зомБИнмт

Как думаете, в чём смысл жизни? Уверен, вы скажите, что смысл - каждый для себя определяет сам. И да, это правильно. Так, в чём смысл жизни, такого обджекта, как Курасан? С начала его смысл жизни был в том, чтобы жить со своими друзьями и не знать забот. Но после того, как начались соревнования, его главной целью стало обрести этот заветный миллион-тысяч. Но после пятого испытания его исключили от туда. Так, где он сейчас? Что с ним случилось - понятно, на тот момент ведущий - Краткий превратил хлебо-булочного в обычный круассан. А что с самим Курасаном? Его сознание отправилось в тёмное и непонятное место, где он проводил всё, то время, что остальные участвовали, уже в седьмом испытании, даже уже без Краткого. Но Курасан всего этого не видел. Тёмное, абсолютно черное место, с красным полом, нет ни начала, ни конца. По этому месту, начиная со своего исключения бродит одинокий Круассан. — Суши боже... я знаю, что никогда не верил в тебя и считал ересью, но молю... Прости меня за всё и позволь мне вернуться назад, к моим друзьям. Я жалею о всех своих грехах и хочу обратно, домой! Курасан ходил, сжав руки, по красному, бесконечному пути, не зная, что делать дальше. И так, в один момент, послышался чей-то голос. — Курасан... Это был не один голос, он был словно сдвоенный. Булка обернулся и посмотрел назад. В зади него шли фигуры. Прямоугольник и круг. Кто это был, догадаться не сложно. — Ч..что ? — Привет, Курасан. Это были Пикчер и Клеви, они тоже были исключены ранее. — О боже, мой! Пикчер, Клеви? — Ты тоже здесь? — Да... Теперь я тоже здесь. Курасан был растерян, это уже был не тот уверенный и злостный рогалик, как раньше. Он был расстроен и напуган, как никогда до этого в жизни. Они подошли поближе к нему и Пикчер, грустным голосом сказал, положив руку на Курасана: — Теперь, ты один из нас... И три этих несчастных, кинутых обджекта ходят по этому мрачному, тёмному месту, не зная, что делать дальше…. Уже идёт ИНМТ 9, никакого испытания не было, а исключение ещё не проведено. Стёрка всё переживала из-за из проигрыша, ну и Чашечки, само собой. Хоть, она и в конце концов, выступила за всех, всё равно, она так и не помирилась со своим друзьями. Чашечке и самой было плохо от этого, но принципиально, она не хотела даже пытаться помирится со своими бывшими друзьями, ведь обида засела в ней крепко и надолго. Замазыч тоже переживал из-за этого, хоть в силу своего спокойствия, не сильно волновался. А Цветущий май ликовал со второй победой подряд, Брялок уже думала, как выиграть третий раз подряд. Кнайф не был особо в настроении, в последнем испытании он проявил себя не слишком в позитивном свете, да и в принципе, из-за того, что происходит с Лампчкой, его настроение довольно в подавленном состоянии. В целом, общее настроение участников - не слишком поменялось с восьмой части, и все были плюс-минус одинаково в норме. Сегодня должно было состояться исключение, без испытания пока что. Ёшка - новый ведущий, хотел собрать всех в одном месте, перед доской с голосами. Банда скоро соберётся, дабы один из их участников покинул шоу. Никто из них и не задумывается, куда они попадут после этого? Очень зря…. Стёрка сидела с Замазычем, грустно и нервно смотря вниз. — Боже, Замазыч… что нам делать? В последнем испытании мы толком даже не поучаствовали! Всё из-за Чашечки! Всё из-за нас… из-за того, что абсолютно все о ней забыли. Это наша вина, и теперь кто-то из нас уйдёт! Боже мой, столько всего накопилось, это просто… Она закрыла лицо руками, чуть-ли не плача. Замазыч сильно переживал за состояние Стёрки. Он успокаивал свою двухцветную подругу, гладя её и говоря: — Спокойней Стёрк. Всё будет нормально! Я не знаю, кого из нас исключат, но надеюсь, что Чашечка сможет простить оставшихся. Если конечно, её саму не исключат… — Боже, Замазыч! Я так боюсь! Если Чашечку исключат, то мы навсегда так и останемся врагами! Я очень хочу с ней помириться… — Везде нужно искать хорошие стороны. Скажем, в таком случае - Чашечка наконец встретится с Курасаном! Стёрка, с волнующимися лицом, посмотрела на