Shadow of Kadaku

Лейтенант Деметрий Тит по праву считался лучшим космодесантником-примарис второй роты Ультрамаринов. Это был смелый, мудрый и отважный воин, не раз проявлявший невиданную смелость на поле боя и не единожды спасавший жизнь своим братьям. Старшие товарищи могли рассчитывать на его опыт, а младшие рекруты учиться и перенимать навыки и вдохновляться носителем лаврового венка. И тем горше было видеть капитану Акерану, лидеру второй роты, безмолвного коленопреклоненного товарища в капелле имперской баржи «Несокрушимый». Над фигурой Тита возвышался закованный в черную броню, в шлеме с черепом, брат-капеллан, неустанно читающий над лейтенантом молитвы и литании. Так продолжался уже третий день. И если брат Квинт покидал часовню, Деметрий так и оставался неподвижным и коленопреклоненным. Даже самым лучшим из них требуется отдых. Даже такому известному упрямцу, как Тит. Что-то в поведении капеллана не давало покоя капитану, бдительно следящему за каждым из своих подопечных. Всякий раз, когда брат Квинт видел лейтенанта, он проявлял до странного фанатичное рвение и жестко и непримиримо требовал поклонения перед Императором. Акерану в такие моменты начинало казаться, что искупление нужно не Титу вовсе. Однако выдержке лейтенанта можно было позавидовать. Он подолгу вглядывался в череп на шлеме, потом молча разворачивался в сторону капеллы и начинал свое бдение под грозным присмотром их странного капеллана. Что же связывало этих двоих? Акеран знал, какие осуждения встретил Деметрий и через что в итоге прошел, но так не выяснил, кто обвинил его в ереси. Догадка была прямо перед его глазами, и вместе с тем капитану очень не хотелось принимать ее за реальность. — Брат Квинт так печется о душе нашего лейтенанта, что в ней точно не останется никакого места для нежелательных помыслов, — голос сержанта Гадриэля прозвучал неожиданно. Надо же, Акеран так сильно задумался, что не услышал тяжелой поступи примариса в силовом доспехе. Хмыкнул и согласно кивнул на двусмысленное послание в словах брата-сержанта. Подошедший к ним Кайрон обменялся с братьями понимающим взглядом. — Все на барже это заметили. После Демериума сомнения развеялись даже у самых отъявленных скептиков. Но не у нашего капеллана. — Но не у капеллана, — задумчиво повторил за Кайроном капитан. Он с ясностью осознал, что так и не выяснил, почему брата Квинта назначили на «Несокрушимый». Судя по всему у Акерана назрел серьезный разговор с магистром Калгаром. Может ему и не кажется вовсе, и Инквизиция и правда сует свой нос в дела Ультрамаринов. Пока этому нет прямых доказательств, обвинить он никого не мог. Однако, он может хоть на время, но вырвать своего боевого брата из цепких рук их духовного лидера. — Как только брат Квинт закончит, сообщите ему, что я собираю ваш отряд на капитанском мостике. У меня есть для вас задание. *** Усовершенствованное тело лейтенанта не давало ему испытывать неудобства от долгого бдения на коленях в часовне. Наоборот, несмотря на голос капеллана, молитвы помогали сосредоточится и не дать использовать негативные чувства Тита против него самого. Все скауты в монастыре-крепости Ультрамаринов проходят через психическую обработку. Их чувства притупляются, уступая место долгу и служению. Такова их суть. Но даже это учение не смогло полностью погасить слепящей ярости, проникшей в сердце лейтенанта после одного запроса в архивы. О лейтенанте Миранде Нерон, Мире, служившей на планете Грайя, не нашлось ни одного упоминания. Ее имя и деяния были удалены из архива, что могло означать только одно. Инквизиция устранила всех свидетелей тех событий, несмотря на слово, данное ему. Будь ты трижды проклят, Леандр. Или Квинт, как ты себя сейчас называешь. Они были созданы, чтобы защищать этих людей, а не уничтожать их. Деметрий сделал глубокий вдох и едва слышно выдохнул. Он сосредоточился на словах литании, убирая из сознания голос, их читавший. Лейтенант не сомневался, что его запрос в архив дошел до подозрительного капеллана, и тот предпринял все возможное внушение, зная характер своего бывшего напарника. Медитация сработала, выключив сознание лейтенанта. В конце концов, его способность принимать выпавшие события и испытания со смирением не