Укрощение Винчестера

      Кастиэль наслаждается редким выходным. Довольно прищуривается от запаха кофе, пока прибавляет звук на телевизоре. Хрустит сэндвичем, медленно пережевывает свой завтрак, пока его идеальное утро не портит внезапный звонок. Новак едва не давится едой, когда видит очень даже знакомое имя на дисплее телефона. У него нет выбора. Нужно ответить. — Да, Дин… — Кас… спаси меня. — Что? — Кастиэль хмурится. — Что произошло? Где ты? — В полицейском участке…       Новак задерживает дыхание на пару секунд, а затем шумно выдыхает прямо в трубку. Ладно, это что-то новенькое. Обычно Дину удавалось избегать стычек с копами, но, видимо, не в этот раз. — Дин, что ты натворил? — Кас… просто приезжай. Мне… не слишком удобно говорить. — Отец в курсе? — Конечно же нет, — шепчет Винчестер, вызывая у Новака «красноречивое» закатывание глаз. — Буду через полчаса, — только и отвечает Кастиэль, прежде чем вызов обрывается.       Уже в полицейском участке Кастиэль узнает, что около трех утра Дин ввязался в драку у клуба. Повязали всех участников стычки. Касу удается быстро замять конфликт, заплатив штраф и немного сверху патрульным, чтобы не поползли слухи, что сын известного политика полез махать кулаками в пьяном виде.       Когда Дина отпускают, Кастиэль едва сдерживает смех. Парень выглядит как побитая собака. На скуле внушительный синяк и разбита губа. Одежда местами порвана. В общем, вид Дина далек от идеала. Сам Винчестер стыдится говорить, поэтому молча садится в машину, когда Кастиэль открывает ему дверь. — Куда мы едем? — хрипит Дин через некоторое время в пути, осторожно поглядывая на Каса. — Ко мне, — ровным тоном отвечает тот. — Это ближе, чем к твоему дому, — добавляет он, словно находя для себя логическое оправдание. — А… ладно, — легко соглашается Дин, не в силах возразить.       Пока Винчестер принимает душ, Кастиэль во второй раз готовит завтрак, но теперь уже на двоих. Часом ранее ему самому не удалось нормально поесть. Дин выходит в вещах Кастиэля: в темно-синей футболке и простых серых штанах. Новак тут же отворачивается, когда их взгляды встречаются. — Одежда подошла? — тихо спрашивает Новак. — Ну да, — Дин чувствует себя неловко, но садится на стул у столешницы напротив Каса, пока тот старательно формирует сэндвичи. — Почему ты ввязался в драку? — наконец спрашивает Кастиэль. Дин нервно елозит на стуле. — Ну, я был пьян… И пара ублюдков хотели принудить двоих девушек к сексу в машине. Я и еще пара парней решили преподать тем идиотам урок, вот и… — Сцепились, — договаривает за него Новак. — Ага, — Дин устало трет переносицу. Он чертовски сильно хочет спать, но еще сильнее — есть, поэтому Винчестер на мгновение залипает на кусочки ветчины, что лежат на другой половине стола.       Завтракают они почти в полной тишине, только бормотание телевизора на заднем фоне делает это утро менее неловким. Дин то и дело поглядывает на Кастиэля, пытаясь понять, злится ли тот, но на лице Новака застыла маска непроницаемости. После завтрака Кастиэль настаивает на том, чтобы обработать разбитую губу Дина. Тот сначала отмахивается, но в конечном итоге сдается под напором Новака. Парень героически сдерживает порыв промычать от боли, когда ватный диск со спиртом прижигает ранку. Кастиэль слегка касается чужого подбородка пальцами и старается делать все максимально нежно, чем вызывает у Дина легкое смущение.       Винчестер позволяет себе немного попялиться на лицо Каса вблизи. Его синие глаза сосредоточены на губах Дина, и он не замечает, насколько обескуражен парень в этот момент. Дин и вправду не помнит, чтобы кто-то так заботился о нем, особенно при такой незначительной травме. Он непроизвольно облизывает губы, отчего тут же получает легкий шлепок по плечу от Каса. До парня вдруг доходит, что он сделал, поэтому он начинает широко улыбаться, и губа снова кровоточит. — Ну что ты делаешь, — ворчит Новак, беря новый ватный диск. — Испортил все мои старания. Не облизывай свои губы! — А чьи можно? — Дин, как обычно, переводит все в шутливый флирт.       