Замазыча. — Ах, да, я и забыл… она же и на него обиделась… Замазач собрал руки и отвёл взгляд. Пока Стёрка прижала руки к глазам и тихо говорила: — Почему именно сейчас? Почему у нас всё так плохо…. Из её глаз потекло немного слёз, и сама она начала дёргаться. — Вот вы где! К ним подошла Пшика, которая искала их. — Вы не видели Ёшку? У нас как-бы исключение должно быть, а чё-то его нигде нет. — Нет, мы не видели. Видя их грустные лица, Пшика подсела к ним. — Вы из-за Чахи, да? Замазыч медленно покивал ей. Пшика зачесала затылок, ведь помнила, что основные претензии у Чашечки были к ней. — Да… жаль конечно, что так вышло. Честно, я немного надеюсь, что меня выгонят от сюда. быть может, тогда у вас появится возможность поладить с ней. Стёрка убрала руки и удивлённо перевела взгляд на пульверизатор. — Что ты, Пшика! Никто не должен быть исключён! Любой вариант ужасен! Мы все должны быть дружны и держатся вместе! Просто, обстоятельства у нас - далеко не самые лучшие… В троём они сидели и грустили, ожидая, кто-же из них навсегда покинет коллектив. А в это время, Чашечка и Нансенсу забрели в лес. Густой и светлый, и такой успокаивающий. То что нужно разволновавшейся Чашечке. Она ходила по лесу и размышляла, о дальнейшей судьбе себя и "своей" команды. Своей в кавычках, потому что она уже не считала себя членом коллектива Банды, и считала, что не должна быть одной из возможных исключённых, и что всё это - не справедливо. В гневе, одновременно с грустью, она ходила по лесу, пока Нансенсу летала за ней, дабы та не потерялась в густом и большом лесу. Чашечка просто хотела остаться одной, ведь все её друзья от неё отвернулись, не считая Нансенсу конечно. Чашечка пережила смерть Курасана, и сейчас даже рада, что того нет рядом, и ей хотелось, чтобы кто-то из остальной тройки попал под прицел и больше не тревожил бедную Чашечку, своей предательской рожей. Долго идя, она всё-же остановилась где-то в лесу. После недолгой отдышки, она наконец присела, закрыв глаза, и стала просто сидеть и слушать звуки леса. Нансенсу парила над землёй, рядом с ней, при этом, ничего не говоря. Если говорить честно, Нансенсу до сих пор было всё равно. На что? Да на всё, это же Нансенсу. Единственное, всё-таки разум говорил ей поддерживать Чашечку, и наверно она действительно могла назвать её своей подругой. И как истинная подруга, она хотела содержать бедную фарфорку в покое. Чашечка села не пенёк и закрыв глаза, просто стала сидеть и дышать. Что-же там у ЦМая? Кнайф сидел за столом, где все обедали, и положив локоть на стол, думал о том, что было. В частности, ему буквально только что, сказали, что Курасана исключили. Он и раньше заметил, что его не было со всеми, но он тогда ещё не предавал этому значение. И теперь происходит ещё одно исключение Банды, над которым Кнайф и думает. Он немного переживал из-за Стёрки, всё-таки, она его верный друг, и он бы не хотел, чтобы она покинула их всех. С Замазычем, хоть и было недопонимание, но в целом он к нему был нейтрален. Пшика навещала ему, так, что к её уходу он будет не против. Чашечку он знает плохо, но он помнил о её тесном общении с Курасаном. Кнайф всё не мог про него забыть. Его злейший враг, некогда бывший другом. Он все соревнования молился о его уходе, но вот наконец, когда его действительно больше нету, он не был этому рад. Он вообще не знал как к этому относится. Где-то в глубине души, он хотел ещё раз взаимно пооскорблять друг друга, подраться. Но уже нет, поздно. Бутылыч сидел рядом с Брялком на траве, пока та с улыбкой записывала новую страницу в своем дневнике. Бутылыч довольно нервно поглядывал на свою подругу. Его искренни тревожила её ненормальная реакция на недавнюю победу. В последнее время, Брялок очень часто стала на всех кричать, агрегировать, да так, что гоняясь за победой, она напрочь исчерчила всю бумагу на холсте друга. Теперь бедный парень остался без хобби. Бутылыч конечно этого не показал, но он был очень опечален, и был крайне обижен на свою лучшую подругу. Но в силу характера, он никогда ей открыто не скажет протест, и так и будет быть податливым