раз его выручала. В реальность его вернули только тяжелые шаги Кайрона — его походку и брата Гадриэля он узнает из тысячи. — Нас ждет капитан, — только и сказал Кайрон, никак более не комментируя положение Тита. Руку тоже не протянул в помощь, зная, что гордого товарища это только унизит. За что особенно Тит ценил члена своего отряда, так за своеобразную тактичность и отсутствие лишних вопросов. Капеллан из часовни куда-то делся, что обрадовало Тита, ему не хотелось лишний раз видеть его. Мышцы и суставы отозвались ноющей болью от долгого бдения, но слабость была отброшена. Он космодесантник и не покажет усталости. Шум, доносившийся из капитанского мостика указывал, куда ушел брат Квинт-Леандр, он о чем-то спорил с Акераном, но слов было не разобрать. Рядом обнаружился и Гадриэль, пожавший руку своему лейтенанту традиционным жестом Астартес — запястьем к запястью, и, особенно неожиданно, выбравшийся из своих мониторов магос Галео. — Брат Тит нуждается в покаянии, — горячился капеллан. — А Ультрамарины и Кадаку нуждаются в его опыте и действиях, — парировал капитан. Их спор явно затянулся. — Это распоряжение Калгара, и Тит отправляется на зачистку. Приказы магистра не обсуждаются. Капеллан явственно скрипнул зубами, но более ничего не сказал и покинул мостик. Акеран не сдержал вздоха и наконец посмотрел на Тита. — У меня есть для вас задание. — Да, я слышал. Зачистка. — Не совсем, Тит. После событий на Демериуме и Авараксе, ваш отряд сильно поредел, и мой долг как капитана решить его судьбу. Ты знаешь, что обычно мы расформировываем такие отряды, однако вы проявили себя особым образом. Лорд Калгар решил сохранить вашу боевую единицу и усилить новыми рекрутами. Они уже здесь. Это было неожиданно. Неужели он так долго пробыл в капелле баржи, что пропустил прибытие новых соратников? Обычно их приветствовали всей ротой и знакомили с каждым ветераном. Рекрутам предстояло прикрывать их спины. — К тому же нам нужно очистить Кадаку от остатков тиранидов. Несмотря на то, что планета почти необитаема, мы не можем оставить ее на растерзание ксеносам. Слова капитана имели смысл. Несмотря на то, то, что они лишились тирана на Авараксе, тираниды все еще могли доставить неприятностей. Над их головами появилась голограмма планеты, подсвечивая три равноудаленные друг от друга точки. — Каждый из вас начнет из своей позиции, — продолжил капитан. — Вы будете двигаться в джунглях к области, недалеко от орбитальных пушек. Брат Гадриэль поведет рекрута Дария, брат Кайрон — рекрута Кадфаэля. Ты, Тит, начнешь в одиночку. Это не просто зачистка, это также возможность проверить, способны ли наши новые братья на самостоятельное мышление и действия без указания старшего по званию. Лейтенант, я прошу тебя не вмешиваться без необходимости. И это тоже было понятно. Рекруты должны справится с поставленной задачей, или им не место в их отряде. Но от Деметрия не укрылось, что именно пытается сделать капитан. Меньше свидетелей — меньше сомнений, особенно пока рекруты неопытны. Члены его отряда подготовят правильную почву, а сам он наконец получит передышку. И даже принесет пользу ордену. Все же это лучше, чем бестолково стоять на коленях. — Я все понял, капитан. Когда мы вылетаем? — Не так быстро, Тит, — механический голос магоса передавал своеобразное дружелюбие. Насколько оно вообще было свойственно Механикус. — Пока вы говорили, я оценил состояние твоих доспехов и твоих показателей и они критично упали. Ты истощен. Нет, — покачал головой Галео, видя, что Деметрий собирается возразить. — Ты нуждаешься в восстановлении, а твои доспехи в обслуживании. В таком состоянии ты не готов к выполнению своих обязанностей. Тит обвел взглядом всех присутствующих. Лица братьев ничего не выражали, но лейтенанта не покидало ощущение, что все они сговорились между собой. — Ладно, — сдался в итоге лейтенант. — Будь по-вашему. Сколько нужно времени на обслуживание брони? — Мы управимся за сутки. Пока набирайся сил. *** Доспехи выдали ему через двое суток, что только укрепило уверенность лейтенанта в договоренности братьев между собой. Это также подтверждалось обнаруженной в его аскетичной келье-каюте, помимо отчетов сержанта Гадриэля, небольшой стопкой книг, содержащих