Экхимоз

Удары, как град, наносились на тело Хён У, окрашивая его в темно-фиолетовые синяки. Силы чтобы сопротивляться иссякли, осталось только терпеть, пока Гонёп не устанет бить. Болезненный удар куда-то в лицо и приглушенный крик боли, заставил Гонёпа остановиться. Хён У упал на землю, схватившись за щёку. Место под глазом горело от удара, и слёзы наворачивались от жгучей боли. Пак понимал, что уже переборщил и их драка превратилась в избиение Хён У. Он ушёл. Ничего не сказал, только посмотрел равнодушно.

***

Хён У еле добрался до дома, каждый шаг сопровождался невыносимой болью. Но невыносимее была обида и разочарование в самом себе. Хён У не хотел такой жизни, не хотел всех этих побоев, ненависти, драк с человеком, которого любит больше жизни. Которым, Хён У зависим, и не представляет жизни без него. Зависим так, что самому страшно становится А если у него кто-то есть? А вдруг я его больше не увижу? Странно было привязаться к врагу, который ненавидит тебя так же сильно, как и ты любишь его. Хён У много раз думал, если и умирать, то только от рук Гонёпа. Каждая ночь начиналась и заканчивалась потоком мыслей о Гонёпе, по-детски мечтая о нём. Даже драке с ним Хён У был рад, лишь бы быть рядом с ним.. хотя бы немного. Но сегодня что-то изменилось. Удары Гонёпа стали намного больнее, что вызывали несдерживаемые слёзы. Слишком больно, словно его избивал не любимый Гонёп, а какой-нибудь Хануль. Хён У чувствовал каждое изменение в настроении, поведении и самочувствии Гонёпа. Он привык к его ударами, больно, но за то от Гонёпа. Хён У бы проглотит все, что он сделал. Хватает Гонёпу только придти к нему домой и поцеловать, как Хён У забудет все и простит в очередной раз. Ему надоело, но он не может отказаться от своих чувств. Как бы гордость Хён У заканчивалась там, где начиналась его любовь к человеку. Он готов принять Пака любым, с ненавистью к себе, с желанием убить и больше не видеть его рожу, которую Гонёп считал самой красивой в мире. В Хён У все было губительно-красиво. Ровный нос, привлекательные губы и глаза, в которые если засмотреться, больше не сможешь отвести взгляд. Гонёп всегда сравнивал его красоту с античными скульптурами. Хён У был таким же идеальным, без недостатков, словно высеченная статуя, которую сотворил сам Пракситель

***

Хён У стоял у зеркала, с горечью разглядывая гематомы на спине и торсе. Под глазом быстро краснело, превращаясь в кровоподтек. Ком в горле пришёл со слезами, которые медленно покатились по щекам. Солнце медленно садилось, а Хён У всё ещё ревел в подушку, которая заглушала плач и впитывала в себя слёзы. Вдруг стук в дверь и Хён У раздраженно встал с кровати, вытирая лицо рукавом кофты. "Блять, да кто там ещё припёрся.." Гонёп слышал неспешные шаги и голос парня. Дверь открылась и Хён У застыл перед ним. Он стоял с отпущенной головой, боясь увидеть в глазах Хён У настоящую обиду и отвращение. "Чё пришёл?" Ответа не последовало. Пак не хотел говорить, что чувствует вину и раскаяние. "Заходи" Он прошёл внутрь и наконец посмотрел на Хён У. У Гонёпа сердце сжималось от его измученного вида, кровоподтек и красные глаза, разбитая губа. От его красоты, испорченной им самим. Рука аккуратно коснулась лица Ли, будто самой хрупкой вещи. Хён У прижался к его руке, как котёнок ищущий ласки, как всегда.. и Гонёп даже злился на него, за то, что тот, вёл себя как терпила и прощал любое дерьмо Хён У почувствовав объятия и тепло Гонёпа, снова разревелся. Как будто потянули за рычаг и Хён У больше не мог сдерживаться. Гонёп шептал на ухо, целовал в макушку, прижимая к себе сильнее. "Прости.. прости, Хён У, я не хотел."

***

Хён У лежал в объятиях Гонёпа, в таких теплых и родных. Волосы ласково гладили, убаюкивая. Гонёп тихо заговорил, продолжая крепко обнимать "Почему ты всегда меня прощаешь?" "Не задавай тупых вопросов... потому что люблю" Хён У поднял голову и медленно поцеловал парня Тишину в комнате прерывали только тихие голоса парней и звуки поцелуев. Гонёп расцеловал каждый сантиметр лица и шеи, обещая себе, что больше не причинит ему вред. "Ложись спать" "Если я усну, то ты уйдешь.." Гонёп уложил его, заключая в крепкие объятия и, целуя в волосы и в лоб "Не уйду, спи"