План развития великого бога / План становления великой звезды

Глава 48 Переходный этап Дуань Ханьчжи вышел из VIP-терминала в сопровождении. Впереди шагала улыбчивая стюардесса, за ней следовали водитель с сумкой, два охранника с тележкой для багажа и несколько нагруженных зонтами, телефонами, журналами и документами ассистентов. Шествие выглядело внушительно. На режиссёре Дуане были скрывавшие половину лица тёмные солнцезащитные очки, а его точёный нос блестел под светом ламп. Перед выходом из самолёта ассистент аккуратно припудрил ему лицо, чтобы под вспышками камер он не выглядел уставшим. Иначе завтрашние таблоиды запестрели бы заголовками вроде «Зомби на прогулке: Дуань Ханьчжи возвращается». — Вышел! Вышел! — раздался чей-то возглас. Как упавшая в кипящее масло искра толпа взорвалась. Часами ожидавшие у выхода журналисты ринулись вперёд, не щадя ни себя, ни друг друга. Вспышки камер защёлкали, как рой разъярённых пчёл, заглушая всё вокруг. Лицо режиссёра Дуаня, точнее, его видимая часть, оставалось холодным и непроницаемым. Напряжённые до предела сотрудники аэропорта бросились сдерживать толпу. Охранники Дуаня Ханьчжи с решительностью прокладывали ему путь сквозь людское море. — Господин Дуань, что скажете о судебном иске в США за вождение в нетрезвом виде? — Каковы ваши впечатления от инцидента? — Как ваше здоровье? Есть ли осложнения? Повлияют ли они на ваши планы? — Снимется ли ваш новый блокбастер по расписанию? Режиссёр Дуань, не меняя выражения лица и не снимая очков, продолжил идти. Сотрудники аэропорта изо всех сил сдерживали натиск журналистов, выкрикивая: — Дайте пройти! Соблюдайте порядок! Это долг каждого гражданина! — Шутите? Мы ждали несколько часов! — возмутились репортёры. — Когда будет пресс-конференция? — Фотографируйте, быстро! Все ракурсы! Один журналист, протиснувшись сквозь толпу, сунул микрофон чуть ли не в лицо Дуаню Ханьчжи, едва не задев его: — Господин Дуань! Пока вы были в больнице, китайские СМИ бурно обсуждали слухи о вас и актёре Вэй Хуне. Подтвердите или опровергнете их? Как относитесь к этим сплетням? Дуань Ханьчжи не сбавлял шага, и к последнему слову вопроса он уже почти достиг выхода. Но вдруг остановился. Его сопровождавшие остановились следом. Журналисты затаили дыхание, предчувствуя сенсацию. Режиссёр Дуань медленно повернулся, снял очки и окинул спрашивающего внимательным взглядом. — «Наньду Энтертейнмент»? — уточнил он, прищурившись. Журналист рефлекторно взглянул на свой бейдж. — Как и ожидалось, мелкая газетёнка, гоняющаяся за дешёвыми сенсациями, — уголки губ Дуаня Ханьчжи дрогнули в едва заметной усмешке. Репортёр покраснел от возмущения: — Как вы смеете так говорить? Мой вопрос волнует многих коллег! Что касается слухов… Дуань Ханьчжи перебил его ледяным тоном: — И что, если это правда? На мгновение повисла мёртвая тишина. Режиссёр надел очки и, не оглядываясь, покинул терминал. У выхода его ждал потрёпанный «Ленд Ровер». Вэй Хун нервно разглядывал себя в боковом зеркале, проверяя, всё ли в порядке: уложенные воском волосы торчали ровно так, чтобы подчеркнуть мужественность; чёрный приталенный пиджак и джинсы соответствовали последним трендам; дыхание было свежим, без малейшего намёка на запах. Удовлетворённый, он откашлялся и принял небрежную на первый взгляд позу, но тщательно выверенную. Эта поза была результатом получасовых экспериментов перед зеркалом. Вэй Хун решил, что она идеально отражает его стиль, харизму и ауру «настоящего мачо». Уверенно кашлянув ещё раз, он взглянул на двери аэропорта. Толпа расступилась, и окружённая охраной, группа режиссёра вышла наружу. Остальных задержала линия безопасности. Дуань Ханьчжи окинул окрестности взглядом. Вэй Хун, сияя энтузиазмом, поднял руку и энергично замахал. Мужчина остановился, затем, не меняя бесстрастного выражения лица, направился к нему. Сердце Вэй Хуна бешено заколотилось. Каждый шаг Дуаня Ханьчжи отдавался в его груди, будто наступал на самый кончик его трепетного сердца. Внутри он ревел, дрожал, чуть не плакал от восторга. Маска крутого парня рухнула. Идеально выверенная поза рассыпалась. Из-за спины, точно по волшебству, выскочил воображаемый пушистый хвост, радостно задравшийся кверху и неистово виляющий. Под лучами «рентгена» по имени Дуань Ханьчжи вся личина Вэй Хуна испарилась. Перед «зеркалом, выявляющим демонов», он стремительно утратил человеческий облик, превратившись в восторженного пса. — Вау! — воскликнул он, бросившись к Дуаню Ханьчжи. Вэй Хун кружился вокруг, виляя хвостом, чуть ли не приплясывая от счастья, как щенок, не видевший своей косточки три дня. Дуань Ханьчжи бросил короткое: — Смирно. Юноша мгновенно вытянулся по стойке смирно, выпрямив спину и глядя прямо на мужчину. Дуань Ханьчжи кивнул: — Проводи к машине. Расплывшись в угодливой улыбке, Вэй Хун с почтением принял багаж, ноутбук, рюкзак, документы и всякую мелочь. Он аккуратно разместил всё в машине, отступил от двери и, едва сдерживая восторг, произнёс: — Прошу, режиссёр Дуань, в машину. Дуань Ханьчжи закатил глаза: — Нога болит, не могу забраться. Вэй, не раздумывая, подхватил Дуаня Ханьчжи на руки в «принцессином» стиле и усадил на пассажирское сиденье, после чего наклонился, чтобы пристегнуть ремень безопасности. Дуань Ханьчжи опешил: — Ты что творишь? Прямо днём, на дороге?! Юноша, продолжая вилять своим хвостом, смотрел на него умоляющим, полным щенячьей преданности взглядом: — Уууу! Дуань Ханьчжи отвесил ему лёгкий подзатыльник, от которого Вэй Хун завертелся: — Скулишь, как щенок! Днём течка началась? Еды захотел? Давай за руль, у меня права отобрали! Вэй Хун, потирая голову, жалобно пробормотал: — Ханьчжи, ты совсем по мне не соскучился… — Соскучился по твоей сестре! — фыркнул мужчина, закинув ноги на приборную панель и развалившись в кресле. — Двенадцать часов в самолёте, я злой, как чёрт, так что веди себя прилично! Ну, чего ждёшь? Поехали, вези меня расслабляться! *** Перевод команды Golden Chrysanthemum