описание успешных кампаний и наставлений по стратегии и тактике. Космодесантники не нуждались в личном имуществе, но Ультрамарины были известны своим интересом к книгам. Лейтенант исключением не был, и честно признавался себе, что чтение было лучшим способ отвлечься, хоть и время на это ему практически не выпадало. Книги были приняты с благодарностью. Апотекарий в первый же час отправил Тита в лечебные бассейны, сломив сопротивление кратким описанием состояния десантника и тем, что он все еще не восстановился после сложнейшей операции. — Многие братья, прошедшие Рубикон, восстанавливаются месяцами. Ты же поднялся на ноги спустя два дня. Это слишком даже для тебя, Деметрий. На одной только воле и упрямстве ты далеко не продвинешься. Решительно, все на этой барже поддерживали какой-то договор между собой. И лейтенант сдался и в который раз смиренно принял, что было ему уготовано. Однакл лейтенанту не давали скучать. Ему представили его новых членов отряда. Он лично испытал их навыки в тренировочном бою и остался доволен. Половина новобранцев умирала в первом же серьезном столкновении, но у этих кандидатов были хорошие шансы выжить. Акеран знал, кого включать в их отряд. И вот в начале третьего дня они наконец собрались на посадочной площадке «Громового ястреба». Доспехи Тита были полностью отремонтированы и начищены, апотекарий недовольно подтвердил пригодность лейтенанта к выполнению задания. Капеллан стоял за фигурой капитана, зачитывая необходимые благословения миссии и новобранцев, но на бывшего напарника не взглянул ни разу. — Не терпится в бой? — Акеран решил лично сопроводить группу. — Да, капитан, я бездействовал слишком долго. — У тебя будут все шансы наверстать упущенное. Место, куда мы тебя отправим, кишит этой заразой. Я не хочу, чтобы новобранцы столкнулись с непреодолимым препятствием именно сейчас, когда нас так мало. Тем не менее, — тон Акерана стал сдержаннее, — их геносемя уже созрело. Твои братья получили соответствующие инструкции. Деметрий прекрасно понимал, что это означает. В случае непредвиденной ситуации, бесценное геносемя будет возвращено ордену и послужит новым рекрутам. Но лейтенант искренне желал, чтобы его новые подопечные выжили. Гадриэль и Кайрон лично за этим проследят. Акеран был прав, не давая ему рекрута в сопровождении. Нельзя было не заметить некоторое равнодушие Тита в ответ на утрату соратников. Он видел слишком много смертей своих братьев, чтобы давать своим эмоциям верх. Все они однажды умрут. Лейтенант отдал честь своему капитану, стукнув по нагруднику кулаком, и первым вошел в отсек «Громового ястреба». *** Первыми десантировались Гадриэль и Дарий. Новобранцы всю дорогу молчали, только с любопытством рассматривали регалии Караула Смерти на доспехе их лейтенанта. То ли стыдились спрашивать, то ли были предупреждены ветеранами, что Тит лишние вопросы не любит. — Помните ваше задание, — напоследок произнес Деметрий. — Отвага и честь. — Отвага и честь. Кайрон и Кадфаэль, получив такое же напутствие, отправились следом. Пилот подвел «Громового ястреба» максимально близко к точке высадки, оповестив, что вернется за отрядом через три дня к назначенному месту, как и планировал капитан Акеран. Тит спрыгнул с посадочной платформы и грузно приземлился на мягкую почву джунглей Кадаку. По данным ауспекса его первая цель, хранилище биомассы, находилась к востоку от него. Туда лежал его путь. Тит снял шлем и провел рукой по коротко стриженным темным волосам. Воздух планеты был влажный и тяжелый, с примесью ядовитых испарений. Длительное пребывание для обычного человека было бы мучительным, но его усиленный организм почти не испытывал дискомфорта. Он вернул шлем на место, снова сверился с данными ауспекса и двинулся к своей первой цели, на ходу оценивая состояние своего арсенала. Решил поберечь заряды болтера и зажал в руке цепной меч. Боеприпасы должны были попасться на его пути, но их стоило экономить. Неизвестно еще, с каким именно врагом он может столкнуться. Всего в его вооружении были стандартный болтер примарисов, цепной меч, запас гранат и пара мельта-бомб. Первое, что отметил лейтенант, продвигаясь к своей цели, это звуки зарослей. Пока планета страдала от организованной атаки