По старой дружбе

Гость вышел из Нуба с хлюпающим звуком. Его член уже успел обмякнуть, а сперма на его головке высохла. Густая жидкость мерзко чувствовалась внутри Нуба, её температура контрастировала с прохладой смазки, вызывая ещё больше неудобства, ведь горячесть ощущалась заметнее. Нуб сразу же сжал ноги вместе. Его конечности ужасно болели, и держать их раскрытыми уже было невыносимо. Как только можно было закрыть ноги, Нуб сразу же воспользовался такой хорошей возможностью. Хоть всё внутри и было растерто, что неприятно ощущалось для него, а весь процесс запомнился Нубу, как шокирующий, на его лице смогла расползтись довольная, но уставшая улыбка. Теперь, когда условие для возвращения дружбы выполнено, всё будет замечательно! —Гость, мы же теперь снова друзья? Не сдерживая глупого, нелепого от радости голоса спросил Нуб, улыбаясь чуть-ли не в зубы. Но взглянув на довольное, но мрачное лицо Гостя, улыбка сменилась на скорее нервную, а в груди поселилось нагнетающее чувство тревожности и сомнения. —О чём ты? Напряжение усилилось, и говорить стало сложнее. Ком в горле мешал сказать тысячу слов, вынуждая Нуба просто слабо промямлить объяснение. —Н-н-ну... Т-ты же обещал, ч-что м-мы снова будем друзьями, е-если... Больше ничего сказать не получилось, хотя Нуб собирался сказать очень многое. Гость промолчал, одеваясь и поднимаясь с дивана. Нуб решил не продолжать говорить дальше, тоже встал с дивана и потянулся за одеждой, которая неаккуратно валялась на полу. Одевшись, он посмотрел в ноги Гостя, как бы на прощание, собираясь показать, что он уже уходит. Но Гость, даже не обращая на него внимание, ушёл в другую комнату. Как только Нуб остался в гостиной один, он почувствовал, как к его глазам поступают тяжелые слёзы, и собираются неровно растечься по щекам, но он лишь часто заморгал, не позволяя себе плакать.