Биологическая опасность

Чёрного положили в психушку ещё месяца 3 назад. Этот тип настолько задолбал врачей, приходя к ним чуть ли не каждый день, "просто провериться", ведь он боялся заражения и инфекции больше, чем смерти. То собака пробежит мимо него и случайно заденет штанину, даже не докоснувшись до кожи, то в общественном месте к нему кто-то подойдёт и похлопает по плечу, так же, по одежде, он идёт проверяться. Неизвестно, откуда пошла эта мания к чистоте и жуткий страх заболеть, то ли от смерти бабушки, которая по его словам ела с котенком из одной миски, к которой тот был привязан, то ли из-за своего расстройства. Врачи больше склоняются к обоим вариантам, мол, ситуации переплетаются, и таким образом он сошел с ума из-за постоянного ощущения грязи абсолютно везде. Ну, возможно это и так, но мы, к сожалению, никогда уже не сможем узнать, что у него там в голове. В лечебнице сначала Чёрному было, мягко сказать, не очень. В палате не стерильно, грязно, всё завалено мусором, постоянная терапия его раздражала. Он считал, что не должен находится здесь, потому что есть люди с настоящими диагнозами — а он просто заботится о своём благополучии. Сектант выглядел как обычный офисный работник. Он был симпатичным, но ничем не выделяющимся. Опрятный, в идеально выглаженном костюме, лицо расслабленно, гладко выбрито. По характеру он был добрым, всегда готовым придти на помощь и поддержать диалог. По нему не было видно, что он предвадитель секты, который ищет своих жертв не только в привычном месте работы. Может быть, проблема в том, что все коллеги были уже завербованы, а некоторые «особо одарённые» (как он сам их называл) с ужасом убегали из дома, когда видели обычную практику в секте, и в правду, что не так? В этот раз выбор сектанта пал на богом забытую психбольницу, в которой лежат только ну очень странные люди, которых даже никто не приходит навещать, потому что у них либо никого и нет, либо родственники или знакомые всеми силами пытаются делать вид, что с этими людьми не знакомы и не имеют к ним никакого отношения. —Здравствуйте. - кинул персоналу сектант, так же как и всегда выглядя безупречно. —Здравствуйте! - его поприветствовала, на удивление, молодая девушка, улыбаясь. Скорее всего, улыбка была натянута, но вскоре она стала по-настоящему счастливой и искренней. — Вы хотели кого-нибудь поведать? Или, может быть, рассказать о чьём-нибудь недуге? —О, нет-нет. Я волонтёр и служу в церкви неподалёку. Знаете, я много слышал о вашей больнице, и по правде, я очень расстроен тем, что многие из ваших пациентов могут быть самыми добрыми и святыми людьми, но их никто не замечает из-за диагнозов.. В общем, я могу быть духовным наставником здесь? Девушка посмотрела на него с удивлением и застыла, быстро опомнилась и тихо произнесла: — Вы действительно этого хотите? В этой лечебнице довольно... странные люди с очень редкими и серьёзными диагнозами. Если что, я могу посоветовать вам др... Её перебила полная женщина лет 45, которая ударила её по спине, чтобы та прикрыла свой рот. — Конечно можете! - с радостью воскликнула женщина. — Оленька, проводи нашего нового наставника в архив, где хранится информация о пациентах, там он сможет больше узнать о них и найти подход к каждому! - обратилась она к ней. — А за еще одну такую реплику я тебе зарплату сокращу. - шепотом процедила она. Оля послушно кивнула, и выбегая с главной стойки, повела сектанта в архив. И именно там, среди однотипных досье с однотипными диагнозами типа шизофрении он нашёл... его. Чёрного. Идеального кандидата для последующей вербовки. В голове сектанта уже выстроился полный план действий и реплик, он решил для себя, что либо он — либо никто. После того, как он окончательно втёрся в доверие санитарам и врачам, благодаря своему добродушию и действительному желанию "помочь" (как тогда они думали), в один день, он подступил к выполнению своего заданного плана. Примерно после двенадцати дня сектант зашёл в кабинет вышеупомянутой Оли, как обычно поздоровался, поинтересовался о здоровье пациентов, наигранно, конечно и распросил у неё информацию о его новой жертве. — Ну смотрите, он довольно ассоциален, так-то. Никого к себе не подпускает, даже врачей одно время не подпускал, говорил, что они "грязные". В итоге дали мы ему антисептик, салфетки влажные и маску. Сначала не брал, но потом, когда его голод настиг, сразу же взял, ещё и спасибо сказал. Теперь вот хотя бы на приёмы пищи со всеми ходит, даже с некоторыми словами перекидывается. «То, что нужно» — думал про себя сектант — А можно я зайду к нему? - сказал он. — Конечно. - ответила она. — Только он сейчас не в лучшем расположении духа.. — Ничего страшного. В его палате пахло едким цитрусом, резиной и спиртом. Сектант вошёл в неё и увидел Чёрного, сидящего на чистой белой кровати, которая создавала странный контраст на фоне пыльных полов, ведь у себя на койке он убирался постоянно, смотрящего в окно, нахмурившись. Он и был одет практически во