Вопрос доверия

      На похоронах мэра Готэма можно встретить кого угодно.       Даже тех, кого ты совсем не ожидаешь увидеть.       — Мистер Уэйн, мисс Морган здесь, — негромко говорит ему Альфред. — Вот уж не думал, что увижу её снова.       — Где?       Альфред указывает ему на стоящую возле колонны девушку с кудрявыми длинными волосами, одетую в чёрное пальто и в чёрные брюки.       Брюс прекрасно знает, кто такая Элейн Морган. Когда разбирал бумаги с родительским наследством, эта фамилия ему попадалась — ещё бы, его отец, желающий изменить Готэм к лучшему, не смог бы пройти мимо одного учёного.       Её родители мертвы. Сама она уехала из Готэма, как только смогла.       Что же заставило Элейн Морган вернуться в город сейчас?       Элейн Морган, почувствовав, что на неё смотрят, смотрит на него. Она извиняется перед теми, с кем разговаривает, и направляется к нему.       — Мистер Уэйн, — произносит она.       — Мисс Морган. Вернулись в Готэм?       — Да. Как видите.       — И как вам?       — Не очень, — честно отвечает она, убирая ладони в карманы узких чёрных брюк. — Я разочарована увиденным. Знаете, мистер Уэйн, продолжайте и дальше беречь родительские деньги. Бедный Готэм справится и без вашей помощи.       — В чём заключается моя помощь Готэму, мисс Морган? — спрашивает Брюс.       — Причины проблем Готэма — это нищета и неравенство. У меня и у вас есть финансы — это решение.       Такая же, как и раньше. Тот же упрямый взгляд, те же сведённые к переносице брови и поджатые губы, которые ему когда-то нравилось целовать.       И которые с готовностью принимали его поцелуи.       Брюс не успевает ответить на её выпад, потому что похороны срываются — машина с Колсоном пытается наехать на толпу людей.       Обычный день в Готэме.

***

      Элейн Морган возвращается в Готэм, чтобы разобраться с семейным наследием — ей кажется, что она набралась достаточно опыта, чтобы решить, что делать с «Морган Энтерпрайз». Да и Донна давно звала, поэтому однажды утром Элейн собирает вещи и, сев на самолёт, оказывается в родном городе.       У неё возникают странные чувства, когда она касается тетрадей мамы с различными наработками в области химии и психиатрии.       Элейн вспоминает, что её мама была не только мамой, но и талантливым учёным.       — Что ты собираешься с этим делать? — раздаётся голос, выдёргивающий её из размышлений.       Морган вздрагивает, глядя в тёмный угол, из которого вскоре на свет выходит фигура.       Бэтмен.       — Пока ничего. Изучить.       — А затем? Продать мафии?       — Нет, — Элейн мотает головой, — только не это. Если мамины исследования в области галлюциногенов окажутся в их руках, то… Спокойствие Готэму будет только сниться.       — Оно ему и так только снится.       — Значит, его не будет никогда, — отрезает Морган, убирая тетради в сумку.       — А если Фальконе придут к тебе? — спрашивает Бэтмен, подходя ближе. Теперь их разделяет только стол из тёмного дерева, дубовый и тяжёлый. Как и атмосфера в мамином кабинете в «Морган Энтерпрайз». — Что ты будешь делать?       — С чего они должны прийти? Я не буду никому об этом говорить.       — Думаешь, их не заинтересует возвращение дочери известного в Готэме учёного? Ты ведь пошла по её стопам. Может, сможешь предложить им что-то более сильное?       Элейн замирает.       — Откуда ты знаешь?..       Что-то она сомневается, что у неё на лбу написано, что она изучала в университете химию.       — Это моя работа, — отрезает он. — Если возникнут проблемы, обратись к Брюсу Уэйну. У него есть канал связи со мной.       И прежде чем Элейн успевает что-либо сказать, Бэтмен исчезает, оставляя её одну. О его присутствии говорят только занавески, колыхающиеся быстрее не из-за порыва ночного ветра.       Элейн садится за стол и думает, что раньше всё было проще.       Всё проще, когда ты — ребёнок.

***

      Кому в Готэме можно доверять?       Вопрос риторический, но Брюс задаёт его себе каждый день. Когда смотрит в зеркало, когда смотрит на преданного его семье Альфреда, когда общается с Джимом Гордоном.       Он знает, что и Элейн задаёт себе такой же вопрос.       С её появлением в городе он начинает осознавать, как, оказывается, скучал по ней все эти годы. Всё же после смерти его родителей она была рядом и порой понимала его лучше Альфреда.       Но он должна была уехать из Готэма. Он должен был её отпустить, чтобы не потерять.       «Я не уверен, что люблю тебя так, как ты любишь меня».       Конечно, любил. Он до сих пор хранил их чёрно-белую фотографию, сделанную в фото-будке во время одной из их прогулок.       О, как же он ненавидел себя в тот момент.       А теперь она сидит напротив него в шелковой зелёной кофте с распущенными волосами, и глаза её мерцают в свете свечи. Элейн осваивается в Готэме, разгребает родительские дела и знакомится с новыми порядками.       — Почему ты так смотришь на меня? — спрашивает Брюс.       — Потому что не знаю, кому в Готэме можно доверять, — честно признаётся Элейн. — Я ещё ребёнком поняла, что можно надеяться только на себя.       — Можешь доверять мне.       — Тебе? После того, что ты сделал? — спрашивает она. — Точнее, после того, что ты мне сказал?       — Элейн…       — Ты мне тогда сердце разбил, — продолжает Морган. — Мало мне было смерти родителей, ты мне ещё решил «добавить».       Скажи.       Скажи.       Скажи.       — Я поступил так, чтобы тебя защитить. Не хотел, чтобы ты стала мишенью. Сын Уэйнов — лакомый кусок. Я не хотел, чтобы у меня было слабое место, а ты им была.       — Ты мог бы сказать.       — И ты бы поняла?       — Да.       — Не думаю, — Брюс мотает головой. — Знала бы ты, сколько раз я порывался тебе позвонить. Позвонить и сказать, что соврал. Что люблю тебя и…       Он замолкает. Элейн смотрит на него, чуть склонив голову. Она не спрашивает, что он чувствует к ней сейчас.       Сейчас он с ней.       — Ладно, — говорит Морган и протягивает руку. — Я доверяю тебе, — и когда Уэйн обхватывает тонкие женские пальцы, чтобы пожать, добавляет: — Но только попробуй в этот раз выставить меня из Готэма. Я никуда не уеду.       — Не буду.       Элейн даже верит.