Без вести пропавший

             Гарри встретил его в Запретном лесу через неделю после битвы за Хогвартс. Маленький белый хорёк весело скакал по полянке, не ожидал, что здесь кто-то пройдёт, и испуганно кинулся прятаться в корни огромного дерева. Гарри сел рядом и достал из кармана сэндвич: вообще-то он сбежал от толпы обожателей перекусить в одиночестве. Они восстанавливали разрушенный Хогвартс: заново отстраивали стены и башни, расчищали завалы в коридорах, чинили мебель в классах и рамы на портретах.       — Ммммм, как вкусно! — прочавкал он, — и тихо. Наконец-то!       Рядом зашуршало, и из-под корня высунулся маленький чёрный носик. Он тревожно нюхал воздух: почуял запах мяса. Гарри старался не делать лишних движений, чтобы не спугнуть зверюшку. За носом последовала очаровательная белая мордочка, крошечные розовые ушки. Маленькие лапки нетерпеливо скребли землю. Голодный.       — Угощайся, пушистик, — мягко произнёс Гарри, отломил от сэндвича кусочек и только хотел положить на землю, как метнулась белая молния, и хорёк уже спрятался в норке с подношением. Точно голодный, раз не испугался взять еду из рук.       Делая вид, что не замечает необычного соседа, Гарри дожевал сэндвич. Он косил глазами в сторону и увидел, что хорёк быстро слопал мясо и теперь снова высунулся и принюхивается. Не наелся. Гарри оставил для него ещё кусочек, положил на ладонь и осторожно опустил руку на землю. Хочет есть, пусть подойдёт и возьмёт. Зверёк боялся, высовывался на секунду и снова прятался, а он сидел и не шевелился. Плечи затекли, шея ныла от напряжения, но он терпеливо ждал, пока хорёк привыкнет к нему и перестанет пугаться.       Хорёк очень хотел есть, осторожно вылез из-под корня, приблизился и понюхал его пальцы. Гарри замер и перестал дышать. Быстрое движение, и зверька снова нет, как и кусочка мяса на ладони.       — Маленький трусишка, — рассмеялся Гарри. — Приятного аппетита!       С тех пор он ежедневно приходил к дереву и кормил хорька мясом, колбасой, приносил ему кусочки варёной птицы, рыбы. Постепенно хорёк привык к нему и больше не боялся. Наоборот, он ждал, сидел на корне и тревожно вытягивал шейку, высматривал его. Спрыгивал, подбегал и нарезал вокруг круги, словно подгонял. Потом садился на вытянутые ноги Гарри и смачно жевал свою порцию.       Гарри сначала только болтал с ним, пока в один из дней ветер не унёс с пледа салфетку. Нехорошо мусорить в лесу: он сорвался с места и побежал по поляне догонять её. Снежок скакал рядом и довольно гукал. Салфетку ловили долго, потому что весело, с тех пор они часто бегали и играли.       Однажды Гарри принёс Снежку кусочек сырого мяса, но хорёк смешно сморщился и отвернулся с обиженным видом. Пришлось вернуться к привычному готовому мясу. Домовые эльфы обожали Гарри Поттера, сэра, поэтому собирали для него небольшую корзиночку с едой. Одному столько не осилить, но Гарри не жаловался и щедро делился со зверьком. Он по-прежнему убегал ото всех в обед, чтобы поесть в одиночестве. Соседство хорька его не напрягало. Наоборот, с ним Гарри болтал обо всём и рассказывал, что происходит в школе и волшебном мире.       — Скоро начнётся учебный год. Я больше не смогу приходить ежедневно. — Он гладил обожравшегося хорька по гибкой спинке, а тот лежал у него на коленях и сонно зевал. — Сейчас здесь мало народа, а первого сентября приедет толпа. Начнут бегать за мной, все же хотят дружить с героем, вот только никто не спрашивает его самого, а хочет ли он? Кто же будет подкармливать тебя, Снежок? Смотри, ты стал такой упитанный за лето. Чем будешь питаться без меня?       