Плохая сука

      Утром Юи ушла, не дожидаясь, пока Сэм проснется. А спал он необычайно крепко. Впрочем, обычно он вставал первым, так что Юи не знала, всегда ли он спит так же крепко.       Пока она собиралась, она даже не знала, что ей думать. Прошлая ночь казалась ей чем-то, что могло только присниться, а не произойти по-настоящему. И Юи совсем не представляла, как теперь общаться с Сэмом дальше. Она всерьез задумалась о том, чтобы снова жить у себя дома. Ей было просто жутко стыдно. А то, что Сэм отказал ей в очередной раз, сильно ударило по ее самолюбию. Первые два раза она еще смогла выдержать. Но в третий… они же почти переспали! На этот раз он ей ответил, но в самый последний момент передумал. Юи не смогла бы выдержать что-то подобное снова. Но что-то ей подсказывало, что снова это точно не повторится.       Отец Юи был дома, а вот матери не было. Юи это порадовало. Она смогла впервые за долгое время хоть с кем-то поговорить по-настоящему, не умалчивая и не пряча факты. Отец всегда был тем, кто понимал Юи лучше других и не пытался навязать ей свою точку зрения.       Так Мэнцзи, наконец, узнал о смерти Миланы, лучшей подруги его дочери. Вернее, он и раньше знал об этом, но лишь из сообщений. И тогда, когда это произошло, все еще думали, что Милана просто покончила с собой. Даже Юи тогда была в этом уверена. А потом, когда она узнала о том, что ее на самом деле убили, ей уже не слишком хотелось обсуждать это с родителями. И все из-за ее матери, которая даже не попыталась поддержать свою единственную дочь в тяжелые для нее времена. — Так значит ты пытаешься найти убийцу? — спросил Мэнцзи. — И как твои успехи? — Пока я ничего интересного не нашла. — сказала Юи. — Может я могу тебе помочь?       Ответить Юи не успела. Как раз в этот момент входная дверь с громким хлопком закрылась. Видимо, пришла Сидни. Юи бросила на отца многозначительный взгляд и быстро ушла в свою комнату.       Как бы Мэнцзи не хотел примерить мать и дочь, они не собирались идти на мировую. По крайней мере Юи уж точно. Она просто ненавидела мать за то, что она ее бросила. Юи было так хреново, когда она осталась одна. Она думала о самоубийстве, а Сидни этого даже не замечала. Все, что она видела, это плохую успеваемость и посещаемость.       Когда Юи попыталась поговорить с матерью об этом, та лишь добила девушку. Юи рассказала о смерти подруги, рассказала о мыслях о самоубийстве. Но что она получила в ответ? Конечно, как любой другой ребенок, она надеялась, что ее обнимут, успокоят, утешат. А ей плюнули в лицо, сказав, что подруга — не единственный в мире человек, и что можно завести еще друзей. А наличие депрессии та так и вовсе исключала из жизни пятнадцатилетнего подростка, обуславливая это тем, что у ребенка не может быть таких проблем, чтобы довести психическое здоровье до критического уровня.       Поэтому Юи никогда больше не обращалась за помощью к матери. Когда преподаватель попытался изнасиловать ее, когда она впервые убила человека и была просто в ужасе, у нее даже не промелькнуло мысли о том, чтобы попросить помощи у матери. Даже в такой момент она не подумала об этом… и тогда она побежала к сутенеру, с которым даже почти не была знакома. Настолько она была в отчаяние, но даже так предпочла просить помощи у малознакомого и, возможно, не менее опасного мужчины.       Конечно, в то время Юи злилась и на отца за то, что он оставил ее одну с этой страшной женщиной. Тогда она даже думала, что они разводятся, потому что не видела тепла между этими двумя. Потом ей стало плевать. Она больше не злилась, а понимала отца. Будь она на его месте, она бы тоже выбрала переехать в Китай и бросить эту женщину.       Выбираться из своей комнаты Юи не собиралась до тех самых пор, пока Сидни снова не уйдет или не ляжет спать. Она не хотела пересекаться с ней даже взглядами. К счастью, Мэнцзи не слишком настаивал на примирении. Он, конечно, мог бы заставить их поговорить, так как авторитет у него в доме все же был. Но он считал, что силой он ничего не получит. Девушки сами должны прийти к миру в согласии.       Юи улеглась в кровать. Она так давно не спала в этой комфортной, мягкой и просто до ужаса уютной постели, что даже отвыкла. Диван в коморке Сэма стал чем-то привычным. И даже боль в костях после сна на нем перестала чувствоваться, так как словно стала частью физиологии.       