустной. Римус и Нимфадора старались сплести свои руки, они не знали, зачем это делали, наверное… Чтобы показать другим, что даже после темноты и после смерти все равно есть любовь. И что любовь – способна разрушить любую кромешную темноту. Это расстояние между пальцами было таким мучительным. Римус и Нимфадора почти потеряли сознание, но голос в их голове твердил: «Вам надо держаться до конца, во что бы это ни стало!». Найдя в себе хоть капельку сил, Римус и Дора сплели свои руки в воздухе, стараясь показать людям, что они ещё живы. Не мертвы, а живы, просто… Это была оболочка жизни, на самом деле они же сразу умерли после Авады Кедавры. Перед глазами всё плыло, силуэты стали размытыми, белая пелена, которая закрывала всё и всех, не давая найти хоть капельку другого цвета например коричневого, кроме белого. В ушах был противный звон, который символизировал, мол, «Римус, Нимфадора, вы… Мертвы, примите наши сожаления». Хотелось корчиться от этого звука, но Римус не мог даже пошевелить телом, не то чтобы пальцами или рукой.

***

Ожесточённая битва за Хогвартс закончилась тем, что Волан-де-Морт всё таки теперь навсегда умер. Теперь в магическом мире будет твориться покой, уют и тепло. Но не для Римуса и Доры. Тело двух людей лежало под белой простынёй, но было заметно – что они всё таки умерли в битве. Гарри медленно проходился взглядом по погибшим. В их числе был и Фред Уизли. Вечный шутник, который не знал предела шалостей. Теперь только из близнецов остался Джордж. Да и вряд ли он продержится долго, ведь смерть близнеца в нем что то может и изменит. Заметив белую простыню, которая полностью закрывала лица двух погибших, Гарри медленно отодвинул её в сторону, стараясь приглядеться в их лица. Гарри не хотел вновь испытывать то чувство, когда… Близкий тебе человек умирает либо в битве за Хогвартс, либо в Арке Смерти. В воспоминаниях ещё мелькали события смерти Сириуса, его крёстного… Мародёра, который был очень весёлый. Поттер хотел расплакаться прямо на этом месте. Увидев лица Римуса Люпина и Нимфадоры Тонкс. Дрожь прошла по телу, ведь только вчера… Профессор Люпин преподавал у них Защиту от Тёмных искусств. Только вчера они разговаривали вместе. Только вчера профессор Люпин упоминал про его мать Лили и про его зелёные, как лес, глаза.

«Изменения неизбежны, как старость, и необратимы, как время. Иногда мы бежим от них, наивно думая, что можно оставить всё как есть, но изменения в нашей жизни всё равно происходят, хотим мы этого или нет, оставляя нам право принять их и жить дальше, или упорно пытаться остаться в прошлом»