План развития великого бога / План становления великой звезды

Глава 24 Тройной раскол Дуань Ханьчжи, погрузившись в тёплую ароматную воду, наслаждался роскошной ванной с функцией СПА. Он даже позволил себе задремать, убаюканный мягким журчанием пузырьков, прежде чем неохотно выбрался наружу. Накинув белоснежную японскую юкату, он небрежно запахнул её, обнажив изящные ключицы и бледную кожу. Его выточенное в стерильных залах элитных фитнес-клубов с очищенным воздухом тело не знало солнца. О загаре, серфинге или выживании в дикой природе, так любимых Вэй Хуном, Дуань Ханьчжи даже не думал. Короткий путь от квартиры до парковки, всего двадцать метров, он преодолевал под зонтом, который заботливо держал над ним Вэй Хун. Дуань Ханьчжи был холоден, как ледяная статуя. Казалось, стоит солнечному лучу коснуться его кожи, и он растает, исчезнув без следа, у ворот парковки. Вытирая волосы белоснежным полотенцем, он лениво повернул ручку двери и бросил в пустоту номера: — Гуань Фэн! Твоя очередь! Ответом была тишина. Ни звука, ни шороха, ни малейшего намёка на присутствие другого человека. Дуань Ханьчжи с досадой пнул дверь и, важно вышагивая, вошёл в комнату: — Господин Гуань, ты что, в последний момент струсил и сбежал? Такой слабак? Берегись, завтра же раструблю папарацци, что у тебя проблемы с… — Он осёкся. Выражая полное недоумение его лисьи глаза с приподнятыми уголками невинно заморгали. На краю кровати сидел Гуань Фэн, его лицо было холоднее зимнего льда. Напротив расположился самоуверенный, с ослепительной улыбкой Луи. На нём была элегантная серая, расстёгнутая почти до последней пуговицы рубашка, открывая взгляду идеально очерченный пресс. Тёмные джинсы сидели низко, едва прикрывая бёдра, а загорелая кожа отливала тёплым бронзовым оттенком. Его аура была притягательной, как у модели на упаковке презервативов Durex. Но главное было не в этом. Гуань Фэн пристально смотрел на Луи. Каждое слово он произнёс медленно, с убийственной чёткостью: — Ты. Как. Здесь. Оказался? Луи расплылся в ещё более широкой улыбке: — А почему бы мне здесь не быть? Я же говорил, господин Гуань, гонорары за рекламу, сделки, негласные правила игры … Всё, что угодно, когда угодно, как угодно. Я предан тебе всем сердцем и телом, готов отдать всё, что пожелаешь. Разве я не говорил этого раньше? Взгляд Гуань Фэна, если бы он мог материализоваться, стал бы кинжалом. — Давай сделаем это, — Луи с энтузиазмом потянулся к ремню. — С того самого момента, как я увидел тебя за кулисами миланского показа мод, я мечтал оказаться с тобой в постели. — Как ты раздобыл ключ-карту от этого номера? — Это неважно, дорогой… — Это важно. Луи протянул руку, пытаясь коснуться бледной кожи Гуань Фэна, но тот резко уклонился. — Важно не то, как я оказался здесь и сел на твою кровать, — продолжил Луи, глядя на него с обожанием. — Важно, как мы проведём эту ночь. Как ты хочешь развлечься? Гуань Фэн вскочил, отступил назад, схватил пиджак с изголовья кровати и потянулся к телефону, чтобы вызвать полицию. Луи в два шага оказался рядом, перехватил его руку и отключил звонок. При этом последняя пуговица его рубашки отлетела, обнажив ещё более впечатляющий вид на рельефный пресс. Он явно выставлял своё тело напоказ: — Ты правда хочешь, чтобы полиция и пресса узнали, что ты снял номер для встречи с двумя мужчинами? Гуань Фэн ледяным тоном поправил: — С