Побочный эффект

      Марк стоял в дверном проеме и смотрел, как его жена, Сара, помешивает ложечкой в большой керамической кружке вечерний чай. В его кармане лежала маленькая, безобидная на вид, розовая таблетка. Она жгла ему ногу, словно раскаленный уголек, хотя на самом деле была прохладной. План, который час назад казался ему гениальным и безотказным, теперь представлялся идиотским, унизительным и чудовищно подлым.       Все началось с визита к доктору Орлову, сексопатологу с выцветшей табличкой на двери и уставшими глазами. «Моя жена не хочет, я хочу...» — выпалил Марк, краснея до корней волос, едва переступив порог кабинета. «Понятно, не беспокойтесь, такая проблема не редкость. Сейчас таблеточку пропишем. Одна на стакан чая или любого другого напитка. Незаметно, эффективно, природные компоненты», — монотонно бубнил доктор, выписывая рецепт.       Марк купил эти «природные компоненты» в ближайшей аптеке и шел домой, сжимая в руке маленький пакетик.       В голове крутились оправдания: «Это для нас же, для наших отношений, чтобы вернуть былую страсть...»       Они не занимались сексом уже два месяца, и Марк изводился от неуверенности и желания.       И вот, наблюдая за Сарой, он поймал себя на мысли: «А вдруг она захочет, а я не смогу? Стресс, усталость... Вдруг я подведу ее?»       Эта мысль показалась ему столь же логичной, сколь и абсурдной. Без долгих раздумий он сунул руку в карман, достал вторую такую же розовую пилюлю и сунул ее в рот, заправив глотком воды из-под крана. На всякий случай. Для командной работы.       Сара тем временем отставила свою кружку и потянулась. —Я, пожалуй, пойду почитаю в постели, сегодня тяжелый день выдался, — сказала она, зевнув. —Конечно, родная, — бодро ответил Марк, чувствуя, как по спине бегут мурашки вины. — Я тут еще посмотрю новости, присоединюсь позже.       Как только она вышла из кухни, он совершил главное предательство дня: быстрым, шмыгающим движением вытащил таблетку из кармана, подошел к ее кружке и уронил ее в теплый, почти полный чай с лимоном. Таблетка шипнула и почти мгновенно растворилась. Марк еще раз помешал чай, словно старательный отравитель из плохого детектива.       Теперь оставалось только ждать.

***

      Час спустя, лежа рядом с уже посапывающей Сарой, Марк начал чувствовать нечто странное. Сначала легкое тепло в животе, которое он списал на самовнушение. Потом тепло сменилось приятной, пульсирующей волной, разливающейся по всему телу. Он повернулся на бок, потом на спину. Было жарко. Слишком жарко. Он скинул одеяло.       Желания по отношению к жене не возникало. Вместо этого его сознание начало упрямо фокусироваться на тактильных ощущениях. На том, как грубая ткань простыни трется о его голую кожу. На том, как прохладно было бы прикоснуться к чему-то гладкому и металлическому. На мысли о... наполнении. Очень конкретном, очень физическом. «Что за черт? — подумал он с нарастающей паникой. — Это что, на меня так подействовало? Но почему?»       В этот момент Сара повернулась к нему во сне и прошептала томным, сонным голосом: —Дорогой... вставь мне...       Марк замер.       Сработало! — ликовал внутренний голос. Но ликование было недолгим, потому что его собственное тело отреагировало мгновенно и абсолютно неадекватно ситуации. Волна жара накрыла его с головой, и он почувствовал острое, навязчивое, почти болезненное желание. Но не отдавать, а получать. Не действовать, а подчиняться. Желание было настолько иррациональным и физическим, что он сглотнул комок в горле. Слова вырвались сами, тихий, искренний стон отчаяния: — Кто бы мне вставил...       Сара фыркнула во сне, приняв это за бред спящего человека, и перевернулась на другой бок, уносясь в мир сновидений, где, возможно, все было просто и понятно.       