Хорёк тяжко вздохнул и лизнул ему палец. В тот день он добежал за Гарри до края поляны и смотрел вслед. Да, он обернулся и увидел сидящую на тропинке маленькую белую зверюшку. В течение последней недели хорёк провожал его дальше и дальше, добегая до кромки леса.       Каждый раз сердце Гарри обливалось кровью, так жалко было пушистика. Он понимал, что неосмотрительно приучил зверька к себе и дармовой еде. Теперь хорьку придётся туго, он начнёт заново учиться охотиться, чтобы выжить.       Гарри прожил в школе четыре месяца. Весь май, июнь, июль и август он помогал восстанавливать Хогвартс, иногда аппарировал в Министерство на суды над сторонниками Волдеморта. Поэтому он пренебрёг традицией и не поехал в школу с платформы 9 и ¾, не видел в этом смысла и прикола: аппарировать из школы в Лондон, чтобы потратить на обратную дорогу восемь часов.       На его отказ ехать поездом Гермиона обиженно фыркнула и утащила за собой Рона. Он пожал плечами и отправился в лес. Хорёк встречал его на опушке, громко гукал и весело скакал перед ним по тропинке. Гарри привычно расстелил под деревом плед, поставил тарелки и выложил мясо для пушистого друга. Сел рядом, огляделся и трагически вздохнул.       — Так не хочется, чтобы закончилось лето. Я привык к тебе, Снежок, ты привык ко мне. Забрать бы тебя с собой в Хогвартс, чтобы не бегать сюда, но захочешь ли ты? Ведь лес — твой дом.       Хорёк тихонько пискнул и продолжил чавкать. Эльфы, Гарри рассказал им про необычного почти питомца, специально для него нарезали мясо малюсенькими кусочками.       — Там тепло, не надо самому искать еду, — продолжал размышлять Гарри. — Я бы таскал тебе вкусное мясо трижды в день, прятал в карман или под свитер и носил с собой на занятия. Мне можно, ЯЖГЕРОЙ! Пусть попробуют запретить! Рону, вон, столько лет никто не запрещал привозить в школу питомца-крысу, хотя они не прописаны в Уставе. Да и не крысой была его Короста.       Хорёк дожевал, сыто рыгнул и залез к нему на руки. Позволил себя погладить и поиграть с лапками. Гарри просидел в лесу несколько часов. Скоро в Хогсмид приедет Хогвартс-экспресс, привезёт учеников. Он поднялся, сложил в корзину плед и уменьшенный пакет с мусором.       — Мне пора, Снежок. Пойдёшь со мной или останешься здесь? У тебя есть тёплая норка на зиму?       Хорёк жалобно запищал, обеспокоенно оббежал вокруг него, встал столбиком и протянул лапки. Гарри расценил его действия как согласие, аккуратно засунул под свитер, забрал корзину и пошёл в школу.       Специально для несостоявшихся выпускников прошлого седьмого курса в Отделе образования Министерства придумали дополнительный восьмой курс. Разослали ученикам приглашения доучиться год и получили ответ ото всех, кроме бывших слизеринцев. Директор МакГонагалл выделила для необычного курса отдельную башню, комнаты в ней сделали одноместные, а Гарри вообще — с отдельным входом и тайным паролем, чтобы поклонники не доставали. Туда он и принёс неожиданного питомца.       — Выбирай себе любимый уютный уголок. — Он опустил хорька на пол и пошёл в душ и переодеваться в школьную форму. Никакой принадлежности к факультетам, восьмикурсники выбрали для себя одежду тёмно-серого с металлическим отливом цвета. Гарри вернулся спустя полчаса, а хорёк сидел на подоконнике и смотрел в окно. С высокой башни днём открывался великолепный вид на Чёрное озеро, сейчас отсюда хорошо просматривалась вереница приближающихся к вечернему Хогвартсу огней: Хагрид вёз в лодках первокурсников.       — Не скучай без меня, ладно? — Гарри оделся, погладил хорька и отправился в Большой зал. Там для восьмого курса поставили дополнительный стол, а факультетские немного укоротили магией. Детей ожидалось не очень много, кого-то родители отправили в другие школы. Кареты ещё не приехали, зал сиял тысячами парящих под потолком свечей. Гарри подошёл к учительскому столу.       — Директор МакГонагалл, я хочу предупредить о необычном питомце. Подобрал в лесу маленького хорька, стало жалко, погибнет же зимой.       Он не ждал ответа, поставил в известность и всё. Даже если она станет возражать, он припомнит Коросту. Не пришлось. Минерва улыбнулась уголками губ.       — Конечно, Гарри. По многочисленным просьбам будущих учеников мы расширили список питомцев, добавили маленьких ящериц, неядовитых змеек, белых крыс, карликовых пушистиков и как раз хорьков.       — Спасибо. — Он отвернулся и направился к столу выбирать себе место. Двери зала распахнулись, впуская учеников со второго по седьмой курсы. Они спешили занять места: старшие ближе ко входу, младшие — к учительскому столу. Прямо напротив сядут после распределения первокурсники.       — Гарри! Зря ты с нами не поехал, было так весело! — рядом бухнулся на стул довольный Рон.       — Ничего не весело, Рональд, — возмутилась Гермиона. — Это было очень грубо с твоей стороны!       — Ну, Миона…       — Сколько можно говорить: не называй меня Мионой! — подруга показательно отвернулась от Рона. — Гарри, ты уже выбрал предметы для Т.Р.И.Т.О.Н.?       — Мне кажется, что для них ещё рановато, — усмехнулся он. Гермиона доставала его лекциями о необходимости сдать как можно больше предметов не первый раз, он уже получил нужные учебники и радовался тому, что может избежать нудных разговоров хотя бы пару часов в день. Она вдохнула и открыла рот, чтобы прочитать ещё одну нотацию, но он тоже отвернулся, чтобы поприветствовать остальных восьмикурсников.       Зал понемногу заполнялся учениками. Гарри машинально кивал знакомым и попутно отметил, что слизеринцев приехало совсем мало, а на их курс вообще ни одного. Визенгамот не осудил их за пособничество Волдеморту, но выслал всех на материк, пожизненно.       — Как бы я врезал этим слизням, — пробурчал рядом Рон. — Зачем они сюда приехали?       — Не забывай, что они тоже ученики, Рональд! — громко напомнила ему Гермиона. — Они имеют полное право учиться в любой школе…       — Вот и выбрали бы другую!       — Хватит! — Гарри разозлился на обоих. — Сколько можно? Надоели, оба! Неужели больше не о чем поговорить?       Над ними повисла напряжённая тишина. Гарри снова повернулся к залу. Его подбешивало то, что они сидели посередине и спиной ко всем. После распределения он это исправит.       Хлопнула дверь, топот ног по проходу: Хагрид привёл первачков. Их быстро распределили по трём факультетам, на Слизерин не поступил ни один ученик. Директриса только шевельнулась, чтобы встать, но Гарри её опередил. Он с мерзким скрежетом отодвинул стул и потопал к слизеринскому столу.       — Мистер Поттер, что вы делаете? — прилетело ему в спину. Он сначала сел так, чтобы видеть весь Большой зал, и только потом ответил.       — Выбираю новое место, мэм. Мне не нравится то, на которое нас посадили. Это так противно — сидеть к остальным спиной. И унизительно для всех учеников, словно они мне не ровня. Я не король Англии, чтобы занимать почётное место, мне хватит вот этого, сбоку. Здесь почему-то слишком свободно, поместятся все восьмикурсники, ещё и место останется. Зачем нам отдельный стол?       МагГонагалл не нашлась с ответом. Пока она его придумывала, к Гарри присоединился сначала Невилл, потом несколько Хаффлпаффцев, Равенкловцев. Подошли Дин Томас и Симус Финниган. Наконец за новым столом остались сидеть только Рон и Гермиона.       — В жизни не сяду со слизнями, — громко заявил Рон и показательно вернулся за стол Гриффиндора. Гермиона промолчала и села рядом с ним.       Гарри опустил руку под стол и щёлкнул пальцами: стол восьмикурсников растворился в воздухе. Директор МакГонагалл встала со своего места.       — Мистер Уизли, я бы наказала вас на пятьдесят очков за неуважение к ученикам другого факультета, но вы учитесь вне программы. Однако наказать вас мне никто не запретит. Месяц отработки за недостойное поведение! — пока Рон не успел открыть рот и начать возмущаться, Гермиона огрела его неизвестно откуда взятой книгой, а директор поприветствовала новых учеников, взмахом палочки изменила их стандартные мантии и остальную атрибутику на факультетские и объявила о начале пира.       Гарри спокойно жевал и беседовал с Невиллом. Друг приехал в Хогвартс с новым питомцем: наконец-то не жабой, а упитанным полосатым котом. Тоже подобрал на улице, вылечил, откормил и забрал с собой подальше от бабушки. Та всё лето охала и причитала, что внук нарушил давнюю семейную традицию и отказался от жабы.       — Да этот противный Тревор вечно норовил от меня сбежать! А котик мякенький, ласковый, мурчит под боком. Я его Мурчиком назвал.       — У меня хорёк, — поделился Гарри. — Не магазинный, сам прибился, я забрал, жалко же. Назвал Снежком, он такой красивый, беленький.       Они договорились собраться после ужина в общей гостиной и показать питомцев. Многие привезли с собой зверьё, чтобы ухаживать и отвлекаться от проблем. Сам Гарри ни за что бы не стал отрицать, что с появлением в жизни Снежка почувствовал себя намного лучше. Ласковое и игривое создание пробуждало в его душе что-то нежное, давно забытое и отчаянно желающее выбраться на волю.       Гарри вернулся к себе в комнату, переоделся в более удобную одежду, приготовил на утро сумку с учебниками и тетрадками. Поискал глазами: хорёк спал в кресле на полотенце. После помывки остался там, куда положили.       — Иди ко мне, чудо чудное. Будем знакомиться с остальными. — Гарри взял его на руки и вынес в гостиную. Прижал к себе дрожащее тельце, ласково почесал за ушком. — Перестань пищать, Снежок. Здесь тебя никто не обидит. Просто не хочу, чтобы ты оставался в спальне один, пока я тут с друзьями болтаю. Можешь весь вечер сидеть на ручках, я не возражаю. Или, если совсем страшно, спрячься под рубашку.       Хорёк испуганно клёкнул и притих. Гарри не давал его трогать, да и народ видел, что питомец немного напуган. Их собственные вели себя точно также.       — Фу, на Малфоя похож, — скривился Рон. — Не мог кого получше завести?       — Это просто лесной хорёк, а вот твоя Короста вызывала много вопросов, — напомнил он о самом большом проколе друга.       — Не напоминай, — отмахнулся Рон. — это совсем другое. И как раз поэтому я думаю, что этот гад мог…       — Рон, я предупреждаю в первый и последний раз, — холодно перебил его Гарри. — Если ты не заткнёшься о слизнях, змеях, гадах, хорьках и прочих атрибутах личной вендетты к окружающему миру, я своей геройской волей отправлю тебя в Мунго к целителям разума. Ты не выйдешь оттуда до тех пор, пока они лично не отчитаются мне, что излечили тебя от ненависти, зависти, ревности и прочих атрибутов нарциссизма, коими ты плюёшься во все стороны.       Сбоку в хорька прилетело заклинание, но он отбил его рукой. Повернулся к Гермионе.       — Зачем?       — Я должна была проверить, — спокойно ответила она. — Вдруг это анимаг? Твоя безопасность…       — Герми, я давно его проверил, — вот сейчас Гарри разозлился по-настоящему. — Обычный хорёк, жил в лесу, никого не трогал. Поднимешь на него палочку ещё раз, и я отправлю тебя лечиться вместе с Роном, поняла? И всех остальных, кому неймётся.       — Как ты не понимаешь, а вдруг это Малфой? — возмутилась она.       — Прибежал, чтобы убить меня, да? — Гарри зло рассмеялся. — Его никто не видел со дня битвы. Люциуса вы уже казнили, Нарциссу выслали куда подальше, а Драко пропал без вести. И никто не кинулся его искать, а ты несёшь ерунду про хорька! Вспомни, что профессор Грюм был фальшивым, а никто не заметил, и пойди поподозревай в мировом заговоре лукотрусов. Вдруг они с пикси спелись и завтра объявят себя величайшим злом? Тогда вся моль мира начнёт вскрывать дверные замки и воровать у нас одежду.       Гарри отвернулся от них, занял кресло поближе к камину и увлёкся беседой с Терри и Невиллом. Снежок спрятался у него на груди и сначала тихонько дрожал и попискивал, а потом пригрелся и уснул. Уже поздно вечером Гарри наколдовал ему большую корзинку и обустроил гнёздышко. Ещё он предупредил домовых эльфов, чтобы они проследили за входом и никого к нему не впускали. Особенно, если самого Гарри в это время не будет в комнате.       Снежок проспал до завтрака и напросился с ним в Большой зал. Гарри спрятал его под мантией. Конечно, все вокруг видели, что он явился завтракать с питомцем, но ничего не сказали. Профессора промолчали, а ученики тоже пихали в карманы вкусняшки. Карманы шевелились, чавкали и сыто отрыгивали.       На уроках Снежок сидел у него на коленях, из-под парты не высовывался и внимания не привлекал. Спустя какое-то время Гарри перестал его прятать. Ему не делали замечаний и не требовали отнести питомца обратно в комнату: он слушал, записывал, отвечал, когда спрашивали. Хорёк не отвлекал его от занятий и занимал угол на столе. Молчал, не издавал ни звука. Казалось, он тоже слушал.       Теперь Гарри везде брал его с собой, никогда не оставлял одного надолго. Даже на продвинутых зельях Снежок сидел на собственном стуле и словно в трансе наблюдал за манипуляциями хозяина.       Без ехидных и зачастую оскорбительных замечаний Снейпа Гарри снова стал лучшим учеником класса. Он отказался продолжать обучение на аврора, чем шокировал не только МакГонагалл, но и всех остальных, и усиленно изучал зелья. О выбранной профессии не рассказывал, только один раз обмолвился, что собирается продолжать обучение в одном из университетов Европы.       В тишине своей спальни, под заклинаниями тишины и дополнительными от прослушки он разговаривал с маленьким белым хорьком, делился планами и спрашивал совета.       — Раз они тупо не смогли распознать, что ты не просто обратился сам по себе, а заколдован, Драко, то и пользы от них не будет. Мы уже знаем, что никто тебя не ищет и не собирается искать. Им безразлично, куда ты делся на самом деле. Кое-кто даже обрадуется, если узнает, что тебя прокляли так, что заклинания обратной трансфигурации не помогают. Окончу школу, отвезу тебя на континент и покажу там лучшим специалистам по проклятьям, пусть они ломают голову. Ты же поиграешь ещё немного роль моего питомца, да?       Насильно трансфигурированный заклинанием Волдеморта в хорька анимаг Драко Малфой согласно кивал головой и умильно зевал. Он ни секунды не пожалел, что осмелился подойти к Поттеру, подружился с ним и перебрался из леса в Хогвартс. Если не герой, то кто ещё спасёт его?       Драко ценил то, что его защитили и продолжали защищать и оберегать до сих пор. Что Гарри не выкинул его, рассказал, что давно подозревал о проклятье. Что прилагал столько усилий, чтобы спасти и вернуть нормальный облик.       Возможно, когда ему вернут человеческое тело, то Гарри наконец-то пожмёт протянутую руку, а он искренне поблагодарит его на человеческом языке.