Потерявшаяся душа

По тропам густого, широко раскинувшегося леса, находящегося у подножия горы, шла высокая, статная фигура, одетая в длинное, белое ханьфу. Сзади, между черных, длинных волос развивались концы белой, лобной ленты. Это был никто иной, как Лань Ванцзи, доказательством тому было белое, словно выточенное из нефрита лицо, которое не выражало никаких эмоций. ‎ ‎Подле него шли двое охранников. Видно, Ханьгуан Цзюнь решил выбраться на ночную охоту. ‎ ‎Идя сквозь гущу деревьев, Лань Чжань почувствовал под своей ногой что-то твердое, явно не похожее на какой-то природный материал. Уж больно ровное оно было. Убрав ногу с предмета и взглянув на место, где он лежал, Ванцзи увидел серебряный шарик с аккуратно выгравированными узорами по всему его периметру и две маленькие веревочки, исходящие с обоих его концов. Один был для того, чтобы вещать вещь на одежду или куда-либо еще, а второй вел к махровой кисточке. То был колокольчик спокойствия - тот, который висел у каждого адепта ордена Юньмэнь Цзян. Парень в белоснежных одеждах наклонился и поднял вещицу, которая издала характерный звон, отдаваясь тихими отголосками где-то глубоко в подсознании. ‎ ‎Лань Чжань нахмурил брови. Не часто можно было найти этот колокольчик без законного хозяина. Только если с обладателем данной вещи могло случиться что-то серьезное, так как каждый адепт следил за этой вещью очень внимательно - она была очень ценной и труднодоступной в их нелегкое время. Так же этот колокольчик помогал заклинателям оставаться в здравом уме во время сражений с нечистью, которая каждый раз так и норовила захватить чей-нибудь разум и использовать человека в своих не очень хороших делах и целях. ‎ ‎Этот колокольчик показался Нефриту до боли знакомым, но вспомнить, кто был обладателем такой изысканной вещицы у Лань Ванцзи не было никакой возможности. ‎ ‎Внезапно, со стороны входа на гору послышались чьи-то тяжёлые шаги и шорох опавшей и иссохшей листвы. Лань Чжань насторожился, напрягаясь всем телом и вытягиваясь, словно по струнке, кладя руку на рукоять Биченя, готовый в любой момент пойти в наступление, будь это злой дух или же нечисть похуже. Но переживаниям Ланя не суждено было сбыться, из-за кустов показалась небольшая часть сиреневых одеяний, а затем на поляну вышел и сам обладатель этих одежд - Цзян Ваньинь. Заметив наследника клана Цзян, Ванцзи едва заметно выдохнул, понимая, что никакой бойни с темными силами не случится, как минимум, пока что, но при этом своей бдительности он не убавил, хотя руку от оружия все же отнял. Заклинатели поклонились друг другу в знак приветствия и Цзян Чен начал осматриваться по сторонам, явно пытаясь кого-то найти. Лань Чжань, не сразу заметив задумчивость адепта клана Цзян, все же решил поинтересоваться, что или кого с таким рвением пытался отыскать Ваньинь, задав вопрос в лоб. ‎ ‎-Молодой господин Цзян, вы что-то ищете? Или может вы кого-то потеряли? ‎ ‎Цзян Чен немного вздрогнул от резкого, но при том низкого голоса заклинателя на против, поворачивая голову в его сторону, упираясь взглядом в янтарные глаза, при этом почти сразу же отводя их снова, одновременно начиная медленно расхаживать по небольшой поляне, заглядывая под каждый куст и всматриваясь глубоко вдаль могучих деревьев, не забывая ответить на недавно заданный вопрос. ‎ ‎-Да, я пытаюсь найти здесь Вэй Усяня. Он сказал, что будет ожидать меня в этом месте, у подножия горы, пока я разбираюсь с некоторыми делами наверху. Вы, случаем, не видели его здесь или где-то неподалеку? ‎ ‎Глаза Ванцзи отразили небольшое беспокойство, но из-за того, что Цзян Чен ходил по поляне и даже не старался смотреть на Ланя, он не смог бы этого разглядеть. Поэтому придав своей внешности более непринужденный вид и стараясь как можно скорее успокоить внезапно разбушевавшееся сердце, Лань