Кастиэль лишь слабо улыбается и вновь осторожно промакивает ранку. Дин на мгновение щурится от жжения, но послушно сидит на месте, пока Новак не заканчивает процедуру. — Тебе нужно поспать, — Кастиэль кивает на диван. — Можешь прилечь здесь. — Да ладно, — Дин тихо вздыхает. — Не хочу портить твой выходной, я поеду к себе… — Я все равно буду дома до вечера, а ты устал. Нет нужды уезжать прямо сейчас. — А… — Винчестер замолкает, когда Кастиэль склоняет голову набок, ожидая продолжения. — Спасибо, Кас. — Тебе незачем благодарить меня, — только и отвечает Новак, прежде чем уйти из гостиной в ванную.       Дин тихо вздыхает, усаживаясь на мягкий диван. Ему так сильно хочется спать, что он готов вырубиться прямо на полу. Он укладывается на подушку и прикрывает глаза. Губа все еще немного саднит, но внезапная забота Кастиэля согревает сердце Дина. Винчестер не понимает, почему Новак готов терпеть все его выходки. Неужели его отец так хорошо платит за то, чтобы Кас присматривал за ним?       Когда Кастиэль возвращается из ванной, он обнаруживает, что Дин уже уснул. Ему требуется несколько секунд, чтобы отвести взгляд от спящего Винчестера. То, как мило приоткрыты его губы и поджаты ноги, не дает Новаку быстро оторвать свой взгляд. И если бы в квартире не было так тепло, Кас укутал бы парня теплым пледом для полной гармонии.       Когда Дин просыпается, он не сразу понимает, где находится. Резко вскакивает с дивана, а затем воспоминания проносятся в его голове, словно табун лошадей. Винчестер шумно выдыхает и вновь плюхается на мягкий диван, окончательно приходя в себя. Закатные лучи солнца ласкают стены через приоткрытое окно. Дин понимает, что продрых весь день, настолько он вымотался за последние сутки. Кастиэля нигде не видно. Дин решается пройтись по квартире. Дверь в спальню Новака закрыта, поэтому парень неловко топчется на месте, прежде чем постучать. — Уже проснулся? — Кас выглядывает из комнаты, и на его лице сияет мягкая улыбка. — Ага, — Винчестер прищуривается и чешет затылок. — Твой диван на удивление удобный. Спал как убитый. — Ну, рад, что ты выспался, — тихо хмыкает Новак, поглядывая на настенные часы. — Прости, но мне скоро нужно быть на важной встрече, я не смогу отвезти тебя домой, как говорил ранее. — Вызову такси, — Дин лишь пожимает плечами, чувствуя легкое разочарование. — Ты мне и так здорово помог.       Кастиэль ничего не отвечает и проходит в гостиную. Винчестер следует за ним, отмечая про себя, что Новак приоделся. Видимо, встреча действительно важная. А может, это очередное свидание? Дин проглатывает ком в горле. Что бы это ни было, это не его дело.

***

      Ожидаемое похолодание, вплоть до заморозков, накрывает город. До Рождества пару недель, но все вокруг уже сияет изобилием гирлянд и украшений. Город превращается в светящуюся елочную игрушку. Атмосфера предстоящего праздника располагает к расслабленности и немного детской беззаботности. Дин не может дождаться зимних каникул, чтобы отдохнуть от учебы, но сначала ему нужно сдать несколько зачетов. И Кас здорово напрягает его своими занятиями, чтобы баллы были соответствующими. — У тебя есть планы на Рождество? — как бы за между прочим интересуется Дин, жуя имбирное печенье, которое Новак принес с собой.       Кастиэль слегка удивлен таким вопросом. Он почти ни с кем не делится личным, но Дин всегда такой беззастенчивый, что это невозможно посчитать за попытку сунуть нос в чужие дела. Новак прикусывает губу, прежде чем ответить: — Да, мы с… другом будем отмечать вместе, в кругу его семьи. — Другом? — Винчестер прищуривается. — И как его зовут, кто он? — Дин, тебе не кажется, что некоторые вещи должны оставаться личными? — в этот раз Кастиэль не намерен делиться подробностями. — Ладно, — парень натянуто улыбается. — Прости, не думал, что имя лучшего друга может быть вселенской тайной… — Я просто… — Кастиэль тихо вздыхает. — Не особо люблю говорить о своем близком окружении с остальными. Не сочти за грубость. — А, то есть, я даже не в твоем близком окружении, — Дин действительно поражен услышанным. В последнее время они проводят столько времени вместе, что уже могли бы и сродниться.       