Завод: Сага

(На следующий день) Вельви сидел на задней парте и ждал Его. Старые кеды он выкинул в манду, потому что Мартин дал ему свои шлепочки с лягушкой, хотя на улице был прохладный март - всё равно. Дэйв в любой обуви придёт к Нему. Стрелка часов близилась к началу пары, но Резнера не было. После той рыготы, Трэнти уебал домой и даже не попрощался с Вельви, оставив того сидящего на асфальте с обрыганной салфеткой в руке. Но Дэйва это не обидело. Он смотрел в окно и вдруг почувствовал чье-то присутствие. Он повернулся и увидел Мартина с вечно недовольным ебалом. Он сказал: - Прости, Дэвид, но к нам домой приезжают родственники из Залупинска, так что тебе придётся... уйти из моего дома... прости, пожалуйста. На самом деле никто и никогда не приедет к Шизу из Залупинска - он, очевидно, врёт, ибо Вельви за три дня проживания в его халупе успел забить унитаз каким-то фотографиями с Мэтью, обоссать кровать, потому что ему приснился сон про свадьбу Великого Бога и врага. Так больше не могло продолжаться. - Ещё раз прости, Дэвид. Я бы с радостью тебя оставил, но...сам понимаешь. Мартин развернулся, даже не дождавшись Вельветовских просьб пересмотреть своё решение. Дэйви уставился в стол и даже не думал о Нём - в мыслях было только его мутное будущее в борделе или в какой-нибудь подворотне со шприцом в вене. В аудитории вошёл мистер Позик и поздравил всех с началом пары. Соседнее рядом с Дэйви место пустовало, но ему впервые было ПОХУЙ. Куда он теперь пойдёт? Что он будет делать? - Дэйв? - прервал его от размышлений Он. Резнер наконец-то помыл патлы и выглядел более-менее, - чё с тобой? - и сел рядом с ним на стульчик. Вельвет смотрел на его блестящие волосы и восхищался. - Да там... короче, не очень ситуация. - В смысле? - спросил Резнер нарочито небрежно, чтобы Дэйв не понял, что он чувствует на самом деле. - Меня выгнали из дома, Трэнт, - с горечью сказал Вельви, прикрывая лицо ручками. Пока он не видит, Резнер скорчил грустный хлебальник и поджал губки. Он напоминал ему Мэтью, когда он точно так же сидел и рассказывал про своих родителей. - И куда ты теперь попрёшься..? Дэйв пожал плечами и шмыгнул носом. Резнер похлопал ему по спине, от чего у бедняка пробежала спермочка по всему телу. Ну или ток... с какой стороны посмотреть. - Сожалею, Дэвид. Я бы тебя приютил, но отец не разрешит - сто процентов... я могу отвести тебя в одно место. Дэйв, услышав его предложение, ошалел, мягко говоря. Он начал улыбаться и хлопать глазками. Бездомный думал, что Резнер либо шутит, либо говорит правду. - Куда? - Посмотришь, Дэйв. (Вечерком в лесу) Дэйви шёл следом за Резнером по мокрой траве. Под ним хрустели веточки. Они были в тёмном лесу, где со всех сторон выли волчары сутулые. Трэнти светил фонариком во все стороны, чтобы не дай бог на них не накинулись какие-нибудь бомжы. - Тебе не страшно? - шёпотом спросил Вельви, выпучив глазки. Резнер повернулся к нему и ответил: - Я тут почти каждый день хожу, понял? Привык. Бедняку Его тон показался уж слишком фальшивым: Резнер пытался сделать вид сигмы, но где-то он всё же проебался - голосок-то дрожал. Они шли примерно минут двадцать - и тут перед ними возникает домик на дереве, где живёт Мэтью, который сейчас в больнице откисает. Резнер и Вельви поднялись по лестнице. На двери была всё та же надпись "Вход только настоящим броооу", но она была уже пожелтевшая и еле читаемая. Они вошли в халупу и Резнер включил свет. - И кто тут живёт? - поинтересовался патлатый, разглядывая многочисленные плакаты с иконами рэпа и рока на стенах. - Мэтью, - коротко и чётко ответил Резнер, садясь на шконку. Теперь на ней был матрас из ваты, а не из дерьмища и палок. Вельвета такая новость немного расстроила...какого хрена он привёл Дэйвушку в дом его врага? - я очень устал! Резнер лёг на спинку и уставился в потолок. Дэйви не знал, что делать, поэтому просто стоял и втыкал, восхищаясь Им. Он наслаждался каждой секундой, проверенной с Ним. - Мне не кому дать, понимаешь? Мэтью в больнице и у меня огромный стресс! Ах, что за пиздец! - жаловался Резнер, сжимая патлики на башке. - Я очень сожалею, Трэнт...- выдавил из себя некое подобие сочувствия Дэйви, садясь рядом с ним на кроватку. - Мой отец и не знает о наших делах, сечёшь? Он думает, что я хожу по гей-клубам и избиваю пидоров во имя великого бога Альфа-сигм! Сечёшь?! - Секу, Резнер. Я понимаю тебя...- тихо сказал бедняк, ложа ладонь на ручку Трэнти - Он был не против. - Он ненавидит тех, кто подобен мне. Мой брат знает, что я гей, но манипулирует мной. Типо, если он ещё раз узнает, что я делаю пидорские вещи - расскажет отцу. А потом... не знаю, - говорил Резнер, еле сдерживая слёзки, - отец умрёт, когда узнает кто я. Бездомный посмотрел на заплаканное рыло Резнера и ощутил...приближающийся стояк. Писюн начал пульсировать и дёргаться. Трэнти продолжал рыдать: - Они с детства внушали мне, что быть геем - это восьмой смертный грех, Дэйв! Сечёшь?! Крис называет меня "глэм-мальчиком" лишь из-за того, что я не похож на типичного мужика в их представлении! Меня они заебали!!! Трэнти рыдал и бился в конвульсиях, пока Вельвет наблюдал за ним с нескрываемым восторгом и возбуждёнием. Он не сочувствовал ему - он наслаждался тем, что кто-то всё-таки слабее и сломленнее, чем он. Патлачь положил руку ему на колено и начал поглаживать, наблюдая за реакцией Резнера: сначала он был в ахуе, потом смотрел на него спокойно, а потом... они начали сосаться, трогая друг друга за пипирки. Они трахалися.