Тишина вакуума

      Станция «Кромка-17» дрейфовала на задворках звёздной карты. Тёмные коридоры, заиндевевшие трубопроводы, частые перебои света. Датчики на искорёженных панелях моргали красным: уровень кислорода стремительно падал, теплоизоляция отключалась целыми блоками, реактор выжимал последнее. За прозрачным, треснутым иллюминатором — густое поле звёзд.       Гарри, в разорванном — спасибо заваленному хламом коридору — любимом костюме пилота, с ободранными костяшками на правой руке, присел перед панелью, отвечающей за подачу воздуха, хмурясь и пытаясь понять, как тут всё починить, ведь умирать совсем не хотелось. Клан Поттеров славился своими разведчиками и картографами: слишком честные, правильные и всегда готовые прийти на помощь. Гарри очутился на этой станции потому, что его корабль засёк сигнал бедствия, посланный с «Кромки-17», и он, дурак, не смог не откликнуться.       — Осторожней, Картограф. Если оборвёшь вон тот контакт или перекинешь мощность на левый контур, то медленное удушение — меньшее, что нам грозит, — произнёс кто-то за спиной, и Поттер мгновенно узнал этот голос.       Гарри резко подскочил, оборачиваясь, отчего его повело, и он задел торчащий кусок металла из обшивки коридора. Плечо окрасилось в алый.       Перед ним стоял Драко Малфой. Белые, словно заиндевевшие, волосы мужчины тускло блестели в свете аварийных ламп; тонкая, но прекрасно защищающая от повреждений и скачков температуры куртка украшена эмблемой клана Драконьих Верфей — звёздолёт с пернатыми крыльями. Малфой выглядел так, словно собрался на съёмки для очередной обложки «Космополитена», а не стоял на борту попавшей в смертельную мясорубку из пояса астероидов умирающей станции.       — Вор, — Гарри презрительно скривил губы, стараясь скрыть своё удивление. — Ты здесь, чтобы добить станцию и забрать «железо»?       — Не угадал, Потти, — хмыкнул Драко, не сводя пристального взгляда с бледного лица Гарри. — Я здесь, чтобы протянуть ещё пару часов, наслаждаясь таким даром вселенной, как воздух, а потом свалить отсюда к звёздной бабушке. — Драко обогнул Поттера, переступил через моток кабелей и приблизился к щитку. — Итак… Что мы знаем: реактор умирает, два сектора станции уже разгерметизированы, шлюзы местами заклинило, аварийный маяк, что мы имеем счастье слышать, работает только внутри, так как станция связи, а с ней и подпространственная связь, уничтожена астероидами. Зов успели поймать только мы с тобой, а значит, и помощи ждать неоткуда. Экипаж мёртв, мой корабль — в хламину, и, насколько я могу судить, твой тоже. Поправь, если я что-то упустил.       — «Мы»? — чуть заторможенно переспросил Гарри.       — Ты серьёзно только это из моих слов уловил? — Драко скосил глаза на Поттера. В них читалась неприкрытая насмешка и неожиданная нежность. — На задворках вселенной, Поттер, «мы» всегда выгодней и лучше, чем эти раздельные «ты» и «я», — голос Малфоя вдруг сел, превратившись в хриплый шепот. Он улыбнулся и опустился на колено, обращая всё своё внимание на панель, регулирующую подачу воздуха. Его пальцы запорхали по ней, работая быстро и точно. — Так, ты снял ограничитель с клапана. Да-да, это умно, Поттер. Но даже с этим у нас, по самым смелым подсчётам, воздуха на четыре часа. Включая время на споры, конечно же.       Гарри закусил губу и ненадолго задумался. То, что Малфой разбирался в починке лучше него, не требовало доказательств, но всё равно было немного обидно, что если кто и сможет вытащить их из задницы, то это Драко. Впрочем, выхода из этого дерьма Гарри упорно не видел.       