Бремя времени

Веки начинали слипаться, глаза болели от приглушённого света, падающего на исписанные неровным, размашистым почерком листы. Рука всё медленнее летала над бумагой, выводя каждое слово. Лиам опустил подбородок на раскрытую ладонь, прикрывая глаза всего на пару секунд, но сон быстро затуманил разум. Парень заклевал носом. Голова с грохотом свалилась на стол, резко приводя подростка в чувства. Лиам подскочил, распахивая веки, словно и вовсе не спал. Грифель снова врезался в белое полотно, продолжая брошенное на полпути слово. Ему начинало казаться, что его мозг готов в любую секунду расколоться на две части. События вырывались из пыльных архивов, закручиваясь в убийственный смерч. Лиам уже с трудом вылавливал воспоминания, пытаясь собрать их в полноценную нить, и протянуть её через длинные схемы, выведенные на бумаге. Сердце сжималось каждый раз, когда память выкидывала на свободу болезненные фрагменты, которые Лиам мечтал бы навсегда похоронить и забыть о них, как о страшном сне. Стайлз, Скотт, Кира… Подросток старался не упустить ни одной детали, сложить полноценную картину и вписать даже небольшую деталь, лишь бы всё вернулось к тому, из чего его так жестоко вырвали и выбросили. Взгляд непроизвольно опустился на один из листов. Зубы впились в губу, распарывая плоть, выпуская на волю пару ярких алых капель. По карандашу побежала трещина, под силой пальцев парня. Рука подхватила первую попавшуюся тетрадь, грубо кидая её на бумаги, скрывая от глаз вызывающе большую надпись в заметках, невольно приковывающую к себе всё внимание парня. «Ад» — как проклятие мерцало в голове, даже когда Лиам всеми силами старался отойти от воспоминания, перекрывая его другими событиями. Лиам мотнул головой, вырывая из тетради один из листов. Парень прикусил кончик карандаша, перед тем как приступить к главному списку. «Трейси» — первое пришедшее на ум имя. Лиам задумчиво сдвинул брови, протягивая тонкую стрелку ко второй половине листа. Пальцы на секунды застыли над бумагой перед тем, как вывести единственное, но такое тяжелое слово — «убита». Подросток задумался, разбирая дебри памяти. Через минуту на листе уже значились ещё два имени с припиской «жив». Немного подумав, Лиам дописал в одну из строк — «переехала». Ему понадобилось несколько минут, чтобы вспомнить всех химер, половину из которых он даже не знал лично. Рука вздрогнула, когда парню пришлось пометить Джоша, как погибшего от рук Тео. Язык нервно прошёлся по пересохшим губам, а пальцы перевернули страницу, чтобы скорее сбежать от того, что он упорно убеждал себя забыть. Парень отбросил карандаш, откидываясь на спинку стула. Голова кипела от мыслей и размышлений. С каждым разом, когда он углублялся в дебри своей памяти, боли становились всё сильнее, стягивая мозги в тугие тиски. В висках пульсировало от обилия информации, которую Лиам пытался пропустить через себя, параллельно режа кожу и органы изнутри. Но не только мысли заставляли его кости ломаться, а сердце — пробивать рёбра. Чёртова совесть вечно шептала на ухо, кричала о десятках смертей, которые Лиам мог бы предотвратить, спасти многих людей. Но в противовес этим мыслям, в голове пробуждался и второй голос. Голос Стайлза. Подросток вспоминал его слова, и быстро отметал даже малейшие сомнения. И возможно, Лиам бы назвал себя эгоистом, ведь он боялся что-то менять. Даже после стольких ужасов, его жизнь приобрела краски. Он смог стать ответственным, научился брать вверх над своим гневом. Его друзья в любой момент могли прийти по одному его зову. У него был тот, кто всегда был готов прикрыть спину, хотя в данный период времени, он бы в жизни не поверил в это, но в будущем именно так и произошло. Лиам не хотел терять это. Любой неверный шаг сломает всё, что построилось в будущем, и он, возможно, потеряет самых близких людей. Он не был готов идти на такой риск, чтобы спасти тех, со смертью которых он уже успел смириться. Лиам обречённо уронил голову на стол, с силой ударяясь лбом о ровную поверхность. Он ненавидел самого себя за такие мысли, но сделать ничего не мог, лишь с болью и виной смотреть на естественное течение событий. В голове зародилась до ужаса глупая и абсурдная мысль, которая заставила губы дрогнуть в истеричной улыбке. Чёртов Тео. Химера, которая причинила столько боли его стае, ему самому, смогла заставить Лиама поменять