Кастиэль теряется от такого вопроса. Сначала ему кажется, что это очередная поддевка от Винчестера, но тот выглядит так расстроенно, что Новаку требуется время, чтобы придумать правильный ответ. — Ясно… — Винчестер тихо фыркает. — Можешь не отвечать, Кас… Я все понял. — Дин, — Новак нервно сглатывает. — Давай проясним. Я просто присматриваю за тобой, мы не можем… быть близкими друзьями. — Почему это? — Винчестер подсаживается ближе, заставляя Кастиэля чувствовать себя неловко. — Что такого, если между нами будут хорошие отношения? — Тогда я не смогу быть строгим к тебе и не… смогу контролировать надлежащим образом.       Дин поражен откровенной прямотой мужчины. Кастиэлю нелегко дались эти слова, но это чистая правда. Он пообещал Джону, что приструнит Дина, а не станет его другом. — О как, — Винчестер отчего-то чувствует себя обиженным. — Думаю, — Кас пытается сгладить напряжение, — у нас и так неплохие отношения. Ты в последнее время старательнее учишься и меньше пропадаешь в клубах. Мы почти не ругаемся, что это, если не прогресс?       У Дина вообще пропало желание искать позитив хоть в чем-то. Слова Каса больно ударили его в самое нутро. Винчестеру казалось, что они потихоньку открываются друг другу в дружеском плане. Но, как оказалось, это было лишь одностороннее движение навстречу. Кас остался стоять на месте, в то время как приближался только Дин. — Что ж, я постараюсь не переходить выстроенные тобой границы, — почти шепотом отвечает Дин, откусывая печенье.       На душе так горько, что хочется заесть чем-то сладким. Какого черта он вообще привязался к своему надзирателю? Это стокгольмский синдром, или что? Легкая злость затапливает его изнутри, но Дин старается держаться равнодушно. Касу необязательно знать, что он чувствует себя отвергнутым. Но телесная реакция Винчестера и мимика достаточно красноречивы, чтобы Новак мог заметить очевидное.

***

      Дину удается закрыть все зачеты на отлично, и впереди полтора месяца зимних каникул. До Рождества считанные дни. Атмосфера праздника становится еще ощутимее. Дин курит травку, сидя на подоконнике в одной из комнат общежития. Внутри очень шумно и много пьяных людей. Винчестер поглядывает на Бенни, который сидит напротив и залипает в окно. На улице идет лапатый снег. Дин не знает, что он забыл на этой вписке, но здесь довольно весело. Или ему весело после травки? Он еще не определился.       Винчестер смотрит на время и чертыхается. Он обещал позвонить Кастиэлю час назад, чтобы тот его забрал. Дин кривится и пишет Новаку сообщение. Он просто надеется, что Кас уже забил на него и лег спать. Винчестеру хочется просидеть на этом холодном подоконнике целую вечность. Похоже, его затуманенный разум требовал этого. Но Кастиэль, как всегда, чертовски ответственен. Он пишет Дину, что будет через двадцать минут. Дин сам не знает, желает ли он уходить в разгар веселья. А потом осознает, что за ним приедет Кас. Что ж, не так уж и плохо увидеть его перед Рождеством.       Когда Дин вываливается из общежития, Кастиэль выходит к нему навстречу. В белой вьюге и при свете фонарей, Новак в своем черном кашемировом пальто похож на ангела смерти. О, Дин бы отдал свою душу этому жнецу. Винчестер накурен и даже не осознает, насколько абсурдны его мысли. Новак почти ловит парня на ходу, когда тот подскальзывается на замерзшей луже. Кастиэль сразу определяет, в каком состоянии Дин: расфокусированный взгляд, дурацкая улыбка и специфический запах травы. Винчестер явно под кайфом. — Твою мать, Дин… — ворчит Новак. — Ты же обещал, что завязал с этой дрянью. — Моя мать мертва, Кас, — отзывается тот, а затем болезненно улыбается.       Кастиэль тащит его в свою машину, пока с неба густым потоком сыплются белые снежинки. Дин на удивление послушен, пока они едут к нему домой. Кас обеспокоенно поглядывает на Винчестера, но тот тихо сопит себе под нос, разглядывая ночные пейзажи за окном. Из-за снега вся картинка сливается воедино, но Дин просто в восторге, словно маленький ребенок.       Дин не помнит, как попал в свою квартиру. Он лишь видит перед собой слегка обеспокоенное лицо Кастиэля, который снимает с него обувь и верхнюю одежду. Винчестер без задней мысли позволяет ему все. Новак доходит до джинсов и резко замирает. Дин выгибает бровь, заставляя Кастиэля закатить глаза. — Тебе нужно принять холодный душ, чтобы побыстрее прийти в себя. — Не хочу, — Винчестер качает головой. — Я просто лягу спать. Спать. Понимаешь? — Хорошо, тогда я побуду с тобой, пока ты не уснешь. — Жуть, — Дин нервно хихикает. — Будешь смотреть, как я сплю? Да ты чертов извращенец.       