Тост и последствия

«Поверить не могу что Махиру действительно меня на это подписала. Чтоб я еще хоть раз в жизни в такую рань в столовую заходил» - пронеслось в голове у молодого парня с подносом в руках. Стоит только подумать о человеке, к которому ему предстоит прийти с этим «подношением», как по телу непроизвольно разбегаются волны мурашек. Хаджиме не уверен, видел ли он в играх и фильмах настолько пугающих, непредсказуемых персонажей как Комаэда, что уж тут говорить когда подобный экземпляр появляется у тебя в реальной жизни, еще и посреди убийственной игры. Ситуация, в которой все оказались, абсурдна и пугающая донельзя, но этот светловолосый чокнутый только своим существованием на острове поднимает градус безумия до пиковых температур! Но, всё же… при всём своем отвращении к его действиям, Хината не может его ненавидеть.  В столовой разразился скрип старой ветхой двери, и гость решился открыть зажмуренные глаза. Столы были раздвинуты по краям комнаты, от прежней радостной атмосферы не осталось и следа, лишь мигающий свет от лампы и легкий металлический запах то ли от железных листов, закрывающие окна, то ли от невыветревшейся крови Бьякуи. В разуме чуть не начала мелькать картина убитого одноклассника, но прежде чем голову забили ненужные воспоминания, внимание привлекла фигура, которая даже будучи закованной в железные цепи умудрялась вальяжно лежать на полу. -Ооо кого я вижу! Неужели сам Хаджиме решил меня покормить! Ахах, поверить не могу, что сам абсолютный переживает за меня -Так так так всё, прошу просто помолчи, я не хочу тебя слышать, я принес еду чтобы ты не сдох -Ну просто принести.. будет недостаточно. Уж прости, но связали меня крепко, я не смогу поесть сам. Хе-хе, видимо поэтому вернулся именно ты, а не Махиру. Дай угадаю, она вручила поднос тебе в руки и убежала со словами «У меня появились дела»? Ну, так даже лучше, мне было неловко просить девушку покормить меня.     Пару раз проклянув красноволосую девушку, Хаджиме опустился на колени и поставил поднос на пол. В моменте он был готов развернутся на 180 градусов и просто уйти от этого источника бесконечных монологов, но что-то не позволило это сделать. Скорее всего понимание того, что парень не ел 2 дня, или же что-то другое… Он не может отрицать тот факт, что за те жалкие пару дней, проведенные с этим парнем, он привязался к этому дурачку. Ведь именно эта связанная бедолага познакомила его со всеми на острове, рассказала про таланты каждого своим чарующим, томным голосом, и именно он хотел убить одного из них, возможно и его самого. Но черт бы побрал этого везунчика, Хината до последнего мысленно пытается оправдать его неадекватные поступки. Он хочет слушать и слушать его речи, ему никогда не было настолько интересно послушать чужие мысли, представления о жизни, рассказы о событиях, которые привели его к такому мышлению, боже как же ему интересно всё это узнать. Но и его попытку убийства он не может принять. -Хм? Думал на твоем лице будет только неподдельное отвращение от такого мусора, как я, но неужели я вижу… жалость? Не стоит, правда. Не хочу чтобы абсолютный тратил свои силы на столь бесполезное сочувствие. Я ведь и желал стать вашей ступенькой к совершенству, и ненависть ко мне помогла бы вам всем отвлечься от ненужных мыслей и сосредоточится на моём убийст- Его рот был заткнут булкой хлеба -Ешь, п-просто ешь. Если я послушаю свою чушь еще хоть две минуты, то точно сойду с ума. Как… подумаешь над своим поведением, мы с тобой еще поговорим о твоём мировоззрении     Словно пёс, которому скомандовали «можно», Комаэда принялся молча пережевывать булку, отведя взгляд куда-то вглубь комнаты, пока кормилец спустился с корточек в позу лотоса, чтобы не затекали ноги. Теперь в столовой, как и полагалось, царили звуки жевания и урчащего желудка. Да уж, он мог сколько угодно делать вид что его никак не удручает связанное положение, но по одному его бледному лицу (хотя казалось бы, куда ему быть еще бледнее) и ноющему животу было очевидно, что он был в крайне плачевном состоянии. «Хорошо, что я по итогу не ушел, а то совсем бы с голоду помер. Интересно, насколько же сильно у него все затекло» — успело пронестись в голове Хаджиме, прежде чем он поспешил заглушить подобные мысли. Он не был готов так быстро его прощать только за миловидную мордашку. Но перейти к другой мысли у него не получилось, ибо из размышлений его вывела резкая боль в пальце от укуса. -Ээй, проснись! Уж прости за такие радикальные меры, но я уже доел, а ты меня взглядом выжигаешь. Подашь молока? -Мог и словами попросить!! Ответ последовал с лукавой улыбкой   -Возможно Хаджиме потянулся к подносу, упустив связанного юношу из вида, как вдруг почувствовал тяжесть на своих ногах. Голова Комаэды после небольшого рывка «гусеницой» оказалась на чужой ляшке.  -Аааа?!? Куда полез?! А ну пшёл вон с моих ног! - Он принялся трясти ногой и рукой спихивать светловолосую наглую голову, которая зацепилась зубами за штанину и никак не убиралась -Да ладно тебе, Хината, я же вижу тебя на сквозь — протянул Нагито, выпустив ткань штанов из зубов — Ты смотришь на меня таким диким и смятенным взглядом, что мыслишки написаны на твоём схмуренном лбу -Что ты несешь?! Слезь с меня, дегенерат! -Я связан, истощен и уж точно не способен на действия, от которых нельзя было бы отбиться. Если бы ты действительно хотел чтобы я слез с твоих ног, ты бы уже меня с них скинул, разве я не прав? — и действительно, Хината поймай себя на мысли, что он лишь легонько потряс ногой и слабо пихнул его рукой, будто бы и не собирался всерьез его отталкивать. «Что за бред! Почему я действовал вполсилы?? Надо это прекращать, сбрось его! Сбрось, сбрось, сбрось, сбрось, сбрось, сбрось, сбрось» — а тело не слушалось мыслей -Поверить не могу… Моя самая отчаянная догадка оказалась правдивой!.. Хаджиме, не уж то я тебе симпатичен? Я и мечтать не мог, чтобы абсолютные замечали моё существование, а тут такое! -Заткнись! Просто.. просто слезь с меня.. -Тебе не нужно считаться с совестью или боятся последствий когда дело касается меня. Не переживай, я никому не расскажу о твоих грязных пристрастиях. Но я польщен, что ты до последнего пытаешься не дать волю своим желаниям, как и подобает истинному абсолютному! Ну же, я связан и беспомощен, действуй! — после этих слов лицо сидячего парня растворилось в искренней растерянности. А дар речи окончательно пропал, когда лежачий на его ногах парень взял в рот указательный и средний палец его руки, которую он так и не убрал с его головы после попытки оттолкнуть его. «Неужели он и в правду подумал, что я задумывался все это время не из-за той ереси что он мне рассказывал, а потому, что… не мог решится его изнасиловать? Неужели у меня на лице написано ТАКОЕ?! Блять, блять, я даже сейчас задумался, но… я не могу убрать руку…». Его мысли уходили в цикл или врезались в тупик, пока его вторая рука потянулась к его кофте, чтобы оттянуть ее и перевести свой жадный взгляд на его ключицы. Этой же рукой он залез ему под футболку и сжал его худое, костлявое плечо, после чего где-то внизу последовало томное мычание. Душный спёртый воздух с металическим запахом, звон кандалов и контраст между ощущениями двух рук, одна из которых лежала на сухой коже, а пальцы другой утыкались в горячее влажное горло заставляли уходить мысли в совсем другое русло: «Да ты посмотри на его самодовольную рожу. Он же сам хочет чтобы его отымели как последнюю тварь. Ну же, действуй!». По вискам текли ручьи пота, в этой затхлой комнате по ощущениям стало еще жарче, и кофта лежачего уже была спущена настолько, насколько позволяли связанные руки. Комаэда совершив еще один размеренный рывок, ухватился зубами за галстук и резко дернул его вниз, сблизив их лица настолько, что он мол услышать совсем тихий стук зубов человека напротив. В этой тишине каждый стук пульсирующей в голове крови оглушал Хаджиме.. пока ее не прервало уведомление от монопада и оба не застыли от неожиданного громкого звука, который сыграл для одного из них отрезвляющий эффект. «Черт, опять виртуальное животное хочет жрать… животное… Я животное.. Что я вообще блять творю? Он такой же старшеклассник как и мы. Что же ему надо было пережить, чтобы настолько спокойно принять мысль что я собираюсь с ним сделать и подыграть мне? А я, как ебанное животное, лишь способствую его больному представлению о людских взаимоотношениях. Какой позор..». Хаджиме дёрнулся в сторону подноса, сбросив с ног недоумевающего юноша и потянулся за молоком -А? Куда ты? Аа, кажется, я понял.. Прости, я не подумал что тебе могло доносить удовольствие именно мои попытки отбиться от тебя, а не мои своевольные дейс- Его монолог опять был прерван насильным запихиванием еды в рот, ну, точнее, бутылки молока. От такого резкого поворота событий он подавился, после чего не смог продолжить свою речь, лишь выкашливая из себя остатки жидкости. Заглушка Хинаты сработала -Ты.. ненормальный. Н-ничего я не собирался с тобой делать! Тут жарко просто, вот я и снял с тебя кофту. А то от тебя так несло, что сдохнуть можно. — он бросил в него открытую упаковку желе — На, как ты уже мне показал, ты и без рук способен на многое, вылакаешь и без моей помощи. Хаджиме поспешно выбежал из столовой, выправляя рубашку из штанов, чтобы скрыть.. «последствия», оставив закашливающего парня наедине со своими мыслями и «последствием», которым он не сможет унять с завязанными руками.