одним. А теперь вали отсюда. — Я настолько тебе не нравлюсь? — Луи разочарованно развёл руками. — Вали, или твой модельный контракт будет расторгнут. — Почему? — Луи выглядел искренне озадаченным. — Разве у тебя были любовники лучше меня? Моя внешность, образование, фигура, известность… Этого недостаточно, чтобы провести с тобой одну ночь? Ну же, дорогой, всего одну ночь! Гуань Фэн потерял терпение. Швырнув телефон на кровать, он схватил Луи за подбородок с такой силой, что на руке вздулись вены, и прошипел: — Ты слишком зелёный, сопляк. В твоём возрасте я уже получил два магистерских диплома, а не бакалаврских, как ты. Твоя известность, это моя заслуга. Я сделал тебя звездой, и я же могу загнать тебя в такую дыру, что ты будешь подрабатывать в ночном клубе мальчиком по вызову. А что до внешности и фигуры, мне приятнее смотреться в зеркало, чем на тебя! Он оттолкнул Луи, выдернул из кармана платок и с омерзением протёр пальцы, которыми коснулся его подбородка. Луи, не сдаваясь, пожал плечами: — Дорогой, ну же, я хорош в постели, не хочешь попробовать? — Пошёл вон, — бросил Гуань Фэн с презрением. — Лучше тебя я и сам справлюсь. *** Вэй Хун ворвался к двери номера 2014. Убедившись, что это нужная комната, он заметил красный сигнал «Не беспокоить». Эти слова укололи его, вонзившись в сердце брошенной собаки. В груди вспыхнул обжигающий и неудержимый пожар ревности. Он огляделся в поисках чего-нибудь тяжёлого, чтобы выломать дверь. В карманах нашлись лишь ключи от машины, швейцарский нож да кошелёк с визитницей. Единственным предметом, способным устроить громкий скандал, была бы его статуэтка с церемонии награждения, но, увы, она осталась внизу. Вэй Хун уже собрался вернуться за статуэткой, чтобы использовать её как таран, возможно, став первым применившим награду подобным образом лауреатом. Но, сделав пару шагов, он остановился. А что, если за эти пару минут Дуань Ханьчжи и его любовник уже окажутся в постели? С мрачной решимостью Вэй Хун развернулся, готовый колотить в дверь голыми кулаками. Но в этот момент за его спиной послышался стук каблуков. Он обернулся и встретился взглядом с Гуань Жуй. Оба опешили. — …2014? — уточнила она. — 2014, — подтвердил Вэй Хун. В этот миг их захлестнула буря эмоций. Вэй Хун кипел от ярости, его мысли метались, как пойманный зверь: Так вот оно что! Дуань Ханьчжи снял номер, чтобы уединиться с Гуань Жуй? Он что, не различает мужчин и женщин? Или затеял тройничок с сестрой и братом Гуань? Есть ли в мире человек бесстыднее этого?! Гуань Жуй тоже была на грани. Что задумал брат Фэн? Его ассистент и ассистент Дуань Ханьчжи сняли номер для какой-то встречи, а теперь ещё и Вэй Хун здесь? Что за грязные игры затеяли эти геи?! — Слушай… — начали они хором и тут же осеклись. Их лица то бледнели, то зеленели. — Ладно, говори ты, — процедил Вэй Хун сквозь зубы. — Нет, лучше ты, — отрезала Гуань Жуй. — Давай ты, леди вперёд. — Леди говорит, что ты первый, значит ты первый. Лучший актёр года в жанре идол-драм и самая влиятельная женщина в шоу-бизнесе стояли перед дверью номера 2014, глядя друг на друга так, будто их заставили делить стол в дешёвой забегаловке. Если бы эту сцену сняли, заголовок «Адская битва» был бы идеальным. Но тут из глубины коридора донёсся удивлённый, знакомый до дрожи голос: — Сестра? Гуань Жуй и Вэй Хун одновременно обернулись. Гуань Цзинчжо стоял