Кастиэль едва сдерживает порыв в очередной раз закатить глаза. Он осторожно берет Дина за запястье и тащит в спальню. Винчестер не противится, напротив, только больше раззадоривается. Его так и тянет шутить на сексуальные темы, ведь он прекрасно понимает, что что-то подобное невозможно между ними, и от этого еще веселее. — Боже, дорогой, ты такой нетерпеливый, — выдает Винчестер, когда Кас толкает его на кровать.       Новак садится в кресло у окна и скрещивает руки на груди, пока Дин валяется на спине и тихо смеется. Он не знает, что именно его смешит. Кастиэль просто ждет, пока Винчестера вырубит от усталости. — Не присоединишься? — Дин хлопает по кровати рядом с собой. На лице Новака — каменная маска. — Нет, спасибо. — А, понял, ты любишь наблюдать со стороны, — Винчестер снова заливается нездоровым смехом.       Кастиэлю совсем не весело. Дин редко бывает в таком состоянии, но лучше свести подобные выходки к нулю. Дин елозит на кровати, как постельный клоп. Ему не дает покоя тот факт, что Кас сидит так далеко и смотрит на него своим ледяным взглядом. — Ну же, подойди ко мне, — канючит Дин. — Поговорим о жизни. — Мне и тут нормально.       Винчестер недовольно фыркает и кладет голову на подушку. В его мозгу рождается гениальный план. Он начинает наигранно задыхаться, и Кастиэль мгновенно подбегает, забираясь на широкую постель. В этот миг Дин заканчивает представление и взрывается смехом, хватая Новака за руки. От неожиданности Кастиэль теряет равновесие и падает лицом на грудь Дина. Пару секунд Кас пытается понять, как он повелся на столь плохую актерскую игру. Когда он выпрямляется, нависая над парнем, Дин перестает громко смеяться, лишь наивно улыбается, словно ничего и не было. — Никогда больше так не делай, — почти рычит Новак, и этот жесткий тон заставляет Дина слегка вздрогнуть.       Кастиэль на мгновение застывает. У него не было желания напугать Дина, просто эмоции взяли верх. Винчестер продолжает смотреть на мужчину широко открытыми глазами, а затем резко жмурится, когда рука Новака касается его головы. Дину приходится снова взглянуть на Каса, поэтому он слегка заворожен синими глазами, в которых теперь плещется… нежность? — Прости, я… перегнул палку, — говорит Кастиэль, слегка поглаживая мягкие волосы Винчестера.       Дин не в состоянии что-либо ответить. Какого черта Новак так нежен с ним сейчас? Может, это все дурацкий сон? Дин слегка хмурится, прежде чем настойчиво поворачивает голову в сторону. — Что ты, черт возьми, делаешь? — ворчит он, чувствуя себя неловко.       Другой мужчина нависает над ним и гладит его по голове. Это какой-то абсурд. Даже под травой такое не померещится. Кастиэль шумно выдыхает и немедля отстраняется. Он садится на кровати рядом, пока Дин пытается выровнять сбившееся дыхание. Прикол затянулся. — Кас, личное пространство, слышал о таком? — уже более мягко добавляет Дин, не глядя на мужчину. — О, я уверен, что тебе не хватало личного пространства пару минут назад, когда ты звал меня к себе в постель. — Это была шутка, Господи… — Дин ерошит волосы на затылке.       Внезапно Кастиэль мягко улыбается, чем озадачивает Винчестера. Он снова хмурится, пытаясь понять, что именно рассмешило Новака. — Похоже, это помогло тебе слегка протрезветь, — шепчет Кастиэль, собираясь слезть с чужой кровати.       Но Дин хватает его за локоть и тянет назад. Теперь уже Винчестер нависает сверху. Тот самый Дин, который секунду назад говорил о личном пространстве. Кастиэль молча изгибает бровь, пока Винчестер пытается сдержать улыбку. Он плюхается рядом на живот и прикрывает глаза от усталости. — Это была месть. А теперь вали с моей кровати, я хочу спать.       Кастиэль шумно выдыхает. Он слишком стар для этого дерьма. Этот щенок явно не щадит его нервы. Новак молча встает с постели. Дин наблюдает за тем, как Кас расправляет свою одежду, прежде чем выйти из комнаты. Когда входная дверь захлопывается, Винчестер расслабленно выдыхает. Тысяча и одна мысль роится в его голове по поводу произошедшего. Во всем виновна чертова травка.