мнение о нём, так ещё и так по-глупому влюбиться. Иногда подросток задумывался, не могло ли всё происходящее быть очень жестоким, но умным планом Тео. Сначала забраться под кожу и сделать бету зависимой от себя, а потом перевернуть его жизнь с ног на голову. Но Лиам быстро откидывал этот вариант. Может, Тео и был очень умён и хитёр, но до такого бы он точно не дошёл. Не после того, как химера начала раскрываться перед Лиамом в новом, неизвестном никому больше свете. Тео был всего лишь ребёнком, чьё детство жестоко украли, а самого дитя извратили до неузнаваемости, сделав пустым оружием для убийств и достижения целей, а когда ребёнок стал показывать характер, скаля зубки, выбросили как ненужный никому мусор. Лиам со стоном оторвался от стола, потирая ушибленный лоб. Взгляд опустился на настольные часы. Яркая четвёрка кричала парню бросать размышления и идти досыпать оставшиеся часы. Мозг уже перестал варить, а глаза слипались. Лиам вздохнул, понимая, что это лучшее решение в данный момент. Тело устало повернулось на стуле к так и стоявшей заправленной кровати. Подросток потёр горящие веки, бросая взгляд на первые пробивающиеся в закрытые шторы лучи рассветного солнца, освещающего мятую постель. Лиам попытался встать с кровати, но крепкие пальцы, сцепившиеся на его запястье, вновь повалили тело на мягкий матрас. Подросток наигранно раздражённо сморщил нос, пытаясь выбраться из сильных рук, моментально обвивших его плечи, стоило бёдрам вновь приземлиться на край постели. Солнце слепило в глаза, а уже десятое сообщение в телефоне явно напоминало оборотню о стремительно приближающейся тренировке. — Тео, мне нужно идти, иначе я опоздаю, — возмущённо пробубнил Лиам, предпринимая ещё одну попытку встать с кровати, но химера грубо дёрнула его назад, заставляя парня завалиться ей на груди. — К чёрту тренировку, — хитро улыбнулся Тео, призывно прикрывая глаза. — Тебе легко говорить. Это ведь не тебе тренер потом вместо позвоночника вставит клюшку, — пробубнил Лиам, хотя даже не попытался встать с Тео. Руки парня удобно лежали на его бёдрах, подросток не хотел избавляться от такой приятной тяжести на коже. — Может хоть это поможет тебе не сутулиться. — Заткнись, хорошо? — Лиам схватил челюсть парня, слегка сжимая её, Тео замолчал, с интересом наблюдая за дальнейшими действиями беты. Подросток сократил небольшое расстояние, впиваясь в хитрую улыбку грубым, требовательным поцелуем. Зубы сцепились на нижней губе, пытаясь выбить изо рта химеры хотя бы отдалённо похожий на стон боли звук. Но Тео лишь сильнее сжал пальцы на его бёдрах, прижимая тело вплотную к себе. Резким движением, химера опрокинула уже несопротивляющегося парня на постель. Руки подхватили ноги под колени, заставляя Лиама согнуться почти вдвое, выбивая из губ подростка возмущённое мычание. Наглые пальцы скользнули вверх по бедру, забираясь под лёгкую ткань спортивных шорт. Лиам откинул голову, прикрывая глаза. Парень вслушивался в немного сбившееся сердцебиение Тео, пытаясь усмирить своё собственное. Ногти химеры царапали кожу на ягодицах. Лиам обхватил широкие плечи Тео, грубо сжимая плотную ткань футболки, скрывающую рельефные мышцы. Сердце сошло с ума, заглушая любые посторонние шумы. Лиаму понадобилось несколько долгих секунд, чтобы разобрать за собственными ударами звук уведомлений на телефоне. Оборотень с трудом оторвал губы Тео от своего лица, чтобы взглянуть на светящийся экран. — Чёрт, тренер уже начинает метать молнии, — вздохнул Лиам, садясь на кровать, химера закатила глаза, отползая в сторону. — Сбегаешь? — Улыбнулся Тео, отдёргивая края футболки. — Стратегически ретируюсь, — поправил Лиам, вскакивая с постели, подхватывая брошенную у стола сумку, — после работы заедешь за мной? — Сам дойдёшь, — усмехнулась химера, по-хозяйски разваливаясь на кровати. — Придурок, — буркнул Лиам, разглядывая расслабленное тело. Знакомые черты стали расплываться. Заправленная постель показалась слишком пустой. Лиам опустил тоскливый взгляд на сжатые в замок руки. Пальцы слегка дрожали. Подросток последний раз взглянул на исписанные бумаги, наконец-то поднимаясь из-за стола. Голова болела нестерпимо, ему лучше следовало потратить оставшиеся часы на сон, иначе завтра в школе он сам будет напоминать живой труп, которого только и остаётся добить, чтобы он не чувствовал этот горький осадок в сердце.