все чёрное, поэтому ему и дали такую своеобразную кличку. При звуке открывающейся двери он подскочил и отшатнулся к другому углу кровати. Потом посмотрел на него неудоумённо и произнес: — Кто вы? — Можно присесть? - спросил сектант, подходя к стулу, находившемуся рядом с кроватью. На это Чёрный ничего не ответил, только одарил его презрительным взглядом. — Знаете, я многое вычитал из вашего досье и понял, что мы с вами очень сильно похожи. - начал он. — Я уверен, вы здесь по ошибке. Вы не сумасшедший, вы видите грязь там, где другие слепы. Люди грязны не только телом, но и душой, своими моральными принципами и действиями. Не так-ли? Чёрный смотрел на него уже не с презрением, а с пониманием. Тем временем, сектант продолжал — Так вот. Я знаю, вы чувствуете то же, что и я. Люди здесь погрязли во лжи и алчности, в физической грязи, даже работники за небольшую взятку готовы продать душу не только свою, но и в скором времени вашу. Я вытащу вас отсюда и мы сможем вместе бороться с грязью. Вы согласны? Тот потупился и выдал одну лишь только фразу: — Вы шутите? — Нет, конечно нет. Мне всё это знакомо, я сам человек брезгливый. Или вы хотите гнить здесь до конца своих дней, выслушивать этих скупых ублюдков, падких на такие же грязные деньги? Чёрный сглотнул. Слова сектанта переходили на манипулятивный лад, но он был готов сделать всё, чтобы убраться из этого места. — Хорошо... - неуверенно произнёс он. — Отлично. Собирайте вещи... хотя, нам нужно на первый этаж, выписать вас. - сектант улыбнулся. Чёрный вздохнул, и медленно встав, поплёлся за своим "спасителем" по бесконечному белому коридору. Он был удивлён и немного напуган, но этот человек внушал ему полное доверие. Тем временем сектант всё шел и шел по коридору в сторону... туалета? Чёрный бросил на него взгляд и сказал: — Нам в другую сторону. Тот понял, что пора. Он резко схватил Чёрного за руку и быстрее зашагал. — Что вы делаете?! - он пытался вырваться, но хватка была слишком крепкая. В туалете не было никого, поэтому сектант свободно дошёл до кафельной стены и прижал к ней его жертву. — Слушай, давай мы не будем издавать лишних звуков? Это обряд причастения к нам, таким же любителем чистоты. Не переживай, всё будет хорошо. — Почему вы перешли на "ты"?! Что вы творите?? - брыкался Чёрный, но его быстро усмирили руки сектанта, которые уже были у его ширинки. Он снял с него джинсы и бросил на пол. Перед глазами предстали идеально выбритые ноги, без единой царапинки или покраснения, а ведь такие обычно и были у других. Тем временем Чёрный умолял его остановиться и ничего не делать, но его уже не слушали. Сектант ловко стянул с него и боксеры, полностью оголяя нижнюю часть его тела. Снял штаны он и с себя, пока другой стоял в недоумении, смотря на него жалобным взглядом. Он медленно приблизился к жертве, погладил его по плечу и сказал: — Тебе понравится. У Чёрного будто что-то щёлкнуло и он стал бить сектанта по плечам, вырываться и истошно орать, чтобы тот наконец-то одумался. Хотя, было уже поздно. Член сектанта вошёл в него полностью, и он закричал, пытаясь отстраниться и до конца понять, что вообще происходит. Сектант начал медленно двигаться, принося пульсирующую боль Чёрному. Он всё так же бил его и упирался руками в его плечи и грудь, кричал, даже пару слёз скатились по его щекам, но тому было абсолютно всё равно и он только повторял, что скоро всё наладится и будет не больно. Движения сектанта были ловкими, он всё же профессионал в этом деле. Он набирал скорость, не давая привыкнуть, ведь этот малой нехило так его выбесил своими стараниями вырваться из хватки. Сектант докоснулся до его члена и начал водить по нему ладонью, а Чёрный тем временем откинул голову и иногда скулил словно маленький пес, которому наступили на хвост. Вскоре, сектант нашёл точку, от прикосновений до которой, было даже приятно. В один такой толчок Чёрный простонал, выдыхая, и тот понял, что именно это ему и нужно. Сектант начал двигаться под определённым углом, чтобы хоть удовольствие жертве приносить. Он же не знал, как вообще реагировать на то, что сейчас происходит. Вроде приятно, но вроде всё это так грязно. Сектант входил и выходил, доставляя удовольствие вперемешку с болью. Через некоторое время он кончил в него, даже не стал отстраняться. Пару секунд они стояли в тишине и слышны были только тихие вздохи и выдохи. Предвадитель секты вышел из него, быстро оделся и сказал: — Не доверяй другим. - выйдя из туалета. Чёрный спустился вниз по стене так и оставшись в одной лишь только толстовке, с охрипшим голосом и ощущением грязи. Вскоре сектант перестал приходить в лечебницу и стал искать варианты для вербовки получше. Чёрный же до последнего хранил всё в себе, ставши ещё более эмоционально подавленным. Его выписали из психушки, но он уже никогда не забудет тот злопамятный день, руки сектанта на его бёдрах и его грациозную улыбку, за которой стояла самая настоящая грязная, похотливая свинья, прикидывавшаяся "другом".