Вздохнув, он опустился на колено поближе к Малфою, чтобы посмотреть и проконтролировать его действия с панелью. Присев рядом, Поттер почувствовал, как его плечо коснулось плеча Драко, посылая по телу электрический импульс, от которого перехватывало дыхание, смешанный с дёргающей болью из свежей раны.       — Вижу, твой клан всё ещё учит детей разбирать чужие станции с закрытыми глазами, — проворчал Гарри, чтобы как-то избавиться от нахлынувшей неловкости.       — А ваш — лезть туда, куда не просят, — спокойно ответил Драко. — Как насчёт перемирия, пока эта станция не развалилась?       — До этого осталось недолго, — Гарри криво усмехнулся. Осознавать, что скоро ты умрёшь, оказалось не так-то и просто, хоть к этому с младенчества готовился каждый из капитанов звёздолётов, как он.       — Тем лучше, — ровно ответил Малфой, не оборачиваясь и продолжая ковыряться в панели.       Между ними повисла напряжённая тишина, заполненная лишь звуком бесполезного маяка, подающего сигнал бедствия по станции, и редким скрежетом металла, оповещающим о том, что новый отсек заперт и разгерметизирован.       — Я пришёл не за «железом», — вдруг вновь подал голос Драко, убирая руки от панели. Гарри заметил, как у того дрожали пальцы. — Я пришёл сюда за тобой.       — Хм… — Поттер, застигнутый врасплох этим признанием, хмыкнул, кашлянул, но ответ так и не пришёл на ум. Сердце его колотилось, отбивая совершенно новый и стремительный ритм о рёбра, дыхание едва удавалось удерживать в норме, чтобы не начать задыхаться от нахлынувших эмоций, а щёки горели от румянца. Он ослышался, или Драко Малфой сейчас признался ему в… любви? Иначе зачем бы он ещё отправился на гибнущую станцию за своим самым лютым врагом?       — Портишь момент, Поттер. Как всегда, — горько прошептал Драко, а потом преувеличенно спокойно добавил: — Дай ключ на три для внутренних схем.       Гарри растерянно залез в поясную сумку, вшитую в костюм, и выудил требуемое, передавая Драко. Пальцы Малфоя вновь запорхали над панелью, приводя в порядок контуры — те из них, что ещё подлежали восстановлению.       Громкий металлический скрежет, раздавшийся совсем поблизости, заставил их подскочить от неожиданности. Поттер невольно шагнул ближе к Драко, готовый прикрыть того собой от любой опасности. Но секунда тянулась за секундой, а ничего не происходило. Малфой выдохнул первым, покосившись на стоящего чрезмерно близко Поттера, и вернулся к работе. Ещё через пару минут он наконец оторвался от своего занятия.       — Починил экран, так что сможем посмотреть заблокированные секторы. А также те, которые ещё прогреваются. Отключим ненужное и выиграем время, — Малфой ткнул Поттера в экран, показывая пальцем разные зоны станции.       Самым ярким пятном выделялся центральный купол, укрытый цельным куском особого хрусталя, добываемого заключёнными на вулканической планете, открытой дедом Поттера.       — Идём туда. Думаю, если купол обогревается, то и центральный компьютер там должен работать. Выйду в основные системы и вырублю всё ненужное. Выиграем себе пару лишних часов, — Драко порывисто встал.       Гарри ничего не оставалось, как тоже подняться и последовать за Малфоем.       — Если бы у нас было время, — вдруг подал голос Гарри где-то на середине пути, — я бы снял логи станции и поискал бы, что её убило.       — Думаю, тут всё просто, Потти. Её убила жадность тех, кто зажал денег на материалы и постройку. Пояс астероидов — это смерть для наших с тобой звёздолётов, но никак не для полноценно оснащённых станций, — Драко покачал головой. Где-то глубоко в душе он знал, что и сам причастен к этому, ведь именно его семья спонсировала множество строительных проектов таких вот станций. — А ещё пустота космоса. Знаешь, космос всегда побеждает.       — Но не сегодня, — Гарри упрямо поджал губы.       — Твоё упорство порой до безобразия смешно, — Драко скосил глаза на идущего рядом Гарри. — Но знаешь, иногда оно меня вдохновляет.       Двери главного купола открылись с едва слышным шипением. Гарри и Драко шагнули внутрь и на миг замерли, любуясь открывшимся видом.       — Тебя тоже пробирает, как и в самый первый раз? — шепнул Малфой, задрав голову и любуясь такими близкими и одновременно далёкими звёздами, что мерцали им через купол.       — Как в первый раз, — выдохнул Гарри, соглашаясь, однако, в отличие от Драко, его взгляд был направлен вовсе не на звёзды.       Постояв недвижно ещё несколько секунд, мужчины принялись за дело одновременно, словно уже не первый год работали в команде. Драко направился к панели центрального компьютера, а Гарри — инспектировать разбросанные коробки и свёртки, оставленные погибшей командой.       — Четыре часа — был слишком щедрый подсчёт, — голос Малфоя отвлёк Гарри, когда тот сортировал найденные вещи и как раз рассматривал покрывало из плотного ворса.       — Сколько? — покрывало полетело на пол, а Поттер тут же оказался рядом с Драко.       — Два с половиной. И это если не будем говорить и максимально экономить воздух.       — Ненавижу молчание, — фыркнул Гарри, но по его лицу было видно, как он ошарашен этой новостью.       — Знаю. Знаю… — Драко медленно задвинул панель, отходя от неё к месту, где Поттер бросил покрывало.       Преувеличенно аккуратно расстелив его, Малфой сел, согнув ноги в коленях, скрестив руки, положив их на колени, а сверху уперевшись подбородком. Глаза его вновь были устремлены на звёзды. И столько в них было печали, что, казалось, Гарри сейчас задохнётся ею. Хотелось выть, крушить, сделать хоть что-то, лишь бы из серебристых глаз, в которых сейчас отражались звёзды, ушла эта смертельная грусть.       — Почему «за мной»? — вдруг поинтересовался Поттер.       — Потому что тратить жизнь на что-то другое было бы ужасно глупо с моей стороны, — голос Драко звучал ровно, словно он говорил о каких-то будничных вещах, будь то смена фильтра у звёздолёта или прокладывание нового курса. — И потому что каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу тебя, — вдруг добавил он, заставив Гарри вздрогнуть.       Гарри сжал кулаки, но тут же расслабил пальцы. Ему было невыносимо дико слушать такие слова сейчас и до безобразия сладко от осознания, что Малфой видит его, когда закрывает глаза. Совсем как он сам.       — Мы — враги, — тихо напомнил Поттер, сам уже слабо веря в свои слова.       — Мы — люди, — Драко тускло улыбнулся. — А что насчёт врагов… Быть врагом — это привилегия тех, у кого есть недели, месяцы, годы. У нас остались считанные часы, Потти. Повисла липкая, тяжёлая тишина. Она липла к телу, проникала в нос и рот, оседая на языке вязкостью и горечью неизбежного. Гарри молча подошёл и сел рядом с Драко. Так близко, как никогда бы раньше себе не позволил. От пола тянуло холодом, но от тела рядом шёл жар.       Несмело дрогнули пальцы Гарри, и он едва-едва коснулся мизинцем тыльной стороны ладони Малфоя. Осторожно. Нежно. Трепетно. В этот момент Поттер ожидал чего угодно, но никак не того, что Драко вдруг переплетёт их пальцы — и по телу от этого прикосновения разольётся жидкий огонь.       — Мы можем попытаться добраться до ячейки шаттлов, — выдохнул Гарри через минуту. — Если там есть хоть один рабочий, то…       — Его нет, — мягко перебил его Драко. — Я проверил по схеме, пока ты тратил наш воздух. Тише, тише! Покрывало чудесное! — Драко чуть отклонился, избегая подзатыльника от Поттера. Но тут же вновь стал серьёзным: — Мы можем попытаться добраться до капсул. Они одноместные, и у них ограничены ресурсы, но если повезёт, нас заметят патрули района Кая.       — «Если повезёт», — Гарри скривился, словно съел что-то противное. — По-твоему, это профессионально?       — Считай это моей молитвой перед каждым вылетом с родной планеты, — Малфой безразлично пожал плечами, всё так же не глядя на Поттера.       Где-то далеко за куполом вспыхнула тонкая полоса — обломок станции, наверное, сгорел у жёлтого карлика.       — Тогда у меня другая молитва, — вдруг вновь заговорил Гарри, и голос его звенел от напряжения. Он наклонился к Малфою и свободной рукой, подцепив его подбородок, заставил смотреть на себя. Глаза в глаза. Так близко, что их дыхания смешивались.       — Какая? — севшим голосом уточнил Драко. Сердце его пустилось в пляс, а под ложечкой засосало от предвкушения.       — Не тратить остаток времени на глупости, — шепнул Гарри и подался вперёд, окончательно стирая расстояние между ними.       Поцелуй вышел грубым, жадным, голодным. Они задыхались, нещадно тратя остатки воздуха, но оторваться друг от друга теперь не было сил. Драко со всей пылкостью ответил, сминáя его губы губами. Он облизывал, засасывал, покусывал. Бесцеремонно проникал языком в чужой рот, проводя по зубам и дёснам. Исследуя, присваивая. И с ним поступали точно так же.       — Блять, как же долго я об этом мечтал, — простонал Поттер и с силой толкнул Малфоя в плечи, заставляя лечь на покрывало.       Драко ничего не успел ответить, так как Гарри вновь накинулся на него с терзающими губы поцелуями. Руки Поттера же во всю исследовали его тело: гладили плечи, ласкали грудь, одновременно расстёгивая куртку и эластичный термокостюм под ней, проводили по рёбрам и бокам, распаляя всё сильнее.       — Помнишь, — оторвавшись от губ и сместив поцелуи на скулы, пробубнил Поттер, — помнишь, когда мы сидели на конференции в Новом Хогсмиде?       — Да, — выдавил из себя Драко, так как был слишком сосредоточен на руках Поттера на своей уже голой груди и на расстёгивании его подранного костюма.       — Как же я хотел тебя тогда трахнуть, Малфой, — простонал Гарри Драко на ухо, и того едва не выгнуло дугой от кайфа. Перед глазами вмиг проносились картины того дня и как всё могло бы быть: как бы они остались наедине после переговоров их отцов, как Гарри бы незаметно закрыл дверь на ключ-карту, как властно бы, совсем как сейчас, поцеловал его, подсадив под зад на стол для переговоров, как вклинился бы между его ног и ласкал. Ласкал бы губами и руками. Доводил до исступления пальцами и ртом, пока Малфой бы сам не начал извиваться под ним и просить, чтобы ему вставили.       — Что же помешало? — щёки горели от румянца, стыда и похоти. Всё тело казалось сейчас необычайно лёгким, не своим, а член давно налился от возбуждения и сейчас доставлял дискомфорт, требуя к себе внимания.       Услышав вопрос, Поттер прекратил выцеловывать узоры на его шее и навис над ним, упираясь руками по обе стороны от его головы. На мгновение Драко испугался, что своим вопросом всё испортил, но серьёзное выражение лица Поттера тут же стерла хитрая, соблазнительная улыбка.       — Глупости, — просто ответил он и вновь обрушил град поцелуев на шею Малфоя, оставляя огромные засосы.       Драко выгнулся, бессовестно подставляя себя под ласки и не забывая дарить их в ответ. Теряясь в сплетении чувств, он не сразу заметил, когда с него стянули ботинки и всю нижнюю часть одежды, оставив абсолютно голым.       — Ты прекраснее всех звёзд, — выдохнул Гарри, привстав на колени и любуясь лежащим перед ним смущённым Драко. Белоснежная кожа, сильное стройное тело, растрёпанные платиновые волосы, отражающие звёзды серебристые плошки глаз и самый соблазнительный и сексуальный румянец на щеках. И следы на шее. Много только что оставленных им отметин.       — Разве можно кого-то желать сильнее, чем я сейчас тебя? — Поттер буквально пожирал Драко взглядом, пока быстро раздевался сам, чтобы вскоре накрыть Малфоя собой. Кожа к коже, глаза в глаза и бешеный ритм сердца на двоих.       Гарри вновь начал с поцелуев, чтобы раскрепостить чуть зажавшегося после их оголения Малфоя. Он видел его стояк, видел, как сочилась прозрачной смазкой розоватая головка, и мысленно уже облизывался, чтобы попробовать её. Чтобы спуститься вниз, устроиться между широко разведённых ног, осторожно взять его член в руку, любуясь его формой. А после… м-м-м… Оттянув немного вниз кожу, лизнуть выступившую головку, слизывая предэякулят, чувствуя, как на языке растекается солоноватая горечь. Слышать, как в этот момент собьётся дыхание сверху, как дрогнет живот, как вцепятся ему в волосы длинные ловкие пальцы.       От разошедшейся фантазии Гарри почувствовал, как едва не кончил. Просунув руку между ними, он сжал свой член у основания, слегка задев при этом член Малфоя.       — П-поттер? — рвано спросил Драко, открывая глаза и выныривая из сладостной неги, в которой плавал благодаря ласкам Гарри.       — Считай это комплиментом, Малфой, — криво усмехнулся Поттер, старательно отводя взгляд от манящих острых ключиц Драко и всё ещё пережимая себе член. — Я был готов кончить просто вылизывая тебя.       Взгляд Драко изумлённо скользнул между ними — на их члены, на руку Поттера на своём.       — Знаешь, — протянул он. — Если бы ты кончил сейчас, то воздуха тут хватило бы на дольше.       — Почему это? — переспросил Поттер, чей раскалённый возбуждением мозг сейчас никак не мог связать близкий, желанный оргазм и недостаток кислорода.       — Потому что я бы тебя сам прибил! — рыкнул Малфой и, ухватившись за Гарри, рванулся, делая перекат. Теперь он сидел на бёдрах у Поттера. — Только посмей кончить, не трахнув меня перед смертью! — немного обиженно, но всё так же сверкая глазами, предупредил Малфой и склонился, оставляя первый из множества поцелуев на груди Поттера.       Поцелуй за поцелуем, лаская кончиками пальцев его бока и грудь, Драко прокладывал дорожку себе вниз. Старательно обошёл член, не дотронувшись до него, скользя языком к поджавшимся от удовольствия яичкам и дальше — по внутренней стороне бедра. А после — вновь вверх. И снова вниз, пока лежащий под ним Поттер не заёрзал от нетерпения и не начал подаваться бёдрами вперёд, стремясь попасть в такой манящий и близкий горячий рот. Член у Гарри ныл от желания, чтоб к нему прикоснулись, чтоб сняли дикое напряжение, и он мог наконец кончить.       — Нетерпеливый, — хмыкнул Драко и широко и влажно провёл языком от яиц по стволу до самой головки, напоследок втянув её в рот. Сверху донёсся протяжный гортанный стон, прозвучавший для Малфоя музыкой.       — Там было масло, — дыша, словно перегруженный реактор, прохрипел Гарри, указав пальцем на груду разобранных им ранее вещей.       Понятливо кивнул Малфой, метнулся за необходимым и тут же вернулся на своё законное место — на ногах Поттера, с его стояком перед лицом. Вновь принявшись ласкать Гарри ртом, Драко аккуратно открыл бутыль с маслом и вылил себе немного на руку. Скользкая прохладная жидкость потекла по пальцам, запястью, руке, капая с локтя на живот и бедро Поттера.       — Тебя сначала нужно растянуть, — опомнился Гарри, когда Драко вдруг выпрямился, выпустив его член изо рта.       — Похуй, — Драко мотнул головой, обильно смазывая член Поттера маслом. Сам себя он уже смазал, затолкнув в анус как можно больше масла и даже введя два пальца. — Мы и так потратили слишком много времени. Хочу умереть с твоим членом у себя в заднице. Малфой приподнялся и чуть подполз на коленях выше, устраиваясь удобнее и передав масло Поттеру. Обхватив член Гарри рукой, он несколько раз провёл по нему вверх-вниз, размазывая смазку, а главное — настраиваясь на то, что так давно мечтал сделать.       Направив член в себя, Драко прикусил губу, чувствуя, как головка уперлась в колечко ануса. Внизу появилось странное давление, но это было лишь началом. Заставив себя расслабить мышцы сфинктера, Малфой надавил бёдрами, чтобы кончик головки проник в него, и едва не задохнулся от чувств. Боль, давление и… желание опорожнить кишечник. Это было вовсе не то, что он так ожидал от долгожданного секса с любимым человеком.       — Ох… — выдавил он из себя, пытаясь справиться с эмоциями и не соскочить с Поттера с проклятиями.       Словно читая его мысли, Гарри подхватил его под подмышки, аккуратно снимая со своего члена, а после — новый перекат, и теперь Драко вновь, как в самом начале, прижат Поттером к покрывалу.       — Иначе ты от меня сбежишь, — хрипит Гарри и, добавив масла, прислоняет член к чуть покрасневшей дырочке Драко.       — Т-только не спеши, — выпучив глаза, выдавливает Малфой, чувствуя, как в него разом проникает головка.       Впрочем, на этом Поттер остановился, вернувшись к поцелуям и ласкам. Теперь его руки не обходят стороной член Драко. Обхватив его, он нежно надрачивает, чувствуя, как тот вновь крепнет, как из головки вновь начинает сочиться смазка, а сам Драко, под напором его губ и рук, расслабляется и обмякает. Однако происходит это до нового движения бёдер: стоит Гарри чуть вытащить и вновь податься вперёд, как Малфой становится похожим на оголённый кабель питания — такой же напряжённый и наэлектризованный.       — Расслабься, — зашипел Гарри. — Так ты делаешь только больнее мне и себе.       — Н-не могу, — с паникой в голосе произносит Малфой. — Я… Гарри, я сейчас… — щёки его заливает стыдливый румянец, и Поттер вспоминает рассказы Рона об их первом сексе с каким-то известным пилотом из соседней системы, по имени Виктор Крам.       — Драко, — поцелуй. — Драко, послушай меня. Расслабься, — новый поцелуй, куда глубже и страстнее. Пальцы вновь сжимаются на идеальном члене Малфоя, чувствуя, как тот вновь слегка обмяк. — Это нормально, слышишь? Это ощущение зова природы, естественно. Его нужно перетерпеть. Позволь мне войти в тебя полностью. Позволь доставить удовольствие, — жаркий шёпот мешается с тихими болезненными стонами Малфоя, когда Гарри вновь начинает двигаться в нём.       Добавив масла, толкаясь как можно осторожнее, с частыми остановками и перерывами на нежности и ласки, Гарри хотел, чтоб Драко запомнил их первый, и, возможно, последний секс как самое лучшее, что с ним было в жизни.       Когда он оказался весь в нём, Драко был весь красный, как рак, и смотрел на него широко распахнутыми глазами. Сам Поттер тоже весь взмок, но результат того стоил. При последних толчках Драко уже сам подавался вперёд, насаживаясь на его член и легонько постанывая. В процессе Гарри нашёл заветный бугорок простаты, после чего, поняв нужный угол, входил в Драко исключительно под ним, заставляя того то бледнеть, то краснеть, то подмахивать ему своей очаровательной задницей.       