мальчишкой. Ему хотелось что-то изменить, но он никогда не будет в состоянии побороть свою стеснительность. Однако попытка не пытка. Так сегодня он, подойдя к Брялку, хотел что-то сказать по этому поводу. Утром, пока она ела, он подсел к ней. — Доброе утро Брялочек. — Ага, и тебе доброе. Она продолжала есть, отвечая с набитым ртом. — Знаешь, я бы очень хотел немного порисовать. Сегодня Банду будут исключать, и мне бы хотелось уделить этому время, пока есть. — Ну, все твои бумаги были использованы мной в стратегических целях. — Да, я про это. Он всё сидел и ждал, пока Брялок не скажет "извини". Но она так и продолжала есть, пока он с надеждой смотрел на неё. Поняв, что Брялок так и не осознала свою вину, он погрустнев, встал со скамьи и ушёл от стола, полный сожаления и грусти. Ёшка, всё мечелся. Вчерашняя ситуация с Кратким не давала заснуть, не давала трезво мыслить. Он не был на позитиве, как раньше. Тревожность поглотила фиолетовую букву и не отпускала. Нужно провести исключение, и именно этим он и займется. Но перед этим, ему пришлось отправится в свой родной мир, где он и проведёт какое-то время перед исключением. Бутылыч сел рядом с Кнайфом. Оба были расстроены. Стёрка, Замазыч и Пшика сидят, очень грустные. Да, конечно общая атмосфера давит неимоверно сильно на бедных обджектов. Стать хуже - уже не может. Стёрка всё думала… — Вот бы Курасан был сейчас с нами. Он бы знал, что делать… — Я тоже так думаю. Замазыч погладил свою подругу, видя её расстроенное лицо. — Но главное, я с тобой! И всегда буду! Даже если меня и не станет, я всегда буду с тобой, вот здесь. Он указательным пальцем нажал на сердце девушки. Она очень умилилась, прижав руку к груди она облокотилась на него. — Умеешь ты, успокоить… Вскоре она решил походить по поляне и расслабится. Остановившись за обеденным столом. Там сидел и Кнайф и Чарджери, и Пшика и Сока и остальные. Все устроились поесть. Без Лампчки и без Ёшки, им пришлось доедать то, что было. За исключением того, что еда была голодной, всё было нормально. Это был последний их спокойный обед… когда все доели, просто сидя стали заниматься своими делами. Чарджери разговаривала с Сокой, ну как, вела монолог. Стёрка сидела с Замазычем, а Кнайф решил немного поспать. Вскоре, когда все уже решили расходится, Стёрка заметила вдалеке три стоящие фигуры. Она долго взглядывать, пока не рассмотрела их по лучше. С удивлением открыв рот, она закричала, так чтобы все слышали: — Ребят!! Там обджекты!!! Все вскочили и стали смотреть куда показывать резинка. Кнайф закрыл лоб ладонью. — Где? — Там, смотрите!! Наконец, все увидели три фигуры, стоящие и смотрящие на них. Стёрка радостно воскликнула: — Это Пикчер, Клеви и… Курасан!!! Они вернулись!!! Это удивило всех, все были ошарашены, появлением исключенных. Они тоже смотрели на них в ответ, но Пикчер стоял без радости на лице. Клеви так и вовсе с разинутым ртом смотрел на них, шмыгая. А Курасан… стоял И улыбался… Выглядели они так-же как и будучи исключёнными. Красные глаза, чёрные слёзы. Одним словом пугающе. Но добродушные обджекты были слишком воодушевлены их появлением, так что не замечали их странного внешнего вида. Стёрка с остальными конечно сломя голову, побежала их встречать. Радостно крича и махая им рукой, она вместе с остальными поспешила к вернувшимся друзьям. А Курасан стоял на месте, лишь ожидая приближения своих друзей. — Курасан! Пикчер! Клеви! Стёрка наконец достигла их. Как и другие, она просто встала вокруг них, смотря и обращаясь к Курасану. — Курик, боже, ты не поверишь, как я рада тебе! Как все мы рады! Курасан улыбался и смотрел прямо на Стёрку. К Пикчеру поближе подошёл Кнайф. — Пикчер, друг, что с тобой стало? Ты выглядишь, очень… не очень. — Кнайф… Пикчер погрустнел в лице. — Прости… Кнайф прищурил взгляд. — За что..? Но ответа не последовало, Пикчер лишь перевёл свой взгляд на Стёрку. Она в это время радостно разговаривала с Курасаном: — Курасан! Знал бы ты, что здесь без тебя произошло! Столько всего! Вперёд Стёрки выдвинулась Брялок. — А ну погоди! Неужто, сам лидер Банды восстал из