Завод: Сага

(После потрахушек с Мартином) Вельвет сидел в кресле в своём кабинете и смотрел на дневник Резнера с Hello Kitty. Он долго не решался заглянуть внутрь, потому что боялся, что Трэнти даже не думает о нём. Минуты шли, за окном стемнело, Литл Спайрал сводила за стеной трэк TXT, а Мартин готовил ужин из свинных пупочков и куриных ушек. Дэйв решился. Открыл дневник на случайной странице и увидел тысячи рисунков с ним в разных позах, в разных ракурсах, но он неизменно был в бархатном костюме. В некоторых местах натурал дорисовал самого себя, но голого. На следующей странице было написано корявым подчёрком: "ВЕЛЬВЕТ ВЕЛЬВЕТ ВЕЛЬВЕТ ДЭЙВ ВЕЛЬВЕТ я обожаю писать эту фамилию. А что будет если... Трэнт ВЕЛЬВЕТ... Дэвид Резнер. Да, я люблю тебя обожаю хочу отсоса" (всё перечёркнуто, но всё же читаемо). Следующая запись: "Сегодня эти гандоны с работы сказали, что я блин какой-то не такой. Ухаживаю за волосами, брею попку, пью мартини, а не виски...но я же голосую за трампа, укуреши! Умрите!!!". Дэйв вздохнул. Перевернул на титульную страницу и увидел полное имя своей Судьбы: Олег Трэнт Резнер. Рядом была приклеена его фотография, на которую Вельвет засмотрелся настолько, что не заметил вошедшую Литл Спайрал. Она стояла со своим аппаратом-бантиком и сурово смотрела на лыбящегося покрасневшего отца. - Эй! - крикнула Спайрал. Дневник выпал из дрожащих ручек Вельвета. - Ты аху... ты почему не спросила, перед тем как войти?! - гаркнул психолог на дочку, но той было похер. Она включила гей-радар и внезапно аппарат начал плавиться. - "Сто из пяти"? - недоумевала девочка, пока Дэйв пинками выгонял её из кабинета. Вельветушка закрыл дверь на замок и сел в бархатное кресло, в котором сидел Он, перед этим взяв дневник. Читая спутанные и бредовые записи своего пациента, он начал дрочить, приговаривая: "Я смогу исправить этого малыша..." (Заводик. на следующий день после третьего сеанса) Трэнти смотрел в одну точку уже несколько минут, не замечая ничего вокруг. И зачем он отдал ему дневник? Там же куча того, чего никому и никогда нельзя показывать. Напарник Резнера отвлёк его от мыслей, дав подзатыльник. - Ты работать думаешь, гомик?! - крикнул он. Резнер потёр затылок и находился в полной фрустрации. - А, чё? Я гомик?! - визгнул он, топая ножкой. - Мы все знаем, Резнер, - загадочно сказал напарник, указывая на трубу на рабочем столе Трэнти, - Ковбей видел как ты ебёшь одну из них. И все вокруг начали смеяться. Натурал рухнул на землю и начал плакать, проклиная всех вокруг и, в первую очередь, себя самого. Вокруг него столпились рабочие и ржали. Но вдруг в цех врывается вспотевший Билли Намаз со связкой сосисок на плече. Он оттолкнул реднеков и увёл Резнера подальше отсюда в свой колбасный цех. Трэнти полностью осознал, что долгие годы бегал от самого себя, чтобы угодить и отцу, и брату. Всё. Он - мега-гей. (В цеху у Билли) Трэнти громко дышал и пытался пригладить свои волосики, но руки тряслись так, будто ему в жопу вставили электрод. Он был в колбасном цеху. Рядом стоял Намаз и пытался приобнять заводчанина, но тот уворачивался настолько яростно, что в итоге наебнулся и упал в лужу со свинным жиром. - Ну пипец, Трэнти. Придётся тебя в душик отвести, - вздохнул Намаз, помогая Резнерчику подняться. Тот плакал, но больше не вертелся. - Ты выдел их рожи, Билли? Они наслаждались, когда называли меня педиком! - визжал Трэнти, размазывая по личику жирочек. Намаз смотрел на дружка с отвращением, но ему было одновременно и жаль его. Он желал заводчанину всего самого хорошего и ему неприятно было видеть Трэнти в таком состоянии. - Они просто уроды. Может и сами мечтают о таком, как ты...- сказал Билли, мечтательно улыбаясь. Он завёл Трэнти в пустую душевую, дал ему полотенце и оставил одного. Резнер в ужасе смотрел на рисунок Барби на махровой ткани, однако потом расслабился и улыбнулся. Он мечтал вытереть попку о рожу этой самодовольной манды, но одновременно чуть расстроился, потому что Намаз не дал ему полотенце с принтом Кена. Сняв заводской комбинезон и оставшись в одних трусишках с понями, Резнер начал разглядывать себя в зеркале с отвращением: блестящее от свинного жира лицо, патлы в разные стороны, глазки заплаканные. Он подошёл к душику и открыл тёпленькую водичку. Смыв с табла грязь, он внезапно подумал о Нём. Трэнти начал тихо бубнить: - Вельви...твой бархатный костюм... боже. Трахни меня умоляю мой любимый мой король. Рученка потянулась к тому самому месту. Трэнти начало колбасить не по-детски. Заводчанин громко простонал от удовольствия и кончил через секунду. Конча попала Трэнти в носик и он начал задыхаться. Он бился в конвульсиях на полу и уже готовился воссоединиться на том свете со своей прабабкой. Вдруг в душевой появляется Он, садится на корточки перед Трэнти и ложит палец ему на лобик, параллельно с этим читая молитвы. - О, великий... неужели ты пришёл... теперь мы совокупимся... Внезапно Вельви начал исчезать и перед Трэнти возник Намаз, с сосисками на плече. - Что ты сказал, Трэнти..? - недоумевал дружбан, глядя на полудохлого Резнера, державшего свой маленький стручок мёртвой хваткой. - Чё? Резнер подорвался с мокрого кафеля и начал быстро одеваться, перед этим не забыв наполировать жопу лицом Барби. Он выбежал из душевой, оставив Намаза на полу размышлять об услышанном. На улице лил ебанутый дождь, а где-то далеко хуярила молния. Резнер вышел из завода "Gaytroniks", дошёл до первого переулка - и снял с себя штаны...он дрочил под дождём и плакал. - Я мега-гей! - кричал он в небо.