тиранидов, наполняясь взрывами и шумом боев, фауну не было слышно. Животные и птицы прятались, либо, что наиболее вероятно, были сожраны тиранидами в числе первых. Но сейчас, когда ксеносы были лишены своего центра, джунгли оживали. Продвигаясь по зарослям, Тит чувствовал, что в глубине за ним следует какая-то тень. Но эта тень не вела на него охоту, а скорее … сопровождала. На ауспексе было по-прежнему чисто. Первая группа тиранидов попалась ему спустя полчаса по пути к хранилищу. Хормагаунты, несморя на хаотичные атаки, могли доставить непрятностей, и Тит пускал в ход цепной меч и собственные руки, разрывая на части тварей. Чутье подсказывало ему, что это не единственный враг, который ему повстречается. Тень из джунглей метнулась в сторону и снова спряталась, Деметрий упустил из вида, кто это был. Точно не ксенос. Он расправился с остатками монстров и перевел дух. Воздух был слишком плотный, и лицо под шлемом вспотело, но фильтры работали исправно. Однако даже усиленное шлемом зрение не улавливало быстрое движение существа. Тит уже не сомневался, что оно охотится. На кого? Спустя какое-то время он достиг первой точки, и перед ним открылось хранилище биомассы. «Гадость», — воспоминанием прозвучал голос Кайрона. Тит надеялся, что с его братьями все в порядке. Они были довольно далеко друг от друга, и если поступит сигнал о помощи, Титу придется сильно спешить. Однако пока было тихо. Лейтенант установил мельта-заряды и подорвал хранилище. Из образовавшегося проема хлынули тираниды, в большем количестве, чем первый раз. Снова зазвучал цепной меч, разрывая плоть и кости, замелькали конечности. Ультрамарин сосредоточился на бое и опять пропустил момент, когда крадущийся в зарослях хищник снова явил себя темной молнией. Он быстро утащил в чащу ближайшего генокрада и снова скрылся. Тит только успел заметить черную лоснящуюся шкуру. Расправа над ксеносами закончилась безоговорочной победой десантника. Путь был очищен, и Тит двинулся дальше. Двигатель цепного меча грозил износом, и было бы неплохо найти боеприпасы. Тайник попался ему спустя несколько часов беспрерывного марша. Воспользовавшись этим, десантник сделал короткий привал и пересмотрел свое снаряжение. Выщербленный цепной меч он оценил как более непригодный и заменил силовым клинком, пополнил запал мельта-бомб. Гранаты он берег. Неспеша присев на край ящика, Тит снова снял шлем и перевел дыхание. В небольшом контейнере обнаружились стимуляторы и небольшая аптечка первой помощи. Немного, но и это лейтенант решил взять с собой, могло пригодится. Воздух был слишком плотный, и десантник уже хотел снова надеть шлем, как почувствовал на себе чей-то взгляд. В паре шагов от него в зарослях сидела пантера. Она пряталась среди густых порослей, её чёрная шерсть сливалась с тенью, словно сама тьма обрела плоть. Холодный пронизывающий взгляд таил в себе угрозу и холодную мудрость дикой природы. Темная шкура в лучах звезды Кадаку, казалось, отливала золотом. Морда была окрашена в кровь. Вот, кто его преследовал. Кошка была огромной, она явно доходила десантнику до груди, и грозила стать серьезным противником. Обычный человек не выжил бы в столкновении с ней. Тит, не делая резких движений, медленно потянулся к болтеру и положил палец на спусковой крючок. Замер, ожидая движения животного. Он не знал, что на Кадаку могли водится пантеры. Он вообще мало что знал о планете, и для него это было неважно. Значение имело лишь то, что касалось его миссии и приказов, остальное отбрасывалось как ненужное. Однако повадки хищников ему были знакомы, и он готовился к нападению, стараясь казаться снаружи недвижимым и расслабленным. Пантера поднялась и медленно двинулась в сторону десантника. Тит покрепче сжал болтер, готовясь обороняться и нападать. Однако животное не спешило и медленно приблизилось к лейтенанту, не выказывая никакой агрессии. Окровавленная морда ясно давала понять, что пантера натаскала себе на пропитание мелких тиранидов, и видимо была сыта. Кошка аккуратно обнюхала кованый ботинок доспехов, прошлась по ноге, что-то вынюхала на грудной пластине и поднялась к лицу. Обостренное обоняние передала вонь сырых внутренностей тиранидов и меха хищника. Вибриссы огромной кошки щекотали