***

— У Трейси были не простые проблемы со сном, а конкретные, — Лидия нервно обернулась к компании, пробегаясь по всем встревоженным взглядом. — А теперь она сама стала кошмаром, и никому её не найти, — Лиам слушал друзей лишь вполуха. Голова нещадно трещала, глаза постоянно слипались, улавливать хотя бы часть информации приходилось с трудом. Подросток опустил взгляд в землю, пытаясь унять тошноту, раздражающе скользящую по горлу, словно играясь с его нервами. — Ладно, знаю, все устали и вымотались, — донеслись слова альфы до слуха Лиама. Скотт медленно обернулся на Мейсона, от которого несло восторгом, забивающим ноздри беты, — кроме тебя. — Ой, простите, — неловко улыбнулся Мейсон, — это всё такой взрыв мозга, — Лиам вздохнул, потирая пульсирующие виски. Слова пролетали мимо ушей. Парень проклинал весь день. Если бы не этот уже казавшийся глупым план, он бы точно предпочёл остаться в мягкой и тёплой постели, прячась от всего жестокого мира. — Лиам, мы позволили сказать ему, а не приглашать его в группу, — Лиам вскинул красные глаза на Стайлза, неопределённо передёрнув плечами. Он даже толком не услышал, о чём его спросили. Поток информации прекратил поступать в мозг сразу после имени. Ему приходилось додумывать и вспоминать сказанные друзьями фразы, потому что в ушах гудело, а мозг не мог нормально сконцентрироваться на разговоре. Перед глазами до сих пор мелькали имена и события, записанные его почерком. Тетрадь, ещё с утра брошенная в спешке, тяготила спину, обжигая кожу иллюзорным адским пламенем. Лиам толком не помнил, что записывал туда, большинство заметок так и остались валяться в безумном хаосе на его столе. Родители точно не поймут, если вдруг кто-то из них осмелится убраться в кошмаре, который вечно творился в комнате сына, и найдёт эти записки безумца. — Сейчас нам уже пора на занятия, но если кто-то из вас увидит Трейси, немедленно сообщите мне, — произнёс Скотт, бросив взгляд на бледного Лиама. Парень задумчиво прикусил губу, но ничего не сказал, хотя бета почувствовала, как беспокойно вздрогнуло его сердце. Стая незаметно разбежалась по парковке. Лиам опомнился лишь когда его тело грубо встряхнули знакомые руки. Парень поднял вопросительный взгляд на друга, встречаясь с встревоженными глазами Мейсона. Подросток нервно улыбнулся, поспешив вернуться в школу и занять класс, только бы Мейсон не начал свои излюбленные опросы, в этот раз у Лиама совершенно не было ответов. Он даже не знал, что за тварь была способна на путешествия во времени. Он бы мог попросить Стайлза, или лучше Лидию помочь с этим, но тогда точно придётся посвящать их во всю ситуацию. — Лиам, с тобой всё в порядке? Ты плохо выглядишь… — Мейсон, — резко перебил его Лиам, оборачиваясь на друга, — у тебя ведь осталась та книга про существ? — Конечно, — кивнул друг, нервно приподняв уголок губ, — думаешь найти что-то о Трейси в ней? — Нет… то есть, да. Может, там будет что-то о таких, как… Трейси, — Лиам заикался. Раньше он умел врать лучше. Сейчас мозг совсем не хотел помогать своему хозяину и как-то способствовать наглой лжи. — Лиам, я могу сам поискать нужную информацию. Ты и так выглядишь мягко сказать ужасно, а я хочу помочь вам. — Нет! — Воскликнул Лиам, поджимая губы. Мейсон удивлённо посмотрел на друга, — то есть… не нужно. Я, правда, в порядке и могу сам изучить книгу, тебе не о чём переживать, — Лиам попытался улыбнуться, но по лицу друга понял — получилось у него паршиво. — Ну ладно… можешь взять книгу. Она в моём шкафчике. — Прекрасно, тогда… идём? — Лиам схватил запястье Мейсона, слишком грубо дёрнув его руку. Парень пошатнулся, послушно последовав за другом. — Ты точно не в себе, — прошептал Мейсон, но слова уже привычно пролетели мимо ушей, не достигнув пульсирующего мозга.

