Идеальный шиноби

Клон (/kloʊn/): «Дубликат или копия человека, объекта или сущности, часто создаваемая с помощью техник, таких как ниндзюцу, для создания иллюзий, физических копий или боевых отвлекающих манёвров.» Подземная тренировочная комната была тускло освещена, её стены были покрыты печатями, предназначенными для подавления сигнатур чакры. Знакомая обстановка. То самое место, где я до этого момента изучал каждое фундаментальное ниндзюцу. Оперативник «Корня» стоял передо мной, его поза была как всегда неподвижной и бесстрастной. Его лицо, скрытое за стандартной маской, ничего не выражало. — Это будет твой последний урок ниндзюцу, — заявил он. Его голос был холодным, отстранённым — так же, как и на каждом предыдущем уроке. — Сегодня ты выучишь Технику Теневого Клонирования. Я молчал, мои глаза следили за каждым его движением. — В отличие от базовой Техники Клонирования, которая создаёт лишь иллюзию, Техника Теневого Клонирования формирует настоящую, осязаемую копию пользователя. Идеальный дубликат, способный к независимому мышлению и действию. Это было интересно. Настоящий дубликат. Не просто обман зрения, а реальная копия — тело, неотличимое от моего собственного. Он продолжал, его тон был методичен. — Однако у этой техники есть серьёзный недостаток. Твоя чакра равномерно распределяется между клонами, которых ты создаёшь. Если ты призовёшь двух клонов, у каждого из вас будет по одной трети твоей изначальной чакры. Из-за этого чрезмерное использование может привести к крайнему истощению или даже к смерти. Очень рискованная техника. Оперативник «Корня» сложил один ручной знак. — Каге Буншин но Дзюцу. Рядом с ним появилось облако дыма, которое почти мгновенно рассеялось, открыв идеальную копию. Я прищурился. Второй оперативник «Корня» выглядел точно так же — та же стойка, то же телосложение, то же присутствие. Но когда оригинал слегка пошевелился, клон не повторил его движения. Он оставался независимым. Увлекательно. Техника, которая создавала не просто копию, а отдельную волю. Клон слегка повернул голову, глядя на меня. На долю секунды возникла мысль. А что, если один из них решит не слушаться? Независимая сущность, неотличимая от настоящей. Если у клона есть собственная свободная воля, что помешает ему отвергнуть приказы? Действовать вопреки ожиданиям? Оперативник «Корня» развеял своего клона одной мыслью, снова обратив взгляд на меня. — А теперь выполни технику. Я шагнул вперёд. Концепция была проста. Разделить чакру, проявить клона. Один ручной знак. Это была не просто техника. Это было умножение самого себя. Я сложил ручной знак и сконцентрировал свою чакру. Точный контроль. На тот момент моя эффективность чакры достигла 93%. Я выполнил дзюцу. Комната наполнилась дымом. Когда он рассеялся, я был один. Провал. Но это не беспокоило. Я уже почувствовал, где чакра рассеялась неправильно. Корректировки были простыми. Я попробовал снова. Вторая попытка увенчалась успехом. Ещё одна версия меня стояла передо мной. Я посмотрел на него. Он посмотрел на меня. Я слегка поднял руку. Клон не повторил за мной. Он ждал. Это подтвердило мои догадки. Не продолжение меня самого. Не марионетка. Второй Ая-... Шимура Киётака. Другая воля. Перспективы были огромны. Это было не просто дзюцу для создания копий — это было распределённое существование. Способ быть в нескольких местах одновременно. Способ собирать различную информацию одновременно. Это было полезно. Создав одного работающего клона, я также определил вектор для этого дзюцу. (4, 5, 0), это требует огромной физической и умственной энергии, но не имеет естественных последствий. Оперативник «Корня» наблюдал без комментариев. Неудивительно. Он уже привык к моей скорости обучения. Тем не менее, я заметил едва