Чжань все же ответил на вопрос собеседника. ‎ ‎-Нет, я его не видел. Но у меня есть одна вещь, которая не дает мне покоя. Вот, хотел у вас спросить, не знаете ли вы случаем обладателя данного предмета? Иначе, мне кажется, никто не хотел бы потерять столь драгоценную вещь. ‎ ‎Цзян Чен, наконец, спустя долгое время все же перевел взгляд на Нефрита, с интересом глядя в янтарные глаза альфы. Ванцзи уловил в выражении лица Ваньиня немой вопрос и, тяжело выдохнув, достал из-за пазухи серебряный колокольчик, который нашел всего пару минут назад. Он вытянул руку с вещью вперед, показывая ее недоумевающему альфе. Серебристое украшение слегка покачнулось от дуновения ветра, снова издавая мелодичный звон, так приятно ласкающий уши обоим заклинателям. ‎ ‎Ваньинь, пару секунд стоял в оцепенение, не веря, что такую ценную вещь мог кто-то потерять, но затем, с усилием оторвав ступни от земли, на не гнущихся ногах подошёл к Нефриту, стараясь как можно скорее забрать колокольчик у альфы, чтобы хотя бы попытаться понять, кем может являться обладатель этой драгоценности. Цзян Чен поднял руку и легко прикоснулся к колокольчику, стараясь ненароком не сломать вещь, будто она была сделана из какого-то слишком хрупкого материала, который от любого неосторожного прикосновения мог пойти трещинами и обратится в прах. Ваньинь покрутил его в разные стороны, рассматривая узоры на нем и замечая некоторые отличия от обычных колокольчиков: на нем были выгравированы какие-то иероглифы, которые сложно было разобрать из-за плохого почерка того, кто делал данные начертания, но Цзян Чену и не нужно было понимать, что там написано. Его глаза в мгновение округлились и налились кровью, заставляя брови парня быстро съехаться у переносицы, оставляя между ними лишь большую складку, кулак, в котором находилась вещица сжалась, впечатывая узоры колокольчика в мозолистую ладонь. Сам парень мелко задрожал от переполняющих его изнутри эмоций и, на одном лишь выдохе, произнес. ‎ ‎-Вэй Ин... ‎ ‎Лань Ванцзи, даже со своим отменным слухом, являющимся хорошой чертой почти всех адептов клана Гусу Лань, не услышал, что Цзян Ваньинь сказал, поэтому решил переспросить. ‎ ‎-Простите, что? ‎ ‎Цзян Чен впился свободной рукой в плечо Нефрита, сжимая его до побеления костяшек пальцев. Боли Лань почти не почувствовал, но явный дискомфорт присутствовал, поэтому Ванцзи почти сразу захотел убрать запястье альфы со своего плеча, уже занеся руку для того, чтобы выполнить желаемое, но резко осекся, замирая на месте, не в силах сделать лишнее движение. Наследник клана Цзян перевел свирепый взгляд на альфу, стоящего напротив. На его лице заиграли желваки, на виске можно было заметить едва выступающую венку, которая сильно пульсировала из-за прилившей к мозгам крови, а сам парень буквально кипел от злости, раздражения и жгучей ненависти, которая застилала его душу и разум. Через пару секунд Ваньинь все же повторил, хоть и через силу, сказанное им ранее имя, которое еле-еле вырвалось из уст юноши. ‎ ‎-Вэй Ин.... Он... Пропал... Это его... Колокольчик.... ‎ ‎Брови Ванцзи мгновенно свелись к переносице, выражая огромное количество эмоций в одном лишь взгляде, которые не каждый мог разглядеть. Ненависть, злость, растерянность, беспокойство и... страх? Не может быть, чтобы сам Ханьгуан Цзюнь мог чего-то бояться. Хотя он больше боялся не чего-то, а за кого-то. И это была правда, он боялся за Вэй Ина. Он не знал, что с ним могло случиться, где он может сейчас быть и что с ним происходит в данный момент. А вдруг его нашел клан Вэнь и похитил, дабы подвергать шантажу остальные кланы, в особенности Юньмен Цзян? Или Вэнь Чжао решил, что у него с этим мальчишкой есть собственные счеты, из-за того бунта в пещере черепахи-губительницы и из-за стойкой обороны Пристани Лотоса, и сейчас где-нибудь в