***

Треск тревоги, разлетевшийся по коридорам школы, ударил по ушам, выводя Лиама из сонного транса. Парень опомнился, резко отдёргивая палец от кнопки сигнала. Из-за угла послышалась паника и чьи-то быстрые и тяжёлые шаги. Оборотень поспешил в сторону звука, быстро находя взглядом болтающееся без чувств тело Трейси в руках Скотта. Альфа выскочил из школы, теряясь среди ослепительно яркого солнечного света. Взгляд оторвался от спины друга, медленно, против воли собственного разума, перескакивая на девушку, застывшую в дверях класса. Лиам сглотнул внезапно образовавшийся в горле ком, на негнущихся ногах подходя к Хейден. Она была удивлена, и даже шокирована. От неё тянуло вязким запахом страха, заставляющим сердце оборотня непроизвольно сбиться с ритма, ладони вспотели, желая обнять и успокоить душу девушки, но Лиам не мог позволить себе подобного. По многим причинам. — Она даже не из моего класса. Куда её понесли? — Спросила Хейден, заметив подошедшего парня. — Наверное, в больницу, — неопределённо пожал плечами Лиам, всеми силами стараясь избегать её взгляда. Он смотрел куда угодно, но только не в её кофейно-сладкие глаза. Противный металлический запах ударил по носу, и Лиам резко опустил взгляд на руку девушки, только сейчас замечая, как дрожат её пальцы, сжатые на кровавом запястье. Словно вспышка, перед глазами возникла одна из страниц, брошенная на компьютерном столе, а вслед за ней появилась ещё одна картина. Картина, которую Лиам не хотел выкапывать из дебрей памяти. Бледное тело девушки, потухающее в его руках. Плотно закрытые глаза и потерявший весь привлекательный блеск взгляд. — Тебя проводить? — Произнёс Лиам сухими губами. В ушах загудело от воспоминаний. Мозг старался успокоить сердце, подкидывая дальнейшие кадры, но это не помогало избавиться от уже пережитой боли. — Я и сама дойду, — бросила Хейден. Лиам лишь кивнул, облизнув пересохшие губы. Девушка поспешила уйти подальше от парня, но в последний момент обернулась на него, и по спине подростка побежали мурашки. Они встретились глазами, и в голове оборотня проснулось ещё одно событие, которое неумолимо приближалось. Парень сорвался с места, устремляясь к выходу. Ему нужно было немедленно покинуть эти чёртовы стены и коридор, пропитавшийся сладковатыми духами девушки и её кровью. Голова закружилась с новой силой. События запустили свой ход, и Трейси была отправной точкой, которую Лиам не мог обойти. С каждым часом, с каждой химерой, подросток всё чаще задумывался о том, чтобы бросить этот тупой план и помочь им, но в противовес снова ставил все те жизни, которые сохранились в будущем. Лучшее, что он может сделать для будущего, — это оставить прошлое в покое и не пытаться успокоить уже взбаламученную воду. — Лиам, — тёплое касание к плечу привело парня в чувства. Подросток затормозил, удивлённо взглянув на обеспокоенную девушку. Кира оглядела Лиама, бросая взгляд на открытые двери, — они что, повезли её в ветклинику? — Д-да. Они хотят, чтобы Дитон выяснил, что с ней не так, — Лиам нервно поглядывал на выход, перебирая пальцами края кофты. — Она убила двоих, вот что с ней не так. Своего отца, а, по словам Пэрриша, ещё и своего психиатра, — Лиам посмотрел на Лидию, до боли прикусывая внутреннюю сторону щеки. Ещё две смерти, о которых он совершенно забыл. Даже не зная людей, их гибель приносила болезненные удары по голове, словно он обязан был это предотвратить, но лишь стоял на месте и наблюдал, за что и расплачивался своим состоянием. — У неё есть хоть кто-то, чтобы с ним поговорить? Мама? Родственники? — Альфа! — Лиам удивлённо уставился на Лидию, не сразу складывая слова воедино, — раз она оборотень, у неё должен