уловимое изменение в его позе — признание того, что я снова справился с ожиданиями без особых усилий. Я развеял клона одной мыслью. Он исчез в облаке дыма. Оперативник «Корня» кивнул. — Твоя тренировка завершена. С этими словами он развернулся и ушёл. Я ещё несколько мгновений стоял в тихом тренировочном зале. Обратный путь был молчаливым. Подземные коридоры «Корня» были спроектированы так, чтобы устранить отвлекающие факторы. Никаких лишних звуков, никаких лишних мыслей. Техника Теневого Клонирования. Её возможности расширялись в моём сознании. Я мог использовать клонов, чтобы собирать разведданные без личного риска. Я мог тренировать несколько навыков одновременно. В теории, я мог бы симулировать несколько версий себя, принимающих разные решения, и наблюдать за результатами. И всё же… Я постоянно возвращался к одному и тому же вопросу. Что, если клон решит не подчиняться? Техника была предназначена для послушных солдат. Она была разработана исходя из предположения, что воля оригинала остаётся доминирующей. Но я не был послушным солдатом. Если я сам был создан как своего рода «клон» — искусственное существо, сформированное другими — что мешало мне отвергнуть своё предназначение? Что ж, я думаю, тот факт, что я могу отключить технику... Я достиг своих покоев и закрыл дверь за собой. Снова один. Но теперь у меня было что-то новое для проверки. — Каге Буншин но Дзюцу. Комната наполнилась дымом, и когда он рассеялся, передо мной стояла ещё одна версия меня. Он моргнул один раз, затем осмотрел окрестности, прежде чем его глаза встретились с моими. — Итак, — сказал я, скрестив руки. — Что ты думаешь о том, чтобы быть клоном? Клон слегка наклонил голову, обдумывая вопрос. — Я не чувствую никакой разницы, — ответил он. — С моей точки зрения, я — оригинал. Это было интересно. Он не считал себя копией. Для него я так же легко мог быть клоном. — Что ты помнишь? — спросил я. — Всё, что и ты. Я ожидал этого. Теневые клоны наследовали точные воспоминания своего создателя при формировании. Но мне нужно было подтвердить кое-что более глубокое. — Если бы я попросил тебя сразиться со мной всерьёз, ты бы стал? — Конечно. Он отступил и размял костяшки пальцев. — Ты хочешь увидеть, действительно ли мы равны, не так ли? Я медленно кивнул. Это было настоящее испытание. Техника, которая дублировала всё, по идее, должна была создать противника, который был бы ровно таким же сильным, как и оригинал. Был только один способ убедиться в этом. Мы переместились в центр комнаты, встав друг напротив друга. Оба мы приняли боевую стойку. Я уже мог сказать — его поза была идентична моей. Каждое движение, каждое смещение веса — безупречное повторение. Мы стояли так мгновение. Напряжение нарастало в воздухе, тихий гул ожидания перед первым ударом. Затем мы двинулись. Клон рванулся вперёд, нанося первый удар. Прямой удар, нацеленный в моё лицо. Я отвёл его предплечьем и немедленно контратаковал низким круговым ударом ногой. Клон предвидел это и отпрыгнул назад, едва увернувшись от моей ноги, которая рассекла воздух. Никаких лишних движений. Никаких колебаний. Я бросился вперёд, сокращая расстояние. Мой левый кулак выстрелил вперёд в обманном движении, заставляя его поднять защиту, — прежде чем я развернул своё тело, переходя в удар локтем с разворота. Удар должен был прийтись в его висок. Но клон в последнюю секунду поднял предплечье, блокировав его с идеальной точностью. Он немедленно нанёс ответный удар — удар ладонью по моей груди, стремясь нарушить моё равновесие. Я перенаправил его руку в середине движения и выкрутил её, пытаясь захватить его запястье. На долю секунды я подумал, что у меня получилось — Но он подстроился, сместив вес тела вперёд, чтобы нейтрализовать мою хватку. Он