А Марк остался лежать, слушая, как стучит его сердце, и пытаясь подавить странную, нарастающую потребность. Его руки сами потянулись вниз, но он понимал — мастурбация не поможет. Это было не то. Совсем не то. Ему нужно было... что-то. Конкретное, осязаемое, иного порядка. В себе.       Он встал с кровати, стараясь не скрипеть пружинами, и на цыпочках вышел в коридор. Его мозг лихорадочно искал решение. Ванная? Нет, ничего подходящего. Кухня? Он открыл ящик со столовыми приборами. Ложки, вилки, ножи... Слишком мелко, не то. Взгляд упал на ручку от сковороды. Слишком коротко и неприятно мысленно.       Потом он увидел его. Высокий, стройный, темно-зеленый флакон от дорогого лака для волос Сары. Идеальной обтекаемой формы. С крышечкой-пульверизатором, которую можно было снять.       С чувством глубочайшего стыда он взял флакон в руку. Он был прохладным и гладким. Совершенно идиотская мысль — «хороший дизайн» — пронеслась в его голове. Он зашел в гостиную, плюхнулся на диван и зажал флакон между коленей, пытаясь придумать, как же его... использовать. Смазки не было. Мысль о растительном масле вызывала отвращение.       Он попробовал. Неудобно. Неловко. Стыдно. Пластик был слишком жестким, а угол — неправильным. Это было ужасно, неэротично и абсолютно не приносило того облегчения, которого требовало его тело.       Он отшвырнул флакон, и тот покатился под журнальный столик, безмолвно свидетельствуя о его полном фиаско.       Отчаяние достигло апогея. Было два часа ночи. Его тело горело, разум помутнел от желания, а единственным «инструментом» был проваливший свой тест драйв флакон лака для волос.       Стыд был сильным, но физиологическая потребность оказалась сильнее. Он нашел телефон и с дрожащими пальцами начал листать контакты. Родные? Нет. Коллеги? Боже упаси. Друзья...       Остановился на имени: Алекс.       Алекс был его лучшим другом со времен университета. Они вместе прошли через пьяные вечеринки, проваленные сессии, первые серьезные отношения и их крахи. Алекс был тем, кто мог привезти тебе шаверму в три ночи, если тебе плохо, и не задавать лишних вопросов. Но этот запрос превосходил все мыслимые и немыслимые рамки.       Марк набрал номер. Трубка взялась после первого гудка. —Алло? — бодрый, слегка хриплый от сна голос Алекса прозвучал слишком громко в тишине квартиры. — Марк? Че как, старик? Не спишь? —Алкс, привет... это я, — Марк слышал, как его собственный голос дрожит. —Да я вижу. Что случилось? Ты в порядке? — в голосе Алекса мгновенно прорезалась тревога. —В целом, да... но мне срочно нужна твоя помощь. Не спрашивай почему. Просто... — Марк зажмурился, чувствуя, как горит лицо. — У тебя есть... ну... большая... отвертка?       На другом конце провода повисла долгая, оглушительная пауза. Марк даже подумал, что связь прервалась. —...Повтори, мне послышалось. Тебе нужна отвертка? В два часа ночи? Марк, ты там к кому-то вломиться собрался? Или мебель собрать? — Алекс засмеялся, но смех был нервным. —Нет! Нет... — Марк потер ладонью лоб. — Не для... мебели. Для... себя. Или что-то похожее по форме и размеру! — почти взмолился он, понимая, насколько это звучит безумно.       Еще одна пауза, на этот раз более осмысленная. —Для себя? — Алекс проговорил медленно, растягивая слова. — Окей... Скажи мне, что ты принял, и я решу, везти ли мне с собой еще и желудочный промыватель. —Я не... Это не наркотики! Это... таблетка. От... для потенции. Но она подействовала как-то не так. —«Не так» — это как? Тебе теперь хочется чинить двигатель внутреннего сгорания? —Примерно, — честно признался Марк. — Желательно с изолированной ручкой! И... смазка есть? Моторное масло не подойдет?       Раздался звук, похожий на то, что Алекс либо задохнулся, либо разразился беззвучным смехом. —Боже, Марк... Ладно. Сиди не шелись. Еду. Соберу свой... э-э-э... «инструментарий». И с WD-40. На всякий случай. Только ради этого зрелища я готов проститься с тремя часами сна.       