в нескольких шагах, его лицо выражало полное смятение. Он смотрел то на сестру, то на своего соперника, стоявших у двери номера. — Вы… что вы тут делаете?! Гуань Жуй поймала его удивлённый взгляд и, помедлив, произнесла: — Цзинчжо… всё не так, как ты думаешь… Гуань Цзинчжо пошатнулся: — А как я думаю? Гуань Жуй прикрыла лицо ладонью, не в силах подобрать слова. Ситуация была слишком запутанной, чтобы выразить её парой фраз. Что сказать? Я пришла шпионить за ассистентом твоего брата, чтобы выяснить, что они затевают? Это звучало бы безумно. Гуань Цзинчжо смотрел на Вэй Хуна с ещё большим смятением. Он был уверен, что Дуань Ханьчжи ждёт Вэй Хуна в номере 2014. Но теперь перед ним стояли Вэй Хун и его сестра, оба явно намереваясь войти в эту же комнату. Что за игра? Неужели его соперник отказался от Дуань Ханьчжи ради его сестры?! Вэй Хун решил встретить абсурдную реальность лицом к лицу: — Вы оба… Вы оба здесь ради Дуань Ханьчжи?! Вы втроём сняли номер?! — Оба… оба что? — растерянно переспросил Гуань Цзиньжо. — Оба… — Оба что?! Вэй Хун онемел. Для простого и честного «верного пса» Вэя эта ситуация была слишком дикой. Наконец, он выдавил единственное слово, способное выразить его ярость: — Бесстыдники! — Я бесстыдник?! — взвился Гуань Цзинчжо, его лицо побагровело. — Это ты смеешь обвинять меня? Да кто ты такой вообще? Проваливай отсюда! Вэй Хун окончательно потерял контроль: — Лучше посмотри на себя в зеркало, прежде чем указывать другим! Ты опоздал, старик! Ты в прошлом! У тебя нет шансов! Он теперь мой, так что вали туда, где попрохладнее! — Твоя?! — Гуань Цзинчжо чуть не хватил удар. Его сердце заколотилось, давление подскочило, а взгляд заметался между Вэй Хуном и Гуань Жуй. — Твоя? Твоя?! — Да, мой! Будь мужиком, развернись и вали, хватит цепляться за него, как ребёнок за мамкину юбку! Гуань Цзинчжо задрожал, его лицо позеленело, казалось всё, что он съел на банкете, готово было вырваться наружу: — Я… я не верю… Вэй Хун твёрдо стоял на своём: — Хватит прятаться от правды, брат. Ты взрослый человек. Не веришь? Спроси у него сам, что он тебе скажет. Гуань Цзинчжо в отчаянии повернулся к сестре: — Сестра? Гуань Жуй решительно возразила: — Это не то, что ты думаешь! — Но… — Он запнулся, не в силах вымолвить: Ты хочешь, чтобы я называл своего соперника зятем?! — Это не то, что ты думаешь! — Тогда…что? — Я не за этим сюда пришла! — почти выкрикнула Гуань Жуй. — Я… я… Как обычно бывает в этом мире, стоит подумать, что хуже уже некуда, как жизнь с ехидной ухмылкой подбрасывает новый сюрприз: Держи, ещё хуже! Пока Гуань Жуй отчаянно искала слова, чтобы объясниться с младшим братом, из глубины коридора раздался ещё один женский, полный удивления голос: — Цзинчжо? Сестра Гуань Жуй? Что вы тут делаете? Гуань Жуй бросила взгляд поверх плеча брата. В нескольких шагах стояла Юй Чжэнь, на шее которой сверкало роскошное сапфировое ожерелье. Её лицо ещё хранило следы довольной улыбки, но удивление стремительно брало верх. И это был ещё не пик безумия. Когда Гуань Цзинчжо заговорил снова, Гуань Жуй внезапно захотелось с разбегу врезаться головой в дверь номера 2014. С мрачной решимостью он указал на Вэй Хуна и, чеканя каждое слово, произнёс: — Я не приму такого зятя. Либо он, либо я, сестра. Выбирай. Юй Чжэнь покачала головой, не веря своим ушам. Её взгляд метнулся к элегантной, ослепительно красивой