контратаковал подсечкой. Я отпрыгнул назад, избегая её, и как только мои ноги коснулись земли, я рванулся вперёд, — используя свой импульс, чтобы вонзить колено в его рёбра. Клон заблокировал двумя руками, поглотив удар, но отскочив от силы. Мы снова встретились взглядами. Всё ещё на равных. Краткий момент неподвижности, прежде чем мы оба двинулись одновременно. Я атаковал комбинацией джеб-кросс, делая ставку на скорость, а не на силу. Он увернулся от первого, отвёл второй. Я мгновенно подстроился, пригнувшись низко, чтобы провести тейкдаун, пытаясь схватить его за ноги. Клон отреагировал идеально — распластавшись на земле и заблокировав мои руки, прежде чем оттолкнуть меня. Я едва восстановил равновесие, когда он нанёс ответный удар ногой с разворота. Я пригнулся — Только для того, чтобы увидеть, как его колено уже поднимается к моему лицу. Я сдвинул голову как раз вовремя, избежав прямого попадания, но почувствовав давление воздуха от его удара. Мы снова дистанцировались. Всё ещё на равных. Я медленно выдохнул. Теперь было ясно. Каждое движение, каждый инстинкт — он повторял меня идеально. Битва между нами всегда приводила бы к безвыходному положению. Но была ещё одна вещь, которую мне нужно было подтвердить. Я рванулся вперёд, быстрее, чем раньше. Вместо того чтобы нанести удар, я сымитировал его и развернул своё тело в последнюю секунду, — перенаправляя свой импульс в удар пяткой с разворота. Это был самый быстрый приём в моём арсенале. Если он был действительно равен, он отреагировал бы так же, как и я. Глаза клона заострились. И в этот миг он сделал именно то, что я ожидал. Вместо того чтобы блокировать, он одновременно развернул своё тело, нанося точно такой же удар ногой. Обе наши атаки соединились одновременно. Равноценный обмен. Сила ударов погасила друг друга, и нас обоих отбросило назад. Я поставил ногу, восстанавливая равновесие. Клон сделал то же самое. Пауза. Тишина. Затем мы оба опустили свои стойки. Всё было ясно. Мы были одинаковыми. Идеальное зеркало. Ни один из нас не смог бы одолеть другого. Эта битва никогда не закончилась бы решающей победой. — Ничья, да? Я кивнул. — Похоже на то. Мы стояли там ещё мгновение. Затем, одной простой мыслью, я развеял его. Как только я развеиваю теневого клона, меня охватывает всепоглощающая волна истощения. Мои мышцы ноют, как будто я дважды пережил битву. Пот стекает по моему виску. Так вот какова настоящая цена использования Техники Теневого Клонирования. Это мгновенное осознание. Чакра, которую я использовал для создания клона, не просто вернулась ко мне; истощение от битвы, которую я пережил как оригинал, удвоилось. Это означает, что каждый клон — не просто продолжение, а независимая сущность, которая расходует мою выносливость так же, как и я. Однако, есть что-то ещё. Я закрываю глаза на секунду. Поток воспоминаний врывается в мой разум — воспоминаний, которые изначально не мои, а принадлежат клону. Каждое движение, каждый ответ, каждый мыслительный процесс, который у него был, теперь запечатлён в моём сознании, как если бы я лично пережил их. Момент, когда я поднял защиту, то, как я предсказал свои собственные обманные движения, точное время каждой контратаки — всё. Это меняет всё. Если я смогу создавать несколько клонов и назначать им различные тренировочные режимы, я смогу накапливать опыт с экспоненциальной скоростью. Вместо того чтобы повторять упражнение часами, я мог бы разделить усилия между несколькими клонами и получить весь их опыт за долю времени. Или, я мог бы заставить их всех выполнять одну и ту же технику снова и снова, накапливая эффективность, пока не доведу её до совершенства. С этим моя скорость роста не просто быстрая, она неестественная. Пока я стою там, анализируя это откровение, моя