Заняться было нечем. Уроков больше не было, работу с ребятами из Луны Юи временно передала своему заму, а расследование смерти Миланы встало колом. Юи просто не знала, чем себя занять, а потому просто задремала, лежа в кровати. Пока ее не разбудило уведомление на телефоне. Писал Сэм. Юи сразу подлетела с кровати и открыла сообщение. Она ожидала увидеть там все, что угодно о прошлой ночи. Но Сэм писал вовсе не об этом. Оказалось, за то время, пока Юи дремала, он нашел еще одного подозреваемого. Кое-кто и в самом деле в тот месяц внезапно обогатился.       Юи, конечно, решила, что она тоже должна присутствовать на «допросе». Вот только когда она написала и отправила сообщение об этом Сэму, она вдруг резко передумала. Видеть Сэма она хотела не слишком. От стыда она еще не отошла. Может быть, через пару месяцев…       Ответ пришел быстро. Сэм так же был против ее присутствия. С одной стороны, Юи успокоилась. Но с другой… неужели и Сэм теперь ее видеть не желает? Такой расклад дел ее не устраивал. И пусть она чувствовала себя капризной, но ничего не могла с этим поделать. Ее бесили оба варианта развития событий.       Обдумать, впрочем, все это Юи не успела. К ней в комнату кто-то постучал. Юи решила, что это ее отец, а потому разрешила войти. К ее огромному удивлению, на пороге стояла Сидни. Юи тут же нахмурилась и взяла свой телефон, собираясь игнорировать мать. — Поговорим? — спросила Синди робко. — Нам есть о чем? — ответила Юи с деланным равнодушием. — Если ты пришла, чтобы выслушать мои извинения, то зря. Я извиняться ни за что не буду. Плевать мне. — Вообще-то я сама пришла извиниться.       Сидни вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Юи села и все же убрала телефон. Услышать что-то подобное она не была готова. Она смотрела на мать и пыталась понять, а не шутка ли все это. Но на лице Синди не было ничего такого. Она выглядела просто жутко уставшей, но не больше. — И за что ты вдруг решила извиниться? — язвительно спросила Юи. — За то, что произошло три года назад. — ответила женщина и, не спрашивая разрешения, села на кровать, но не слишком близко к дочери. — За то, что не поддержала тебя тогда. На самом деле, я и сама тогда была не в лучшем состоянии. Мэнцзи решил уехать в то самое время, когда все желали мне смерти. Мне было так страшно. — Оправдаться пытаешься? — Вовсе нет. Просто хочу, чтобы ты понимала, что я вовсе не отвернулась от тебя. — Это ты и сделала. Если ты пытаешься извиниться, то выходит у тебя не слишком. — Юи, просто выслушай. — рявкнула Синди. Юи усмехнулась, увидев настоящее лицо матери, а не это виноватую маску. — Слушаю. — сказала она довольно. — Я была не права. Я слишком рано стала матерью, я не была к этому готова. И я думала, что я должна стоять у себя на первом месте. Очевидно, мне стоило заботиться и о тебе. Я поняла это лишь тогда, когда ты сала превращаться в… это. — Во что? — В подобие твоего отца. — Разве вы не любите друг друга до гроба? — Так и есть. Но я о другом. Одно дело взрослый мужчина, который понимает, что делает, понимает, какие будут последствия и как с ними справиться. У него есть авторитет, есть свои люди. А ты? Ты всего лишь ребенок, с которым я не справилась. Он просил меня заботиться о тебе, а я зациклилась на себе. Понимаешь? И я зла вовсе не на тебя. Я все время злюсь на себя за то, что я с тобой не справилась. Каждый раз, когда ты вытворяешь что-то, я дико зла на себя. И я, уж прости, не могу с этим ничего сделать. — И не делай. Просто отстань от меня. Уже поздно менять что-то. — Знаю. Поэтому я и решила пойти прочить о перемирии. — Я думала, отец послал тебя. — Напрямую, конечно, не посылал. Но поставил на верный путь. — Пф. — Юи, я просто хочу сказать, что я больше не буду пытаться тебя воспитывать, так как уже поздно. А ты вернешься домой. Делай, что хочешь, но будь дома. А я попытаюсь не слишком лезть в твою жизнь. — И в чем тогда смысл? — В том, что мы семья. И мы должны попытаться все наладить. И если пытаться буду одна только я, то у нас ничего не выйдет. Мэнцзи здесь надолго. Он больше не собирается в Китай. А потому мы могли бы… — Сделать вид, что мы идеальная семья? — Нет. Идеальной семьей мы никогда не были. Но попытаться приблизиться к идеалу, я думаю, мы все же могли бы.       Сидни ушла. А Юи лежала в постели до самого ужина и думала, стоит ле ей согласиться на этот мир. Конечно, в глубине души она очень этого хотела. Какой ребенок не захочет идеальную любящую семью? Но Юи уже не была той пятнадцатилетней девочкой и принять это ей теперь было слишком сложно.       