Ошибочка

      Стопочка вермута - идеальный аперитив, а если добавить белоснежную посуду на чёрной скатерти, свечи, мерцающие подвески люстры и блестящие глаза напротив, то мечтать остаётся только о еде. Лёгкие закуски, салат и истекающий соком ломоть запеченного мяса - рай для языка и души. Окна приоткрыты, занавески покачивает тёплый ветер, и, вопреки опасениям, не чувствуется ни дыма, ни запаха гари.       Брок ощущал себя на седьмом небе, не сдерживаясь в выражении эмоций. - На тридцать лет Драко подарил мне домовушку. Мой эльф, конечно, очень старается, но кулинария - не его сильная сторона. А Пинни - просто богиня кухни, но до сих пор так стесняется и скромничает, что мы общаемся через Кричера. Ну и вообще, вдвоём они тут развернулись. - А давно вы дружите? - О, это длинная история! - Мне кажется, что для длинной истории сейчас созданы все условия. - Он предлагал мне дружбу в самом начале нашего знакомства. Я тогда был знаменитостью, и многие хотели завязать отношения... - Был? - усомнился Брок и получил в ответ хитрую улыбку. - Но мне к тому времени уже немного промыли мозги про хорошие и плохие факультеты, правильные и неправильные семьи, и я его послал. Политика тогдашнего директора школы основывалась на принципе "Divide et impera", и у нас просто не было шансов даже присмотреться друг к другу. Плюс спортивное соперничество... Потом всё усложнила война. Его родители снова открыто поддержали ту мразь, что убила моих родителей и хотела убить меня...       Брок с чувством глотнул бренди. -... Много всего было. Но Драко не стал убийцей. Я спас его, а его мать не сдала меня. Потом мы несколько лет не виделись, пересеклись случайно и разговорились. Язык у него оказался острым, а сам он - совсем не тупеньким сынком богатых родителей. Мы очень разные, но нам пришлось рано повзрослеть и многое переоценить. - Хождение по краю учит радоваться даже самому простому. - Да, это верно... Но когда ты из сиротского чулана под лестницей попадаешь в казённое заведение, а там тебе и читать толком некогда, научиться ценить кусок мяса и кружку пива нетрудно. Вот научиться ценить что-то сложное, о существовании которого ты даже не подозреваешь... - Невозможно. - Да. Мир разнообразен. Нравится нам или нет, но существует множество мест, где по-прежнему встречают по одёжке и по способности отличать купаж от ассамбляжа. - Надеюсь, "чулан под лестницей" - это гипербола? - Нет. Это факт биографии. Но я не жалуюсь, тепличные условия детства не дали бы мне шансов дожить даже до семнадцати. - Он подтягивает тебя к своему классу? - Официально у нас нет классов и каст. - Официально они только в Индии есть, - понятливо ухмыльнулся Брок. - Магия, точнее, твоё владение ей - самый мощный социальный лифт мира волшебников. Но и двадцать восемь священных родов никуда не делись, и недооценивать их влияние на общество - глупо. Если бы я был просто одарённым мальчиком с рабочей окраины, с меня бы и спроса особого не было. Но моя родословная - Гарри насмешливо выделил это слово - начинается от легендарного колдуна, и шепотки про деградацию молодёжи и качение мира не туда уже подзаебали. С одной стороны - мне наплевать, тем более это все только за спиной, но ты просто не представляешь, насколько легче жить и работать, когда не нужно биться лбом в закрытые высокие двери. - Я как раз представляю. У меня перед глазами отличный пример усложнения своей жизни. А иногда надо прогнуться совсем чуть-чуть... - Нестандартным всегда сложно. Но такие, как он, тоже нужны. Для веры во всё лучшее. - Ну да... Кстати, и правда, только в спину? А пресса не достаёт? - У нас, вообще-то, разрешены дуэли. - Ого! Мне такое нельзя, я бы со своим языком с них не вылезал! - Твой язык можно использовать более эффективно, чем пустой треп с недоумками.       Оба рассмеялась, а Брок салютнул снифтером: - Не соскакивай. - Конечно, любой волшебник может вызвать любого волшебника. Но победа над журналистом не принесёт мне славы, а боевые маги обычно поумнее писак, и разговаривают со мной исключительно культурно. - То есть ты очень крут? - Да, - ответил Гарри безо всякого жеманства. - Драко слышал разговоры, что попозже, если продолжу в том же духе, могу стать министром магии, это аналог вашего президента. И из тех, и из этих, воспитанник этого, победитель того, свежая кровь, древние традиции... Или наоборот. Но я пока не знаю. Может, к старости мне и захочется интриг и бумаг, а пока гораздо интереснее гоняться за полудурками! - О, да! Я и сам не представляю себя на кабинетной должности! Ты мне сегодня устроил выходной, так я к вечеру чуть на стену не лез.       Они понимающе переглянулись. - Кстати, хотелось бы лично оценить прогиб твоей спины. Или это только для Фьюри? - Он пидорас, а не гомосексуалист, - фыркнул Брок. - Так что все лучшее достанется тебе. - Я уже говорил - я практик, а не теоретик. - Я тоже.       И они снова одновременно улыбнулись, а потом смотрели друг на друга, не отрываясь, неторопливо смакуя последний глоток дижестива и предвкушая будущее удовольствие. Следующие минут двадцать Брок со всем энтузиазмом демонстрировал, что он - просто идеальный подчинённый. И поясница гибкая, и глотка глубокая, и язык длинный. За все умения и старательные подмахивания его назвали "хорошим мальчиком", одобрительно похлопали членом по губам и обкончали лицо, и в полном удовлетворении они попадали на подушки. - Отправишь меня домой? - А ты хочешь? - спросили его сквозь зевок. - Я хочу остаться. А чего хочешь ты? - Я хочу, чтобы ночью кто-то сопел бы мне в шею. Но если этот кто-то будет храпеть, я его лягну. Больно. - Спи, у вас уже ночь, - усмехнулся Брок. - Я чуток потуплю в телефоне и тоже лягу.       Гарри тут же повернулся на правый бок и закрыл глаза. Брок отодвинул длинные пряди с шеи и плеча наверх, на подушку, и поцеловал за ухом. Щека чуть дрогнула в улыбке, и почти сразу дыхание замедлилось.       "Выключается, почти как Зимний."       За телефоном пришлось встать, а раз встал, заодно и умыться, чтобы не стягивало кожу. Брок поставил подушки повыше и сел рядом со сладко спящим любовником. Почитал новости, проверил почту и зашёл в чат Страйка, кишащий изумленными и рыдающими смайлами. Пришлось изрядно отмотать назад, чтобы найти источник кипежа. Оказывается, шустрый, мелкий, а потому малозаметный на подземной парковке Рамирес срисовал, как командир ушел со службы с загадочным лицом и в парадной форме. Не иначе, как получать медаль, или даже орден, и наверняка, от президента. И как бы не вышло так, что вашингтонские пузатые генералы захотят оставить себе такого красивого дяденьку. "А-а-ай, да на кого ты нас покида-а-аешь!", и все в таком духе. Брок беззвучно поржал и вставил свои десять центов: "Даже не надейтесь так легко от меня избавиться 😎". Улегся рядом, повторяя позу, обнял, уткнулся носом в шею для качественного сопения и тоже заснул.