темнице пытает его самыми ужасными пытками и выбивает из него жизненные силы самыми бесчеловечными и кровожадными способами, а бедный омега, в силу своего упрямства и стремления доказать свою силу и могущество, не сдается ни на секунду и  продолжает терпеть все те издевательства, которые преподносит ему этот бесчеловечный придурок? ‎ ‎От таких мыслей Лань Чжань вздрогнул, а по его спине табуном побежали мурашки. Волосы на загривке встали дыбом, а дышать стало в несколько раз труднее. По всему телу пробежался холодок, оставаясь в ступнях, буквально примораживая Ланя к земле, не давая и шанса сделать хоть какое-то движение. О том, что Вэй Усянь может уже давно быть мертв Ванцзи даже не думал. Зная этого проворного парнишку, тот точно бы смог найти какой-нибудь способ выжить. Он же словно таракан, которого ничто не берет. Уж больно он живучий. Но все равно небольшой страх за омегу присутствовал, медленно погружая мысли Нефрита в мрачную тьму, из которой почти невозможно было выбраться. В голове крутилось всего три слова "найти, спасти, защитить". Они словно бесконечной лентой прокручивались в голове альфы, не давая ему мыслить здраво и спокойно рассуждать, что ему делать дальше. Но в мыслях Ванцзи, где-то в самых затворках его подсознания что-то громко кричало ему одно слово. "Убей". Такое громкое и четкое, что оно стало перебивать все другие мысли, заставляя Ланя думать только об этом. И ведь это кричал сидевший внутри Лань Чжаня альфа, который был давно заперт и подавлен большим количеством медитаций, но сейчас он явно всеми силами старался выбраться наружу, чувствуя, что его, да именно его омеге грозит неминуемая опасность. ‎ ‎Но его внутренний альфа хотел не только защитить и спасти омегу из беды. Он хотел убить источник страдания бедного парня, чтобы больше ничто не могло ему навредить или побеспокоить. ‎ ‎Сущность альфы брала над Лань Ванцзи верх, распространяя по всей поляне терпкий запах сандала. Глаза второго Нефрита недобро блеснули и потемнели, превращая их из светлого, янтарного оттенка в грязный цвет старого золота. ‎ ‎Цзян Чен почувствовал изменения в запахе Ланя и поспешил закрыть нос рукой, чтобы не свалиться в обморок от столь сильного запаха другого альфы. Его примеру последовали и адепты из Гусу. Хоть они и были бетами, но они все равно ощущали, как воздух наполняется чем-то тяжелым, из-за чего было почти невозможно дышать. ‎ ‎Лань Чжань не мигая смотрел куда-то в пустоту. В его голове было несчетное количество мыслей, поток которых он не мог прекратить, но в один момент он моргнул, стараясь в одно мгновение отвести от себя все плохие мысли, постепенно возвращаясь в реальность. ‎ ‎-Найду, убью, ни за что не оставлю в живых. - сказал Нефрит куда-то в пустоту, но люди, находящиеся рядом с ним поняли, к кому было это обращение. ‎ ‎Скоро к Вэнь Чжао прибудут очень важные и особые гости. Но явно не с самыми хорошими новостями и, уж тем более, намерениями. ‎ ‎*** ‎ ‎Очнувшись после долгого пребывания в бессознательном состоянии, Вэй Ин попытался вспомнить недавно произошедшие события, постепенно восстанавливая воспоминания по маленьким кусочкам. Он помнил, как пошел с Цзян Ченом на гору в Илине, чтобы вернуть его опечаленному братцу золотое ядро и возможность дальше продолжать быть одним из лучших заклинателей своего клана, помнил, как ждал его у подножия горы, размышляя о разных вещах и вспоминая моменты с учебы в Облачных Глубинах, а дальше все перемешалось почти в одну кучу, где невозможно было вспомнить каких-либо подробностей: меч, Вэнь Чжао, гора Луаньцзан... а после было лишь только чувство падения и ничего больше. Он даже не помнил, как попал в это место. ‎ ‎Из последних сил омега попытался приподняться и осмотреть местность вокруг. Здесь не было ничего, кроме огромного скопления темной энергии, которая