В итоге, обдумав все, Юи решила подыграть. Ей все равно теперь было скучно, заняться было нечем. Так почему бы просто не поиграть в «идеальную семью»? Времени на это предостаточно. И, может быть, из этого даже что-то выйдет.       Юи пришла на кухню, где Синди готовила ужин на троих. Обычно она не готовила, но повод на этот раз был. Мэнцзи, ее любимый муж, приехал домой, а дочь согласилась на подобие мира. В общем, сегодня настроение для готовки у нее было. Юи, увидев это, решила помочь. Она, конечно, готовить не умела и не любила, так как почти всю жизнь ела то, что приготовят для нее другие, а последние пару месяцев так и вовсе питалась почти одной пиццей. Тем не менее базовые знания у нее имелись. — Правда хочешь помочь? — удивилась Синди. — Ну раз уж мы играем в мир, то почему нет? — ответила Юи. — Что мне сделать? — Можешь почистить овощи. — в голосе Синди слышалось сомнение. Юи не обиделась. Она и сама все еще сомневалась, а не ошибка ли все это. — И что мы готовим? — Готовлю я. Ты помогаешь. — Хах. Ладно.       Несмотря на все разногласия на кухне мать и дочь ужились вполне мирно. Юи аккуратно почистила овощи, пока Сидни убрала что-то в духовку. Затем Юи было поручено расставить на стол посуду, столовые приборы и салфетки. Пока она занималась этим, ей в голову вдруг пришли странные мысли. Если верить родителями, они любили друг друга, хотя Юи этого не видела. И если так, то у Юи появился интересный вопрос. — Вы ведь правда не поссорились и не собирались разводиться? — спросила она для начала, чтобы убедиться, что брак не держится на соплях. — С чего ты вообще это взяла? — удивилась Синди. — Ты хоть раз видела, чтобы мы ссорились? — Ни разу. А еще я ни разу не видела, чтобы вы миловались или что-то такое… Вы как какие-то деловые партнеры, а не супруги. Слишком вежливы друг с другом и все такое. — Это… такая культура. Мы относимся друг к другу с уважением и не можем на людях вести себя как распутная парочка. Когда мы одни, мы, конечно, ведем себя, как обычные влюбленные. Да и нашему браку уже больше двадцати лет. Нам не по пятнадцать, чтобы вести себя так. Понимаешь? — Ладно, мне стало более ясно. Тогда я рада, что у вас все хорошо. — Но твой вопрос не об этом. — догадалась Сидни. — Да. У вас ведь огромная разница в возрасте. — Одиннадцать лет. — кивнула женщина. — И вас это не смущает? Не слишком ли много? Вам есть о чем поговорить? — Некоторые женятся с разницей в возрасте и в двадцать лет, и ничего, уживаются. А у нас с Мэнцзи разница не так заметна. Ну, вернее, есть моменты, но их не так много, чтобы задуматься о разводе. А почему ты вдруг спросила об этом? Или нет. Спрошу иначе. Какая разница в возрасте у тебя с твоим парнем? — У меня нет парня. И, чтобы ты знала, я еще девственница. — Сильное заявление для девушки, которая для чего-то притворялась… — Проституткой? Я не притворялась. Просто окружающие не так поняли. На самом деле я убила девочку Сэма и украла у нее ту кофту. Это лучше, чем спать с мужчинами за деньги? — Давай без этого твоего сарказма, хорошо? — Хах. Не могу ничего с собой поделать.       Ужин прошел вполне спокойно. Юи и Сидни ни разу не поругались, и это было огромное для них достижение. И еще это было уж как-то слишком странно для обеих. Один только Мэнцзи сидел во главе стола и ничего вокруг не замечал. Он ведь пропустил все то, что между его девочками произошло.       Юи вернулась в свою комнату в приподнятом настроении. Она собралась ложиться спать, совершенно забыв о Сэме и вообще всех своих проблемах, но те решили о себе напомнить. На телефоне Юи нашла несколько сообщений. Одно из них было от ее зама, который совершенно перестал справляться. Юи пришлось еще полтора часа разбираться со всем, вися на телефоне. А когда она закончила, то дошла и до сообщения Сэма. Он просил о встрече. Правда было это часа три назад, так что Юи решила, что это уже не актуально, а потому пошла в душ, проигнорировав сообщение.       Когда она вышла из душа, на телефоне снова было еще одно непрочитанное. И снова от Сэма. Он отправил один вопросительный знак. Юи выругалась и бросила телефон. Настроение сразу же испортилось. Раньше она и рада была бы встретиться с Сэмом посреди ночи, но сейчас… Она больше не слишком хотела его видеть, пока чувство стыда и ущемленное собственное достоинство не исчезнут.

03.03.26