дверь со скрипом открывается. Входит фигура в маске. Форма безошибочно узнаваема — оперативник «Корня». — Данзо-сама вызывает тебя. Я смотрю на него всего секунду, прежде чем кивнуть. Нет нужды в словах. Я выпрямляю осанку и следую за ним по тускло освещённым коридорам штаб-квартиры «Корня». Путь знаком. Холодный воздух удушлив, но в своей предсказуемости утешителен. Кабинет Данзо как всегда окутан тенями. Он стоит за своим столом, его единственный видимый глаз нечитаем, пока я преклоняю колено в стойке «Корня». Он говорит. — Я получил отчёты, что твоя тренировка ниндзюцу завершена. Я держу взгляд опущенным. — Да. Данзо молчит секунду. — Инструкторы сообщили, что твоя способность к обучению сравнима со способностями гения. Я ничего не говорю. Комплименты, ожидания, похвала — ничего из этого не имеет здесь никакого реального значения. Данзо шагает вперёд. Его присутствие подавляет. Он вглядывается в мои глаза, изучая каждую мою черту. — Не принимай свои способности за индивидуальность, — заявляет он, его тон лишён теплоты. — Ты не более чем хорошо функционирующая машина. Ты будешь работать. Ты будешь служить. Ты будешь самой важной частью в этой системе. У меня высокие ожидания на твой счёт. Я остаюсь неподвижным. Машина. Инструмент. Вот как он меня видит. Это точка зрения, которую я понимаю. Это не личное — это идеология. Философия «Корня» — это абсолютная отстранённость. В этом месте не существует эмоций, личных желаний и идентичности. Есть только миссия. Данзо поворачивается, доставая свиток со своего стола. — Пришло время для твоей первой официальной миссии. Он протягивает мне свиток. Я распечатываю его и просматриваю его содержимое. Два имени. Итачи Учиха Шисуи Учиха Описания скрупулёзны. Итачи Учиха (11 лет): Окончил Академию в 7 лет, стал чуунином в 10, член АНБУ «Чёрных Операций», высококвалифицирован в гендзюцу, тайдзюцу и кендзюцу. Тактический гений. Шисуи Учиха (14 лет): По прозвищу «Шисуи Телесного Мерцания». Джонин. Введён приказ «бежать при столкновении». Мастер Шарингана и высокоскоростного боя. Обладает неизвестным уровнем мастерства в гендзюцу. Мои глаза слегка сужаются. Клан Учиха. Это всё объясняет. У клана Учиха есть Шаринган. У Хьюга есть Бьякуган. Данзо не стал бы назначать слежку за обычными членами АНБУ, если бы Учиха не имели стратегической важности. Данзо снова говорит. — Клан Учиха находится под подозрением. Многие в деревне считают, что они были виновны в нападении Девятихвостого пять с половиной лет назад. Напряжённость между ними и руководством деревни нарастает. Если всё будет продолжаться так, как есть, гражданская война неизбежна. Формулировка привлекает моё внимание. «Были виновны». Не «подозреваются». Формулировка подразумевает презумпцию вины. Я тщательно анализирую это. Нападение Девятихвостого было катастрофическим событием, но есть недостающее звено. Почему обвиняют клан Учиха? Шаринган. Может ли Шаринган контролировать Девятихвостого? Если да, то как? Данзо продолжает: — Твоя миссия — наблюдать за Итачи и Шисуи. Не вступать в бой. Они часто тренируются в лесах за пределами деревни. Это будет твоя возможность собрать информацию о них и их взаимодействиях. Однако тебе не разрешено входить в поместье Учиха. Пока что. Ограничение. Ожидаемо, но принято к сведению. Наблюдение, а не прямая конфронтация. Речь не о том, чтобы оценить их способности — речь о том, чтобы раскрыть информацию об их намерениях и состоянии клана. Основная цель Данзо ясна. Если разразится война, деревне понадобится преимущество. Наблюдение, подготовка, разведка — он хочет знать, куда нанести удар. Я закрываю свиток и возвращаюсь в позу на коленях. — Понял. Данзо пренебрежительно машет рукой. — Иди. Я встаю, разворачиваюсь и выхожу из комнаты.