сильными потоками давила на Вэй Усяня. ‎ ‎Внезапно, парень начал слышать чьи-то голоса. Не веря, что тут может кто-то ходить и при этом не сталкиваться с тяжестью давления темной магии, Вэй Ин начал вертеть головой, в надежде найти источник этого голоса. Но тут же из разных мест начали доноситься еще больше голосов. Тогда омега понял, что живых тут в жизни не сыщешь, но зато мертвых здесь хоть отбавляй. И сейчас с ним разговаривали души умерших людей, которых, по всей видимости, тоже постигла ужасная участь, быть сброшенными в это убогое место. Прислушавшись, Усянь смог различить некоторые реплики. ‎ ‎-Ого, хорошая нам сегодня жертва попалась. ‎ ‎-Надеюсь, он не будет размазней, как те другие слабаки. Не хочу находиться в слабом теле. ‎ ‎-Ух и наиграемся мы сегодня! ‎ ‎Со всех уголков этого ненавистного всеми места начали собираться потоки темной ци, обволакивая своей тяжестью Вэй Ина, почти не давая ему свободно вдохнуть. Она постепенно начала проникать в его тело, создавая новое магическое ядро, но уже не золотое, какое было у любого заклинателя, даже самого низкого ранга, а черное, насквозь пропитанное темной энергией и всепоглощающей тьмой. ‎ ‎Вэй Усянь слышал противный смех душ, которые с яростным упоением овладевали его беспомощным телом. ‎ ‎В мгновение ока Вэй Ин оказался в паре метров от земли, поддерживаемый в воздухе силой множественным количеством духов. Тут же его кости начали по одной медленно ломаться, вызывая желание поскорее покинуть это бренный мир, оставив все эти страдания здесь, в этом ужасном месте, но никто не позволял омеге так просто распрощаться с этим миром, поддерживая его сознание в трезвом состоянии. Было ощущение, что парень прямо здесь и сейчас начнет выблевывать все свои внутренности, а те которые не смогли бы выйти самостоятельно он бы сам собственными руками вырвал из себя, вытащил через глотку. ‎ ‎На секунду Вэй Усянь почувствовал чувство полета, а затем водная гладь, пропитанная насквозь кровью мертвецов, начала медленно погружать тело молодого парня на дно. Но на удивление, он почувствовал только облегчение и даже какую-то легкость? Кости перестало крошить на мелкие куски, а желания достать из себя все органы будто никогда и не было. ‎ ‎Вынырнув из-под толщи воды, Усянь судорожно принялся откашливать жидкость, которая успела просочиться в его легкие. После того, как он все же смог избавить себя от ненужной влаги в органах, то незамедлительно поднялся на ноги, выходя на берег. Осмотрев состояние своего тела, он заметил изменения в одежде, но никаких внешних повреждений на нем не было. Черное, хлопковое ханьфу приятно прилегало к телу, не создавая какого-либо дискомфорта или скованности в движениях. Красный пояс приятно подчеркивал стройность фигуры омеги, придавая ей еще больше элегантности и привлекательности, а покоившийся на плечах Вэй Ина серый халат имел на концах рукавов и на его подоле красную вышивку, которая была похожа на огромные языки не стихающего пламени, придающую ему немного красочности. Посмотрев в свое отражение на поверхности водной глади, Вэй Усянь заметил и изменения в прическе. Вместо привычного конского хвоста теперь на его голове не было собранных волос, не считая небольшого хвостика, покоившегося на затылке, немного упрощая заклинателю жизнь тем, что волосы хоть и распущены, но в глаза особо не лезут и тем самым не мешают его обзору. Красная лента никуда не  делась, все так же находясь в волосах омеги, плавно развеваясь на ветру. ‎ ‎Вдоволь налюбовавшись своим новым внешним видом, Вэй Ин хмыкнул себе под нос и, заметив стоящий неподалеку сухой бамбук, решил отломить себе небольшую палочку, начиная проделывать в ней маленькие дырочки. ‎ ‎Теперь он знает, что будет делать все следующее свободное время. ‎ ‎Он заставит Вэнь Чжао молить его о пощаде на коленях. ‎