лицо, а ее глаза все больше напоминали расплавленное золото и светились умом и интеллектом. Тит сидел неподвижно, стискивая болтер. Пантера прошлась сухим носом по лицу лейтенанта, фыркнула, и, порыкивая, отошла в сторону ящиков, нагло облизнув хвостом шею и подбородок Деметрия. Шкура лоснилась и отливала золотом. Она улеглась неподалеку от десантника, всем видом показывая сытое равнодушие. Кадаку снова подкинула ему сюрприз. Шлем был надет, и Тит готовился к дальнейшему передвижению. Пантера резко дернулась и снова исчезла в зарослях. Ему предстояло преодолеть еще много миль, а судя по ауспексу на пути его ждали испытания. Враги приближались, и их было много. Сражения с тиранидами слились в один, чередуясь краткими передышками. Ксеносы, несмотря на хаотичные, лишенные центра атаки, все еще брали числом, и из большинства схваток Тит выходил, хоть и победителем, но изрядно измотанным. Все это время за ним тенью следовала пантера, внося еще большую сумятицу в и без того разрозненный, но многочисленный рой оставшихся тиранидов. Их толкал вперед неестественное стремление к жизни, непостижимый голод, но не имея связи с Тираном улья, они были не так опасны. Пантера нападала то сверху с деревьев, то сбоку, то сзади, разбивая рой и давая Титу пространство для маневров. А потом так же исчезала, на удивление быстро и ловко для такого огромного тела. Если бы не четкие ощущения от запаха и присутствия кошки в первый раз, Тит заподозрил бы у себя галлюцинации. Но пантера была вполне реальной. Она изредка появлялась в поле его зрения, с отливающей золотым свечением темной шкурой, точила огромные когти о кору деревьев, и снова следовала за десантником на небольшом отдалении. Он почти не думал о братьях и новобранцах. С ними наверняка все в порядке. Ни Гадриэль, ни Кайрон не стали бы рисковать жизнями рекрутов, не будучи уверенными, что справятся с ситуацией. В голове фоном крутились мысли, вспоминались члены его отряда. Надо поговорить с Акераном и направить Гадриэля в Караул Смерти. Он явно сам этого желал. И он выживет, Тит не сомневался. А Кайрону пора принимать звание сержанта и всю ответственность, с этим связанную. Он не видел в такие моменты, как пантера внимательно следила за ним, а ее янтарные глаза приобретали благородный солнечный оттенок, светясь в сумраке джунглей. Вторые сутки перевалили за полдень, когда в джунглях стало ощутимо тише. Птицы снова умолкли, рой ксеносов поредел и не стремился продвинутся вперед. Инстинкт диктовал им не двигаться дальше какой-то незримой черты. Деметрий пересек чьи-то охотничьи угодья. Пантера ощетинилась, зарычала и водила носом по воздуху, пытаясь уловить чей-то запах. Резко свернула в джунгли и снова исчезла. Что-то приближалось. Оно было там, пряталось в зарослях, выслеживало Деметрия словно зверя. Это мог быть ликтор, но чутье подсказывало Титу, что его противник куда более грозен. Первым показался карнифекс. Тит уже не задумываясь пустил в ход болтер, разрывая плоть ксеноса тяжелыми снарядами и тут же перекатился вбок, уходя от острых когтей. Тиранид, несмотря на то, что был лишен синаптической связи, оставался все еще очень опасении противником. Деметрий ускользал и перекатывался, раз за разом парируя и нанося удары. Его не покидало ощущение, что за карнифексом скрывался кто-то еще, хитрый и смертельно опасный. Однако, оставаясь верным своей выучке, он сосредоточил все свое внимание на противнике перед ним. И это оказалось ошибкой. Ровно в момент, когда карнифекс пал к его ногам, бок, не защищенный сталью, пронзила острая боль. По венам побежал огонь, разнося отравленную кровь по всему телу. Деметрий обернулся. Смертохват, мерзкая хитрая тварь, худшая разновидность ликтора. Он прятался за карнифексом, мастерски выжидая, когда человек истратит свои ресурсы и откроется. Подлый удар пришелся в левый бок, в стык между пластинами, где тело закрывал только поддоспешник-перчатка, пронзил почти насквозь и отравил токсинами. Зрение подернуло зеленой дымкой, слух просел. От неожиданности и боли Тит опустился на одно колено и чисто интуитивно отбил удар ксеноса. Следом бросил оставшуюся гранату. Итого у него оставался только силовой меч и полмагазина болтов. Видимо, эта планета все-таки