быть альфа. Ведь так? — Подростку захотелось усмехнуться, но он сдержал себя. Если Тео и был готов выслушать кого-то, то только из личной выгоды. Хотя он никогда и не был официальным альфой, да и этот статус быстро стёрся из истории, ни разу больше не упоминаясь им после возращения из ада, — кто-нибудь знает о новеньких в Бейкон-Хиллс? — Нет, но есть кое-кто из старых. Из старейших. И мы её знаем, — Кира посмотрела на Лиама, и он слабо кивнул, напоминая себе о плане. — И её стаю, — вздохнул он. Оказывается, зная правду, разыгрываться спектакли становится ещё сложнее.

***

Свежий воздух отрезвлял. Лиаму даже показалось, что его лёгкие прочистились от шипов, и он мог спокойно вдыхать полной грудью. Хотя руки продолжали слегка потряхивать, но, похоже, это стало уже постоянным состоянием его организма, с трудом справляющегося с навалившимся стрессом. Лиам прикрыл глаза, на пару секунд отрезая себя от реального мира, наслаждаясь знакомыми ударами мяча о ворота. Он даже смог представить, что до сих пор находится в своём времени и лишь отдыхает на тренировке, перед тем как снова выйти на поле. Но стоило подростку открыть глаза, а взгляду наткнуться на спортивное тело, бесстыдно выставленное всем на показ, как ноги моментально подкосило, а тошнота подступила к горлу. Бретт. Живой, настоящий, стоящий перед ним во всей своей безупречной физической форме. Только вот в голове Лиама эта картинка моментально рассыпалась на тысячи осколков. Сочное зеленое поле перед глазами вдруг померкло, превратившись в серую полосу асфальта, усеянную осколками фар и капельками крови. Яркое солнце потемнело, погружая всё вокруг в сумрак, тело напряглось, ощущая десятки взглядов, полных отвращения и гнева. Лиам моргнул, пытаясь отогнать наваждение, но оно лишь крепче вцепилось в его сознание. Он видел Бретта, видел его изуродованное тело, а рядом бледнеющую сестру. Асфальт залился кровью. Шум проезжающих где-то вдали машин сливался в оглушительный рев, каждый звук которого отдавался болью в висках. Лиам закашлялся, хватая ртом воздух, словно тонул. Ему казалось, что он чувствует запах бензина и металла, слышит предсмертный и испуганный голос Лори. — Так он тоже оборотень? — Лиам моргнул, удивлённо оглядываясь на Мейсона. Зрение прояснилось, возвращая мозгу краски, а телу — реальности. — Ага, — почти неслышно пропищал Лиам, пытаясь побороть тошноту. — Становится всё круче и круче, — улыбнулся Мейсон, разглядывая рельефные мышцы чужого тела, даже не обернувшись на друга. Подросток был только рад этому, потому что иначе изо рта парня снова полились бы вопросы, на которые оборотень не то, чтобы не ответил, он бы совсем потерял сознание. Лиам со стороны наблюдал, как Мейсон слишком уверенно подозвал к себе Бретта и показал фотографию девушки. Бета изо всех сил старалась не смотреть на оборотня, избегая его взгляда. Лиам боялся, что если вновь встретится глазами с Бреттом, то нервы точно не выдержат, и он свалится без сил прямо на поле. Приходилось перебирать в голове абсурдные мысли, только бы не думать о будущем и длинной ночной дороге, обагрённой кровью бывшего сокомандника. — Милая, но я её никогда не видел, — мотнул головой Бретт, возвращаясь к сборам своей сумки. Лиам следил за его руками, нервно облизывая губы. Во рту пересохло, слова застряли в горле. Лиам понял, что должен что-то сказать, только после того, как по его рёбрам прилетел ощутимый удар локтём от друга. — А Сатоми могла обратить её без твоего ведома? — Прохрипел подросток, прочищая горло. — После того списка смертников Сатоми больше никого не обращает, — словно издеваясь, Бретт уставился в лицо Лиама, неосознанно заставляя подростка вскидывать