женщине Гуань Жуй, чьё прошлое омрачали слухи о связи с собственным братом, а затем к Гуань Цзинчжо, который только что тайком пробрался на второй этаж отеля. — Вы… вы… — Юй Чжэнь попыталась взять себя в руки, но её голос дрожал от потрясения. *** Тем временем за дверью номера 2014, несмотря на хвалёную звукоизоляцию, комната была пропитана трагизмом и абсурдом, как сцена из сюрреалистичного триллера. Указывая на дверь, Гуань Фэн рявкнул на Луи: — Вон отсюда! — И тут же повернулся к Дуань Ханьчжи: — А ты заткнись! Дуань Ханьчжи разразился хохотом, от которого его тело сотрясалось, а идеально ухоженные ногти впились в стену: — Ха-ха-ха, это умора! Господин Гуань, тебя домогаются! Тебя домогаются, ха-ха-ха! Луи, разведя руками с невинным видом, произнёс: — Окей, господин Гуань, успокойся. Почему ты готов разделить постель с этим хохочущим безо всякого достоинства типом, но отвергаешь моё предложение? Я же приглашал тебя не раз… Двадцать, двадцать один? Чем я хуже твоего сегодняшнего спутника? — Пусть он сейчас выглядит как клоун, но он всё-таки один из самых известных режиссёров Китая! — не сдержавшись выпалил Гуань Фэн. Но, осознав свои слова, понял, что сказал лишнее. Дуань Ханьчжи, только что унявший смех, едва не взорвался новой волной хохота: — О, Господин Гуань, ты наконец-то признал! Ты признал моё место в режиссёрском мире! Кто там говорил: Фильмы Дуань Ханьчжи это мусор, коммерция, мыло и большие бюджеты, я даже смотреть не буду? Завидовал, да? Наконец-то показал свои истинные чувства! — Я до сих пор не смотрю твои фильмы! — огрызнулся Гуань Фэн. — И никогда не буду! И шампанское, которое ты рекламируешь, я больше в жизни не выпью! — Серьёзно? Ты пил это шампанское? Надо было раньше сказать, я бы договорился о скидке. Не теряя серьёзности, Луи спросил: — А мне тоже можно скидку? — Договорились, — Дуань Ханьчжи дружески хлопнул его по плечу. — За то, что ты заставил Гуаня попотеть. — Он повернулся к Гуань Фэну: — Оставь его для тройничка, серьёзно. Парень так влюблён в тебя, даже мне его жалко. Ну что такого, одна ночь? Ты что, боящаяся первого клиента невинная девица? Гуань Фэн так сжал телефон, что треснула крышка с громким щелчком. — Давай сделаем это, — снова предложил Луи, глядя на него с искренней мольбой. Три секунды спустя Гуань Фэн схватил Луи за шею с такой силой, что тот, несмотря на молодость и крепкое телосложение, не смог сопротивляться. Таща его к двери, Гуань Фэн не обращал внимания ни на отчаянные попытки Луи вырваться, ни на язвительные насмешки Дуань Ханьчжи. — Если уж делать, то я буду сверху, а не ты! Не думай, что я не вижу твоих фантазий! — рявкнул он, распахивая дверь номера 2014. С холодной беспощадностью он пнул Луи в грудь, отчего тот отлетел назад. — Вон! И чтобы до утра я тебя не видел! Луи врезался во что-то позади себя и, споткнувшись, остановился. Гуань Фэн застыл в дверном проёме. Перед ним стояли Гуань Жуй, Вэй Хун, Гуань Цзинчжо и Юй Чжэнь. Их шокированные взгляды скользнули по Гуань Фэну, в расстёгнутой белой рубашке, с болтающимся на бёдрах ремнём, а затем переместились на Дуань Ханьчжи, который стоял позади в одной юкате, явно только что из душа. Никто не шевельнулся. Никто не проронил ни слова. Если бы эту сцену запечатлели и дали ей название, «Адская битва» уже не подошла бы. Лучше бы подошло «Смерть идёт». *** Перевод команды Golden Chrysanthemum