заберет его жизнь. Но он не сдастся, он никогда не сдастся. Граната достигла цели, на миг оглушив смертоносную тварь. Это хватило, чтобы подняться на ноги и отбить еще один рубящий удар смертохвата. Силовой меч рубил почти наугад, внутренности разрывало болью. Зеленый туман застилал глаза разглядеть своего противника. Но куда, ликторы могли мимикрировать, а в слепоте его и вовсе невозможно было увидеть. И в миг, когда Тит уже принял неизбежное, в зеленое марево нырнула отливающая золотом тень. Пантера. Ее огромное сильное тело обрушилось на тварь, одним сильным ударом оторвав одну из отравленных конечностей и тут же отскочила вбок, набирая маневр для прыжка. Ее ярко-желтые глаза сверкали яростью, кошка громко зарычала и прыгнула на хитиновый панцирь, отгрызая кусок тиранидской плоти. Теперь Титу было видно куда стрелять, и он полагался на свое мастерство и инстинкты, стараясь не задеть животное. Они добили ксеноса одновременно. Кошка оторвала то, что оставалось от хитиновой конечности смертохвата, а последний болт лейтенанта размозжил голову твари. Огромная лапища пантеры стала на остатки сметрохвата, громкий низкий рык оповестил джунгли об их безоговорочной победе. Марево отравы застилало глаза, но Деметрию казалось, что золотое свечение, исходящее от животного стало еще сильнее, глаза наливались расплавленным золотом, тело расширялось, а в самой пантере угадывалось что-то по-человечески властное и требующее безоговорочного подчинения. Она медленно подбиралась к десантнику, глядя прямо в его глаза. Это все игры его воспаленного от отравы воображения. На языке ворочался привкус крови, у него было внутреннее кровотечение. Тит грузно сел на мягкую землю и достал припасенный стимулятор, вколол лекарство. Рана уже затягивалась, но сознание мутнело. Уже почти теряя связь с реальностью, он почувствовал, как возле него приземлилось тяжелое тело, прижалось теплом. Кошка обнюхала его рану и аккуратно слизнула кровь. Последнее, что слышал лейтенант, было низкое утробное рычание. *** В чувство его привел звук подлетающего «Громового ястреба». Вокс разрывался позывными, его товарищи, видимо, не обнаружив его на точке, бросились на поиски. — Лейтенант, ответьте, как слышно? — голос Гадриэля выдавал обеспокоенность. — Слышу, — прохрипел Тит. В кишках все еще ворочалась боль, но худшее было позади. — Хвала Императору, спускаемся. «Громовой ястреб» приземлился недалеко от того, что осталось от карнифекса и смертохвата. Ультрамарины высыпали из нутра машины и бросились к своему лейтенанту. Один из новобранцев, Дарий, опустился на колено возле Тита и попросил снять шлем. — У брата Дария все задатки апотекария, — заметил Кайрон. Лицо Деметрия было бледным, а кожа холодной. Дарий осмотрел рану и сказал: — Очень сильная интоксикация, но рана чистая. Можно сказать повезло, однако нужно переливание. — Гадриэль «Несокрушимому». Лейтенант Тит ранен, пусть апотекарий подготовится. Требуется переливание. — Он не может быть не ранен на этой чертовой планете, — искаженный воксом голос Акерана выражал недовольство. — Принято, тащите его оттуда. Деметрий поднялся на ноги и оглянулся в сторону зарослей. От пантеры не было и следа. По развороченным останкам ксеносов невозможно было понять, что послужило их гибелью — заряд болтера или когти. — Вам не попадались пантеры на пути? — решился он на вопрос. — Никак нет, сэр, — ответил Кадфаэль. — На Кадаку не водятся хищные кошки, пантер здесь нет. Деметрий усилием воли сдержал удивление. Вот как, значит, не водится. Неужели у него были галлюцинации, видения? Неважно. Чтобы то ни было, его миссия выполнена. Они устранили оставшуюся угрозу, а остатки ксеносов поглотят эти проклятые джунгли. Потом он обсудит это, не с капелланом, нет, с библиарием Тигурием и получит свои ответы. «Громовой ястреб» принял своих пассажиров, и они наконец покинули Кадаку. Внизу, в зарослях джунглей, пантера провожала умным взглядом улетающий корабль. В глазах плескалось золотое пламя и несвойственный животным интеллект. Шкура все сильнее наливалась золотом и жаром, вплавляя в камень следы лап. Через мгновение силуэт кошки распался, оставляя оплавленный камень с заметным отпечатком лапы. Но об этом никто никогда не узнает. Конец.