взгляд на его глаза. Колени задрожали, норовя свалить тело на землю. — Значит, вот как это бывает. Альфа-оборотни просто берут и кусают людей? — Лиам был впервые настолько благодарен другу за его любопытство. Бретт перевёл взгляд на Мейсона, позволяя оборотню облегчённо выдохнуть. — Или оборотнями можно родиться, как мы с сестрой, — пожал плечами Бретт, — Сатоми приняла нас, когда наша семья погибла в пожаре, — Лиам бегал взглядом по полю, рукам оборотня, его телу, лишь бы не смотреть в чужие глаза, вызывая в себе ещё большие приступы вины. Внимание парня зацепилось за знакомое украшение, застывшее на экране телефона. Мысли сбежались в кучку, пытаясь помочь подростку сопоставить события и направить его в нужную сторону. — Парни, я, кажется, что-то нашёл, — прошептал он, разглядывая серебряный кулон на шее Трейси.

***

— Уверен, что знаешь, куда идёшь? — Поинтересовался Бретт, блуждая взглядом по кронам деревьев, скрытых в темноте ночи. — Я знаю, где я нахожусь, — прошипел Лиам, признаваясь сам себе, что совершенно не понимает, где находится. — Я тоже, в какой-то глуши, — улыбнулся Бретт, и оборотень попытался сдержать внутреннее раздражение, которое, будто бы специально выползло из глубин сознания, чтобы заглушить убийственные воспоминания и картинки, возникающие каждый раз, когда Лиам бросал взгляд на бывшего сокомандника. Мысли подростка прервал резкий удар и последующий напряжённый голос. — Парни, — Лиам и Бретт обернулись назад, быстро подбегая к большому углублению в земле, откуда и звучал голос, — кажется, я нашёл её. — Кулон видишь? — Спросил Лиам, опускаясь на край ямы, пытаясь высмотреть в темноте знакомые очертания кулона. Но что-то в груди неприятно тянуло. Что-то было не так, а он совсем не мог припомнить этого момента. — Нет, не вижу, — Мейсон несколько раз прокрутился вокруг себя, скользя светом фонарика по вязкой грязи. Бретт закатил глаза, протягивая ладонь в яму. Мейсон принял помощь, и оборотень с лёгкостью вытащил человека из земляной ловушки. — Лиам, я… ты, кажется, говорил про карстовую воронку… — Мейсон задумчиво обернулся на сгорбленную спину друга, аккуратно опускаясь на корточки рядом с ним, оглядывая неровные сыпучие края ямы. — Допустим, — кивнул Лиам. — Я про то, что… посмотрите на следы и на эту грязь, — Мейсон ткнул пальцем в кусок земли, заставляя шестерёнки Лиама в голове начать крутиться, разрывая уже плотную стену паутины. — Она не упала сюда… — Бретт скрестил руки на груди, заглядывая внутрь. — Её тут закопали, — пустым голосом закончил Лиам, бросая взгляд на темнеющую в ночи тропу. Ему захотелось врезать себя по лбу за глупости. И как он мог забыть? Опять. Иногда ему казалось, что он мог и не пытаться идти по тому же пути. Несмотря на знания, он всё совершал одни и те же ошибки, даже не желая этого. — Может, она вернулась за ним? — Лиам бросил взгляд на Бретта, кажется, он прослушал часть их разговора, пока мысленно корил себя за собственную тупость, — Лиам, что думаешь? — Это не та яма, — раздражённо выдохнул Лиам. — В смысле? — Нахмурился Бретт. — Та была ближе к мосту. Намного ближе. Это другая яма, — Лиам нервно отошёл в сторону, проводя ладонями по лицу. Воспоминания вновь проснулись, возвращая нестерпимую боль в голове. — Тогда, кто выбрался из этой? — Подросток бросил взгляд на Мейсона, потом на яму. Мыслительный процесс запустился против воли, словно Лиаму было мало той боли, которую он уже ощущал в своей голове. Лишь звонок телефона спас его от второй волны, но радость не была долгой. Стоило Лиаму увидеть имя звонившего, как память услужливо подкинула ему другие воспоминания, заставляя пальцы нервно сжаться на невинном устройстве.