Долго Поттер продержаться не смог. В течение почти всего проникновения он терпел из последних сил, чтобы не излиться раньше времени и не испортить момент. Но когда Драко под ним протяжно застонал, дёрнулся и начал кончать, заливая его кулак спермой, то Поттер не выдержал, доведя себя до оргазма в несколько грубых толчков.       Мир перед глазами полыхнул ярчайшими огнями, и Гарри обессиленный рухнул на Малфоя. Пришёл он в себя спустя минуту, самое больше, от лёгкого поглаживания по спине и начинающего пощипывать кожу морозца. Ничего больше не хотелось: лишь лежать вот так после потрясного оргазма на любимом человеке, чувствовать его тепло и ни о чём не думать.       — Я, конечно, не сильно врал, когда говорил, что хочу умереть с твоим членом в заднице, но, может, ты всё-таки вытащишь его из меня? — не переставая ласкать спину Поттера, невинно поинтересовался Драко.       — Что? — непонимающе переспросил Гарри. Лишь спустя несколько долгих томительных секунд до него дошло то, что от него хотели. — А, ой!       Гарри дёрнулся, приподнимая своё тело на руках, чтобы убрать свой вес с придавленного им Малфоя, и несколько резко выскользнул из Драко. Хоть член и опал, но, видно, доставил Малфою дискомфорт, если судить по тому, как тот скривил брови.       — Извини, — покаялся Гарри и быстро поцеловал Драко в губы.       — Да ладно, Потти. Я сам виноват. Запрыгнул на тебя, как последняя станционная шлюха, — он чуть горько усмехнулся и притянул Гарри к себе на покрывало. — Полежи со мной, пока у нас ещё есть такой шанс.       — Может, всё-таки капсулы? — растерянно уточнил Гарри, укладывая голову на грудь Драко и чувствуя, как мирно бьётся его сердце.       — А смысл? Я соврал тебе. Патрули Кая в этом сезоне сменили свой маршрут и теперь не затрагивают эту зону. Так что…       — Помощи ждать неоткуда?       — Вроде того, — Драко запустил пальцы в волосы Поттера, массируя кожу головы. — Так что лучше я проведу последние полчаса-час в объятиях любимого человека, чем в одиночной капсуле, что станет мне гробом.       — Подожди, — Гарри приподнялся, посмотрев Малфою в глаза. — Ты же говорил о двух часах.       — А как ты думаешь, сколько мы трахались, Потти? А как тяжело и часто дышали, тратя и без того скудный запас кислорода? — губы Драко были бледны и подрагивали. — Но знаешь, я ни о чём не жалею.       — Я тоже, Драко, я тоже, — Гарри с удовольствием накрыл губы Малфоя своими. Если бы вселенная позволила им, он бы целовал его так каждое утро, каждый день, всю жизнь. — Ты бы стал моим мужем? — слова сорвались сами, стоило лишь их губам разъединиться.       — Знаешь, не о таком предложении о заключении брака я мечтал, — хмыкнул Драко, но осёкся, уловив грусть и боль в глазах Гарри. — Прости, Потти, старые привычки.       — Ничего, я понимаю, — как бы Поттер ни старался, а слова прозвучали до обидного жалко.       — Стал бы, — тихо ответил Драко. — Я стал бы твоим мужем, Гарри Поттер. А ты? Ты бы разделил космос со мной?       — Да! — счастливо выдохнул Гарри, не в силах отвести влюблённого взгляда от серебристых глаз, в которых отражались звёзды.       Воздух замер в критической отметке через тридцать семь минут. Поттер потерял сознание первым, оставив Драко мелко и редко дышать, стараясь удержать слёзы. Вскоре потерял сознание и он, успев крепко обнять того, кого любит больше жизни.       Подоспевший вовремя спасательный корабль спаренной команды Малфоев и Поттеров прибыл, когда купол, в который попал осколок космического мусора, почти раскололся, покрывшись сетью трещинок, а кислорода оставалось не более чем на три минуты.       На будущем новейшем звёздолёте молодой четы Поттеров Драко лично выгравирует следующие слова: «За тобой на край вселенной и до последнего вздоха».