The Second Act

      Либитина молча лежала на своей кровати, ее внимание было приковано к соседке по комнате — Бьянке. Она наблюдала за тем, как Бьянка тайком сбегала с комнаты ночью. В спальне стало тихо, если не считать случайного шуршания простыней.       В темноте комнаты мысли Либитины путались. Она не была уверена, что делать с действиями Бьянки и связаны ли они с таинственными событиями, происходящими вокруг Академии Невермор. Либитина была новенькой в этом мире, и каждая крупица информации была для нее кусоком головоломки, необходимым для того, чтобы разобраться в окружающем мире.       По мере того, как тянулась ночь, Либитина размышляла, стоит ли ей продолжать расследование или лучше держаться в тени и избегать ненужных неприятностей. Любопытство не покидало ее, побуждая раскрыть все здешние секреты.       Она сбросила с себя одеяло, ее ноги коснулись холодного деревянного пола, и она потянулась за своей черной кофтой. Сунув ноги в кроссовки, она тихо направилась к двери своей комнаты. Она знала, что секреты этого места глубоко скрыты, и была полная решимости раскрыть их, невзирая на риск.       Покидая комнату, Либитина двигалась с осторожной решимостью. Темнота коридоров академии, казалось, окутывала ее с каждым шагом. Ее каштановые волосы, собранные в конский хвост, слегка покачивались в такт движениям. Черная кофта обеспечивала ей комфорт и ощущение анонимности, позволяя сливаться с тенью.       Когда она углубилась в тускло освещенные залы, ее чувства обострились, а сердце бешено забилось от предвкушения.       Она заметила множество фонариков за пыльными окнами. Срочность сборов была очевидна, и ее любопытство было возбуждено до пределов. Было ясно, что происходит что-то необычное.       Либитина приблизилась к окну, не сводя глаз с фигур, быстро пересекавших открытое поле и исчезавших в тени деревьев. С такого расстояния она не могла разглядеть, кто именно это был. «Что за чертовщина?» — прошептала она вслух, наблюдая, как фонарики исчезают в лесу. Таинственное исчезновение фигур поверго Либитину в состояние замешательства и беспокойства.       Немного поразмыслив, Либитина решила все-таки разобраться.       Она осторожно пробиралась по темным коридорам, избегая встреч с персоналом. Наконец, она добралась до выхода и вышла в залитую лунным светом ночь. Перед ней вырисовывался лес, его древние деревья и спутанный подлесок отбрасывали жуткие тени. Она глубоко вздохнула и пошла по тропинке, по которой шли люди с фонариками в руках.       Либитина ускорила шаг, решив догнать исчезнувшие вдали источники света. Лес, казалось, смыкался вокруг нее, его темные стволы шептались о тайнах, от которых у нее по спине пробегали мурашки. Она не могла не задаваться вопросом, во что ввязывается, но потребность в ответах гнала ее вперед.       По мере того, как она углублялась в лес, звуки ее собственных шагов и шелест листьев становились единственными слышимыми звуками. Зловещая тишина время от времени нарушалась отдаленным уханьем совы или слабым шорохом лесных животных.       Страх охватил ее, когда она сделала шаг, наступив на сухую ветку и издав громкий звук, заставляя фонарики направиться в свою сторону. Сердце Либитины учащенно забилось, когда приближающиеся лучи стали еще ближе.       Лес, казалось, ожил от дурного предчувствия. Ее чувства были обострены, пока она наблюдала на фигуры, которые становились все ближе. Теперь они были почти рядом с ней, их фонарики пронзали темноту, высвечивая их лица одно за другим.       — Это всего лишь новенькая, — раздраженно отрезала Уэнсдей, когда луч ее фонаря упал на лицо Либитины.       Либитина моргнула, на время ослепленная светом фонарика. Когда ее глаза привыкли к темноте, она увидела стоящую перед собой Уэнсдей, на лице которой смешались досада и раздражение. Облегчение, охватившее Либитину, быстро сменилось чувством неловкости.       — Я… не хотела вам помешать, — запинаясь, пробормотала Либитина, пытаясь объяснить свое присутствие. — Я увидела фонарики и… просто хотела узнать, что происходит.       Уэнсдей окинула Либитину скептическим взглядом, ее темные глаза, казалось, пронзали ее насквозь.       — Любопытство кошку сгубило, — пробормотала она с ноткой сарказма в голосе. — Тебе следует вернуться в кровать, пока ты не нарвалась на неприятности.       Либитина замерла, когда до ее ушей донеслось рычание. Это был жуткий и тревожный звук, и он доносился со сторон, противоположной той, где находилась Уэнсдей со своей командой. Ее сердце бешено колотилось, когда она пыталась понять, что могло вызвать такое рычание в темном лесу. Она напрягла зрение в тусклом свете, пытаясь разглядеть источник рычания.       Шаги приближались и фонарики группы осветили источник шума.       Сердце Либитины сжалось, когда она осознала жуткую знакомость этих шагов. Воспоминания о кошмарном существе из Уиллоухилла нахлынули на нее, и ее охватил страх. Девушка не могла ясно видеть, что к ней приближается, но страх, нарастающий внутри, подсказывал, что это что-то ужасное.       Ужасающее зрелище Хайда заполнило лесную поляну, его чудовищная фигура была освещена светом фонариков. Его пасть, полная острых, как бритва зубов, широко раскрылась, и он издал леденящий душу рык, который пронзил ночь.       У Либитины перехватило дыхание, и она застыла на месте.       Неожиданное столкновение Хайда с другим существом наполнило ночь хаосом. Либитина в ужасе наблюдала, как два чудовищных существа столкнулись, отчего Хайд отлетел в сторону.       Она держалась поближе к Уэнсдей и остальным, в ней боролись тревога и любопытство. Было ясно, что она наткнулась на мир, гораздо более странный и опасный, чем она могла себе представить.              — Убирайся отсюда! — Раздался голос Ксавьера, обращенный к Либитине.       — Это тебя не касается, — бесстрастно добавила Уэнсдей, когда они побежали в том направлении, куда унеслись два дерущихся существа.       Либитину не нужно было убеждать. Она быстро повернулась и побежала в направлении, противоположному тому, в котором ушли остальные. Она оставляла жуткую сцену позади себя.       Страх преследовал Либитину, пока она бежала через лес обратно к школе. Она думала, что оставила этот кошмар позади, в психиатрической больнице, но оказалось, что чудовище или что-то похожее на него последовало за ней и сюда.       В своей комнате Либитина прерывисто дышала. Она прислонилась к двери, прижимая дрожащие руки к груди, словно пытаясь успокоить собственное сердце.       Глаза Либитины расширились, когда она заметила открытое окно, и по спине пробежал холодок. Она была уверена, что закрывала его перед тем, как вышла из комнаты. Она осторожно подошла к окну, вглядываясь в ночную тьму. Никого не было видно, но ощущение чьего-то присутствия не покидало ее.       Глубоко вздохнув, она закрыла окно, надеясь обрести хоть какое-то подобие безопасности в пределах своей комнаты. Взгляд Либитины остановился на листке бумаги, приколотом острым ножом к пробковой доске. Ее сердце екнуло, когда она прочитала зловещее послание, нацарапанное на разорванной странице.       «Не забывай, ты все еще можешь отомстить тем, кто причинил тебе зло.»       От этих слов у нее по спине пробежал холодок, и она не могла не задаться вопросом, кто оставил эту тревожную записку в ее комнате.