***

— Тео, молодец, что наложил жгут, возможно, это спасло ей жизнь, — Лиам и Скотт спешили по коридору. Слух подростка уже издалека зацепился за знакомое имя, заставляющее его тело напрячь все мышцы, а сердце зайтись в болезненном темпе. Парни остановились около друзей. От них тянуло тревогой и страхом, вперемешку с уже высохшей кровью. Лиам сморщил нос, мотнув головой, стараясь отогнать ненужные детали. Взгляд скользнул по беспокойным лицам, непроизвольно задерживаясь на единственной фигуре. Парень сглотнул вязкий ком, против воли вслушиваясь в спокойный ритм, вдыхая знакомый аромат. — Короче, её везут в операционную. Это займёт какое-то время. Есть ещё какие-то сверхъестественные детали, о которых мне нужно знать, или мы просто накладываем швы и надеемся на лучшее? Словно почувствовал на себе чужой взгляд, Тео обернулся на Лиама. Всего на секунду в его глазах промелькнуло удивление, но сердце сохранило раздражающее спокойствие. Подросток ненавидел это. Сколько времени он потратил тогда, чтобы добиться от этой химеры хоть немного искренности, и как бесился, когда Тео вновь начинал отгораживаться от него, и прятаться за притворным спокойствием. Время словно замерло, когда их взгляды встретились. Ни один не хотел отступать первым, оба прожигали друг друга молчаливым, но напряженным взглядом. В глазах Тео плескалось какое-то холодное любопытство, словно он рассматривал интересный экспонат под стеклом. Лиам же, напротив, не мог скрыть бурю эмоций, кипевшую внутри. Злость привычной волной нахлынула на сознание, погружая всё вокруг в белый шум. Секунды тянулись мучительно долго, превращаясь в целую вечность. Никто из них уже не слушал чужие разговоры. Лиам пытался скрыть свои чувства, замаскировать их под обычный стресс из-за подруги, но это было бесполезно. Тео был слишком проницателен, он видел его насквозь. Всегда видел, единственное, что изменилось в будущем — Лиам позволил ему видеть себя настоящим, без фальшивых эмоций. И эта чёртова привычка сейчас сыграла против него самого. Тео вопросительно вздёрнул бровь, задавая немой вопрос. В глазах химеры было столько невинности и непонимания, что если бы подросток не знал его, то точно поверил в эту идеальную маску доброго парня, которого Тео строил из себя перед всеми. Лиам сглотнул, почувствовав, как во рту пересохло, и отвёл взгляд, не в силах выдержать этого давления. Лишь одно его присутствие заставляло Лиама напрячься, казалось, Тео мог спокойно прочитать его мысли и узнать все планы, лишь посмотрев в глаза подростка. Он засунул руки в карманы, пытаясь скрыть дрожь, которая пробежала по всему телу. Тео не был дураком, он всегда был наблюдательным и проницательным. В чужих глазах мелькнуло что-то похожее на подозрение. Уголок губ парня слегка изогнулся в интересе. Лиам прикрыл глаза, мысленно перечисляя все известные ему оскорбления, пытаясь хоть немного успокоить поток мыслей, закружившихся в голове, и унять дрожащие руки, желающие вцепиться в шею Тео, и то ли придушить химеру, то ли впиться в наглые губы, чтобы стереть раздражающую ухмылку с лица. — Но там были и другие. Люди в масках, — Лиам мотнул головой, обращая внимание на Малию. Ему больше нельзя было думать о подобном. Щёки налились кровью, а сердце ускорило темп, подросток всё ещё ощущал его взгляд на себе, и тело инстинктивно реагировало на чужое внимание.

