Язык тела

Редкое для осени в Шотландии, яркое солнце светило прямо в глаза слизеринцу. Перекатившись на другой бок, он разочарованно застонал. Вчера он засыпал со всеми выученными конспектами и написанными эссе, нежась в кроватке и уже видя картину маслом: после трудной недели, проснувшись в субботу только днём, он ленивой походкой отправляется на обед. Тот факт, что был виден свет, – а в бесконечно темных подземельях это точно не возможно, – настораживал Драко. — Что за черт, — открыв глаза, он заметил перед собой не привычный изумрудный балдахин, а... Бордовый!? Резко сев на кровати, Драко почувствовал небольшую тяжесть на плече. И этой тяжестью оказалась тугая каштановая коса, кончик которой касался предплечья. И на этом предплечье не было уродливой метки. После Малфой заметил розовую пижаму с рыжими котятами, в которую был одет. Какого Мерлина он делает в спальне девочек Гриффиндора, на его плече коса, а на нём самом чужие вещи?! Настороженно откинув полог, Драко подтвердил свою догатку о спальне Гриффиндора, ведь всё вокруг было красно-золотым. Огляделся, заметил часы на прикроватной тумбе, что показывали 9:00. Поспать до обеда не удалось, досадно заметил он. Слышалось мирное сопение остальных девушек, поэтому слизеринец прошел в ванную тихо, никого не разбудив. Уже стоя перед зеркалом, висевшим над раковиной, он не решался обратить на него взгляд. Малфой собрал волю в кулак, поднял голову и увидел... Волосы, не смотря на то, что были собраны в косу, растрепались и казались просто дикими. Облачённые в пижаму плечи, были совсем маленькими и хрупкими. Глубокие, шоколадные глаза, от которых нельзя было оторвать взгляд, отражались в стекле. Перед ним был не наследник древнего и могущественного рода. Перед ним была... Гермиона-мать-его-Грейнджер...