мёртвых! Я уже понадеялась, ты с концами исчез! Она с закрытыми глазами, красовалась перед Курасаном. Пока тот молча смотрел на неё. — Знай, твоя команда потерпела поражение, второе подряд! Но имей ввиду, даже с тобой, они бы съели! К Клеви подошла ближе Чарджери, вместе с Сокой. — Вау, я честно, думала, что мы больше никого из вас не увидим. Это воистину удивительно видеть тебя и твоих друзей снова с нами. Клеви посмотрел на неё и прохрепел: — Сейчас… И перевёл взгляд на Пикчера, который уже смотрел на него. И вместе они перевели взгляд на Курасана. Которому активно что-то затирала Брялок. — И впредь, пускай все знают; Мы лучшие, мы! Цветущий… Не успела она договорить, как Курасана открыл рот и резко вонзился зубами в ключ Брялка. Она закричала, издав крик как у кошки. Стёрка замерла в ужасе и удивлении, остальные тоже опешили и дёрнулись назад. Курасан зубами оторвал ключ, вместе с куском нитки. Брялок упала, стиснув зубы. — ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ ГАДЁ... Курасан, не дав ей договорить, взял её в руки и отбросил назад, где покатилась вниз по холму. Чашечка, которая сидела за столом и не пошла с остальными, увидела её, и это заставило её наконец, обратить внимание на возвращение участников. Брялок лежала, пытаясь понять, что вообще произошло. Она не понимала, как Курасан может выдать такое, даже учитывая его поведение при жизни. Чарджери и Сока тихо отошли от оставшихся воскресших. Стёрка, пожав руки, с белыми глазами, смотря на Брялка, перевала взгляд на Курасана. Замазыч стоял в зади неё. Бутылыч, дрожа, с испуганными и очень растерянными глазами, смотрел то на Курасана, то на Брялка. Кнайф всё мог ожидать от старого недруга, но это, даже его ввело в а#уй. Курасан медленно пошёл в сторону Брялка, оглянувшись и улыбнувшись своим друзьям. Пикчер и Клеви сорвались с места. Пикчер прыгнул на Замазыча, повалив его на землю. Стёрка стояла от него в шаге и упала вместе с ним. Но Пикчер крепко держал Замазыча и не отпускал, пока Стёрка покатилась по склону. Клеви хотел прыгнуть на Чарджери, но Сока, быстро среагировав, толкнула подругу, и Клеви упал с холма вместе с ней. Чарджери сразу побежала за ними, пытаясь что-то сделать, но побежав за ними, она увидела, как Клеви пролезет в нутрь Соки через низ и врывается из её груди, яростно и по животному крича. Чарлжери встала на месте, видя как её подругу ЕЛ Клеви. Стёрка, докатившись до низа, опёрлась руками и привстала. С низа холма, она наблюдала за тем, Как Пикчер камнем пробил дыру на боку Замазки. Он брал отколотые части и ЕЛ. Заливая всё вокруг внутренней жидкостью парня. Стёрка собрала все свои силы и побежала к столу. Бутылыч, пока на него не было обращено внимание, побежал за ней. И Чарджери увидев их, тоже отправилась туда-же. Стёрка первая прибежала до места. Чашечка встала с сиденья и подошла к Стёрке. — Что происходит? Что там творится?! — Чашечка! Они сошли с ума, Курасан, Клеви, Пикчер. Ёшки нигде нет, нам надо бежать! Чашечка, откинув все свои претензии к друзьям, побежала за Стёркой. Курасан достиг Брялка. И медленно подошёл к ней, пока она с болью в голове, открывала глаза. — Брялок, Брялок… ты всегда была такой сильной… где же сейчас настрой? Он подошёл к ней и взялся за её ухо. — Но ничего. Скоро и ты станешь одной из нас. Одной, из нас… Он рывком вцепился зубами в ухо Брялка и откусил. Разживав и проглотив, под стоны Брялка, которая впала в обморок. Спустя время, Брялок проснулась. Никакой боли не было, не было и страха. Был лишь голод. Внезапный, неконтролируемый, и непреодолимый. Из пасти одноухого Брялка лились слюни. Зубы заострились как никогда. Она встала на ноги, рядом с Курасаном, который по прежнему улыбался. Она его больше не боялась. Как не боялась Пикчера, Клеви, и подошедших Замазыча и Соку. У них были большие, красные глаза, с вытекающими чёрными слезами. — Теперь ты абсолютно новая личность, Брялок. Она посмотрела на него, на своих новых лучших друзей, и зарычала, что было сил, настолько громкий крик, что отдал эхом в лес. Она повернулась в сторону стола и проговорила: — Е..да…!…