Марк положил трубку и уткнулся лицом в диванную подушку, уже предвкушая, как завтра ему придется придумывать объяснение тому, почему его лучший друг вломился к ним в дом посреди ночи с набором инструментов. Но сейчас его это волновало меньше всего. Главное — помощь была уже в пути.       Через двадцать минут, которые показались Марку вечностью, в дверь тихо постучали. Марк, закутанный в халат, открыл.       На пороге стоял Алекс. В одной руке он держал старый, потрепанный ящик с инструментами, в другой — знакомый сине-желтый баллончик WD-40. На его лице читалась смесь дикого любопытства, веселья и искренней озабоченности. — Ну что, — тихо сказал он, переступая порог. — Где наш пациент? Показывай, что там у тебя сломалось.       Марк молча повел его в гостиную, указывая на диван. Алекс поставил ящик на пол, открыл его и с преувеличенной серьезностью достал большую крестовую отвертку с прорезиненной желтой ручкой. —Вот, фирменная, антистатичная, — с деловым видом протянул он ее Марку. — Удовлетворяет запросу?       Марк вместо ответа просто сглотнул и покраснел еще сильнее, глядя на отвертку как загипнотизированный. —Эм... Алекс... Я не думаю, что это... гигиенично.       Алекс фыркнул. —Ну конечно не гигиенично, ты вообще в своем уме? — он отложил отвертку и сел на диван рядом с Марком, его лицо стало серьезным. — Ладно, шутки в сторону. Что происходит, Марк? Серьезно. Ты позвонил мне в два ночи с просьбой привезти тебе отвертку для... личного использования. Давай уже, выкладывай.       И Марк выложил. Сначала скомканно и путано, потом, видя, что Алекс не смеется над ним, а внимательно слушает, все подробности. Про визит к врачу, про таблетку для Сары, про свою гениальную идею принять такую же, про странный, извращенный эффект и про злополучный флакон лака для волос, который сейчас валялся где-то под столом.       Алекс слушал, и его лицо выражало всю гамму чувств: от недоверия к попытке сдержать смех, от смеха к сочувствию и снова к смеху. —Погоди... Ты дал жене виагру, а сам принял ее же и теперь хочешь, чтобы тебя... — он не закончил, просто показал рукой на ящик с инструментами.       Марк кивнул, уставившись в пол. —Боже, Марк, — Алекс снова рассмеялся, но на этот раз это был теплый, дружеский смех. — Ты — самый большой идиот на планете Земля. Гениальный идиот. Ладно. Забудь про отвертки. И про этот твой флакон.       Он встал, подошел к ящику, вытащил оттуда не отвертку, а небольшую банку силиконовой смазки для инструментов. —Это получше WD-40 будет, — ухмыльнулся он. — Но и это не понадобится.       Алекс отложил банку в сторону, сел рядом с Марком и положил руку ему на плечо. —Слушай, дружище. Похоже, твоя таблетка просто сняла все барьеры и показала, чего ты на самом деле хочешь. А хочешь ты, судя по всему, не отвертку. И даже не лак для волос.       Марк посмотрел на него, не понимая. —А чего? — Приключений, — ухмыльнулся Алекс. — И, возможно, меня.       Он посмотрел на Марка прямым, открытым взглядом, в котором читалось и предложение, и вопрос одновременно.       Марк замер. Мысль об Алексе в таком контексте никогда всерьез не приходила ему в голову. Но сейчас, под действием этого чертового препарата, от стыда и отчаяния, она показалась не просто логичной, а единственно верной. Алекс был сильным, уверенным, надежным. И он был здесь.       Марк медленно кивнул. —Я... я не знаю, как это... —А я знаю, — тихо сказал Алекс. — Главное — тишина. Разбудишь Сару — объяснять будешь сам. Ложись.       И Марк послушно лег на диван, отдаваясь на волю «побочного эффекта» и твердой, уверенной руки своего лучшего друга, понимая, что утро будет очень, очень неловким. Но до утра было еще далеко.