Воссоединение

Алые капли крови сбегали по белоснежным ступеням зала. Гости замерли, с ужасом глядя на бездыханное тело, что обмякло возле мраморного горшка с молочными розами. Граф. Некогда граф Сентинел, в один миг лишился всего. Чести, бизнеса, а затем и жизни. Вся правда, что он таил в течении этих двух лет, наконец всплыла, подобно утопленику. Всплыла, дабы поглотить очередную жертву. В первом ряду, цепляясь за белесое платье стояла его новоявленная жена. Голубые глаза Джаз бегали со стороны в сторону, останавливаясь, то на убитом муже, то на лестнице, с которой он сорвался. Невольно девушка задрала голову и увидела молчаливую фигуру, с интересом наблюдающую за происходящими внизу событиями.             Словно зритель, заплативший большие деньги, за лучшее место на спектакле. Фигура выпрямилась во весь рост и мужские пальцы крепко ухватились за мраморные перилла. Сжимая их, казалось бы до хруста костей.       «Что произошло?», «Граф Сентинел упал с лестницы?!», «Как такое возможно?» — сотней голосов ропотала толпа зевак, пока фигура, сверху, медленно растворялась во тьме. Но не от взора Джаз. Девушка, обогнув мертвого мужа, хватаясь за полы платья, бросилась вверх по лестнице. Её сердце влекло туда. Поднявшись, Джаз увидела как тень, метнулась за угол и тут же последовала за ней. Она не слышала как ее окликали знакомые голоса. Странное чувство велело ей не упустить тень и Джаз бежала. Она не чувствовала как сломался каблук на одной из дорогих туфель. Как платье путалось в ногах. Сбросив останавливавшую ее ношу, она повернула за угол и замерла. Спиной к ней стояла статная мужская фигура. Его руки, покрытые белыми перчатками, впивались в перила, но куда слабее, чем тогда. Спина мужчины вздымалась в такт его, тяжелого дыхания. Он не поворачивался, хотя это было и не нужно. Парень прекрасно знал ту, что сейчас стояла у него за спиной. Знал раньше. Когда у него было другое имя и другая жизнь. Жизнь, которой он лишился. Мужчина медленно повернулся. Его лицо скрывала маска, в виде огромного красно-синего мотылька. Голубые глаза направились прямо на Джаз и девушка замерла, ощущая как груди свело от боли, переполнившей её сердце в тот миг.       — Я могу вам помочь? — спросил тихим, хрипящим голосом мужчина, наблюдая за тем, как Джаз, невольно сделала шаг назад и глянула через плечо, словно боясь, что их кто-то услышит.       — Это и правда ты? — столь же тихо спросила девушка, отводя за уши свои смолянистые кудри. — После стольких дней. После того письма о твоей смерти… Ты жив?! — глаза Джаз невольно вспыхнули и она сделала шаг ближе. — Но как такое возможно? Оптимус…       — Боюсь вы ошиблись, мисс — сухо перебил ее парень, шевеля своей рукой по воздуху. — Я граф. Граф Магнус. Такой же граф, как и ваш, нынче, покойный муж. — отсек парень, не замечая как Джаз сократила дистанцтю между ними. Девушка коснулась руки парня, но тот отдернул её, словно его собиралась укусить ядивитая змея. Джаз от этого действия лишь повела граза в пол. Ведь она прекрасно понимала, что предала того, кому когда-то клялась в верности до гроба. Но сейчас. Девушка подняла взгляд и остановила свою дрогнувшую ладонь. Отпрянув, Джаз схватилась за лицо руками и в свете звезд заблестели серебристая дробь женских слез.       — Ах, как же так, — шептала Джаз осипшим голосом, — ведь мои родители? Они были уверены, что ты мертв. А если и не мертв, то недостоин меня. Поэтому и выдали меня за Сентинела. Тем более, он оказал денежную помощь, хворавшей в тот миг матушке. Но никто не спросил у меня, хочу ли я этого брака или нет. А теперь. Теперь когда я свободна от оков и любовь моей жизни жива, мы не можем быть вместе. Что же теперь сдерживает нас?       — Нас? — спросил парень и его глаза вспыхнули, подобно голубому огню. — Нет никаких нас Джаз! Более нет и теперь уж и не будет. — Прошептал парень и двинулся к мраморной статуи льва, возвывшавшейся над цветущим позади коттеджа парком. — В тот день, когда тебя выдалр под венец, наши пути навсегда разошлись. И увы, уже никогда не сойдутся воедино. Ты теперь вдовствующая дева. А я… я тот, кто начал это колесо событий. — проговорил парень и достал с кармана увесистый перст с желтым бриллиантом, что отливал серебром в лунном свете. — Вот что погубило твоего мужа, а перед этим погубило и его приспешников. Желание наживы. Именно поэтому они и подставили меня. Для того, чтоб завладеть деньгами и кораблем. Чтоб опорочить мое имя и чтоб мой отец, дожил свою старость в нищите и умер от голода! Они разрушили мою жизнь. А я разрушил их. Нашел каждого из них, разрушил все то, к чему они стремились. Отобрал все. Такова была моя месть. — Завершил свою речь Оптимус, ощущая как взгляд Джаз изменился. Как ее глаза сузились, а полы платья напуганно зашуршали.       — То есть все это время ты мстил? — переспросила Джаз и сжала губы, понимая к чему клонит Оптимус. — И сегодня, ты завершил свой круг мести. Но какой ценой?       — Ценой всего прошлого. — ответил Оптимус, выдыхая с губ тихий клубочек пара. — И теперь, когда моя месть завершена. Я исчезну, подоьно тени, что ускользают под полуденными лучами солнца.       — И снова оставишь меня одну? * Джаз схватилась руками за его кофтан, слыша как жалобно заскрипела ткань от столь неожиданного рывка. — Я не для того боролась все эти годы, чтоб вот так потерять тебя. Отказывала Сентинелу в близости. Притворялась больной или усталой. Я все это время ждала тебя. Тебя и только тебя. Только тебе принадлежит мое сердце. И теперь, когда твой круг мести завершен, — девушка властно впилась в губы Оптимуса и отпрянула лишь тогда, когда ощутила, как руки парня обвились вокруг ее спины и он, властно притянул ее к себе, — я хочу, снова стать частью тебя. Быть с тобой. И только тобой. И не важно где, я буду разделять с тобой все. И горе и радость. — Джаз прислушалась, оборвав свою речь. Она услышала приближающиеся шаги. Ее сердце дрогнуло в груди. Но в этот миг, Оптимус, схватил ее за руку.       — Если то, что ты говоришь правда, то докажи мне это. Готова ли ты последовать со мной, даже зная, что мы возмодно не вернемся? Все, что ты так знала и ценила останется позади. И впереди нас могут ждать лишь трудности. - Парерь держал Джаз за руки и чувствовал тепло ее ладоней. Словно он снова оказался с ней, в вишневой роще. Год назад. И не было не тюрьмы, не кровавой расплаты за боль причиненую им обоим. Джаз шагнула вперед и ловко обовала с себя остатки некогда шикарного платья. Босые ноги уверенно ступили по плитке и Джаз, последовала за Оптимусом, ао балконам, а затем в лес, где, у дерева стояла одинокая лошаденка. Услышав шаги животное вскинуло голову и дернуло ушами, наблюдая за прибывшим хозяином. Да еще с девушкой. Оптимус посадил Джаз на лошадь и забравшись следом, тронул бока вороного коня. Животное встало на дыбы, а затем, рвануло вперед, ощущая знакомую крепкую руку своего седока. Джаз же прижалась головой к груди Оптимуса, ощущая как седце парня стучит в груди. Как ее собственное сердце отзывалось на его зов. Все страхи, вся боль разом покинула тело Джаз. Не чувствовала она даже усталость от бессоных ночей. Ведь Оптимус наконец был с ней. Наконец она не была замужем за нелюбимым человеком. И уж тем более не была обязана родить от такого брака ребенка. Одна беда, ее родители, но Джаз не хотела возвращаться, ведь вновь боялась лишиться Оптимуса. Как тогда, когда его обвинили в убийстве, что он не совершал. Обвинили, не став даже разбираться в происходящем. И девушка тогда проклинала себя за то, что в этот день не позвала Оптимуса с собой, к родителям. Ведь тогда, парня бы не оклеветали. Но, что произошло, уже не вернуть. И Джаз зная это лишь плотнее прежалась к груди, вновь обретенного возлюбленного.