Моя игрушка

Затхлый запах старой бумаги и полированного дуба резко контрастировал с металлическим привкусом возбуждения, витавшим в тихой библиотеке. В укромном уголке, спрятанном между высокими стеллажами с зачарованными фолиантами, Пугод стоял на коленях. Тонкая черная ткань его брюк темным ореолом раскинулась вокруг, а его цилиндр с золотой отделкой лежал брошенный рядом со стопкой книг заклинаний. Лололошка стоял над ним, одной рукой вцепившись в волосы Пугода, другой направляя свой возбужденный член к губам молодого человека. Тугая, влажная жара рта Пугода была как шелковые тиски, и Лополошка откинул голову назад с гортанным стоном. Блядь. Он смотрел, завороженный, как глотательные движения горла Пакета принимали его глубже, непристойные, влажные звуки мягко отдавались эхом в тихой комнате. «Вот так»,— прохрипел Междумрец, его низкий голос вибрировал, проходя через них обоих. «Принимай полностью его. Мммх. Ты так прекрасно выглядишь. Всего лишь отчаянный маленький сосунок на коленях в библиотеке». Он медленно и умышленно двинул бедрами вперед, заставляя глаза Пугода наполниться слезами. «Это то, что тебе было нужно? Чтобы мой член разрушал твое милое горлышко?» Пукот простонал вокруг его толщи, и вибрация прожгла Лололошку прямо в пах. Его золотые глаза, обычно скрытые, были затуманены чистым, неприкрытым желанием, он смотрел вверх с преданностью, которая была почти пугающей. Лопоклоша вытащил свой член, блестящий от слюны. Тонкая ниточка все ещё соединяла его головку с распухшей нижней губы Пугода. «Говори со мной. Используй этот грязный рот для чего-то кроме сосания моего члена». Паренёк жадно глотнул воздух, его голос был сорванным. «Пожалуйста… Ло… Мне это нужно. Мне нужна твоя сперма». «Где она тебе нужна?»— потребовал Лололошка, шлепая своим членом по щеке безуммного строителя. Резкое, жгучее ощущение заставило Пугода всхлипнуть. «Во рту»,— взмолился тот, его руки вцепились в бедра Лололошки. «Я хочу проглотить все. Я хочу вкусить тебя. Пожалуйста». «Ты был рожден для этого, знаешь ли?»— тон Междумирца сменился, превратившись в извращенную похвалу, от которой Пугод содрогнулся. «Посмотри на себя. Такой чертовски идеальный. Твой рот был создан для моего члена». Затем его голос вновь перешел в рык. «Моя идеальная, жадная маленькая шлюха. Теперь широко открывай этот поганый рот и прими все что я тебе дам». Пугод немедленно повиновался, высунув язык, в его глазах читалась немая мольба. Лололошка сжал свой собственный член, яростно и быстро работая рукой так, что его костяшки побелели. Напряжение сжалось в его животе, как пружина, доведенная до предела. Он прошипел с полным жестоким наслождением. «Вот она, гребаная шлюха. Принимай. Принимай каждую каплю». Первая пульсация была не струйкой; это была густая, вязкая веревка белого цвета, с силой ударившая в горло Пугода. Вторая последовала мгновенно, массивный сгусток, покрывающий его язык и наполняющий его рот. Лололошка не прекращал, казалось, бесконечный фонтан горячего, горького семени. Глаза парня расширились, когда его рот затопило, огромным подавляющим объемом. Сперма вытекала за его губы, толстыми, липкими дорожками стекая по подбородку, покрывая золотую отделку воротника его пиджака. Он попытался сглотнуть, слегка подавившись от количества, клееобразная консистенция делала это трудным. Низкий, сдавленный звук вырвался из него, когда новая порция спермы выплеснулась на его лицо, забрызгав нос и щеки, белое на бледной коже. Лололошка позволил себе излиться на свою игрушку достаточно много, при этом оставив себя тяжело дышащим и опирающимся на книжный шкаф для поддержки. Шахтер посмотрел вниз на свое творение. Пугод был полным семени, его лицо было залито, нити спермы все еще соединяли его разинутый рот с мягким членом Лололошки. Он все еще пытался сглотнуть, его горло конвульсивно работало. Лололошка присел на корточки, его голос снизился до шепота. «Посмотри на себя. Абсолютно грязный. Покрыт мной». Он наклонился и провел языком по щеке Пугода, ощущая вкус соли, кожи и своего собственного семени. «Ты — шедевр». Не дав Пугоду ответить, Междумирец поцеловал его. Это был глубокий, властный поцелуй, сплетение языков, со вкусом секса и обладания. Он целовал его, пока они оба не перехватило дыхание, пока он не размазал свою же сперму по обоим их лицам. Он разорвал поцелуй, темный голод застыл в его взгляде. «Мы еще далеко не закончили». Его рука скользнула вниз, сжимая ягодицы Пугода через черные брюки костюма, пальцы ища его игривую дырочку. «В этой библиотеке слишком тихо. Думаю, пора нам создать настоящий шум. Ты будешь кричать мое имя так громко, что игроки в соседнем биоме услышат тебя». Его пальцы нажали сильнее на ягодицы своей игрушки, ясное обещание того, что должно было произойти. «Не так ли?» Пугод мог только кивнуть, новая волна предвкушения прокатилась по нему. «Да… Лололошка,… сделай это со мною»