***

Лиам устало перелистнул уже третий десяток листов, зрение начало расплываться. Буквы плясали перед глазами, сливаясь в неразборчивые каракули. Спина затекла, а в висках противно пульсировало. Казалось, что голова наполнена ватой, и каждое слово, каждое предложение приходилось продирать сквозь этот туман усталости. Веки наливались свинцом, и Лиам уже едва сдерживал зевок. Он моргал, тёр глаза, но всё было тщетно. Книга казалась бесконечной, а нужная информация ускользала, словно песок сквозь пальцы. Внезапно что-то привлекло его внимание. Неясное, едва уловимое, но достаточно сильное, чтобы вырвать его из полудрёмы. Лиам встряхнул головой, прогоняя остатки сна, и снова уставился на текст. Буквы всё ещё расплывались, но заголовок проступил отчётливее остальных, прибавляя бодрости. Он провёл пальцем по строчкам, пытаясь сфокусироваться и прочесть расплывчатые фразы. «Глава седьмая: Стражи Хроноса и искажение временных линий» — Лиам несколько раз перечитал заголовок, пытаясь уложить информацию в сонном мозге, перед тем, как перейти к хоть и небольшой, но объёмной статье. «В большинстве культур время почитается как непреклонная сила, управляющая циклом жизни, смерти и возрождения. Однако, как и у любой великой силы, у времени есть свои стражи и те, кто стремится к извращению его естественного хода. В этой главе мы исследуем малоизвестные культы, связанные с манипуляциями временем, и особенно — печально известный орден Стражей Хроноса». Зевота снова подступила к горлу, и Лиам с трудом сдержал её, стараясь не потерять нить повествования. Глаза слипались, но мысль о том, что он может найти хоть какую-то зацепку, придавала сил. Не отрывая взгляда от текста, Лиам нашарил в завалах на столе чистый лист бумаги и ручку. Медленно, вчитываясь в каждую букву, он начал переписывать ключевые моменты из статьи, борясь с неумолимым желанием закрыть глаза и провалиться в объятия Морфея. «Стражи Хроноса — тайное общество, возникшее в Древнем Египте, предположительно, вокруг забытых ритуалов, найденных в запечатанных камерах пирамид. Они верили, что время — не просто линейная прогрессия, но и хрупкая ткань, которую можно разорвать и переписать. Основная доктрина культа заключалась в том, что только они, «избранные», способны поддерживать «истинный» ход времени, вмешиваясь в него, когда это необходимо, чтобы предотвратить катастрофы или восстановить утраченный баланс. Однако, в отличие от других культов, стремящихся к контролю над будущим, Стражи Хроноса сосредотачивались на прошлом. Они верили, что, изменяя ключевые события в прошлом, можно предотвратить нежелательные последствия в будущем. Эта философия привела их к еретическим практикам, включающим тёмную магию, ритуалы жертвоприношения и, по слухам, путешествия во времени с использованием древних артефактов и заклинаний». Лиам удивлённо отклонился назад, потом снова приблизился к книге, несколько раз перечитывая последние предложение. В голове набатом стали повторяться чужие слова, которые продолжали преследовать его во снах. Лиам нахмурился, удивлённо приоткрывая рот. Взгляд с беспокойством перескочил на следующий абзац, хотя парень не ждал ничего хорошего от информации, которая располагалась под подзаголовком: «опасность». «Практики Стражей Хроноса считались крайне опасными и осуждались большинством древних цивилизаций. Вмешательство во время, даже с благими намерениями, может привести к непредсказуемым и катастрофическим последствиям. Временные парадоксы, альтернативные реальности и исчезновение целых цивилизаций — лишь некоторые из возможных результатов искажения времени» — Лиам поставил последнюю точку, и ручка выпала из ослабших пальцев. Он попытался убедить себя, что это всего лишь статья в старой книге, полная нелепых теорий и бездоказательных утверждений. Просто сумасшедший вымысел, не имеющий ничего общего с реальностью. Но странная, необъяснимая тревога уже поселилась в груди, холодными щупальцами оплетая сердце. Предложения из книги отзывались эхом в его сознании. Он пытался отмахнуться от этой мысли. Но чем больше он пытался заглушить этот голос сомнения, тем громче он становился. Вопреки всем своим бесполезным сонным убеждениям, Лиам понял, что если то, что написано в книге, действительно, правда, если он столкнулся с настоящим Стражем Хроноса, то у него большие проблемы. Потому что перемещение во времени — это лишь вершина айсберга, и он был заброшен назад не просто так.