Его проклятье и спасение

Темница была холодной, как само забвение. Каменные стены, покрытые трещинами, словно шрамами вечности, поглощали любой звук, кроме скрипа цепей, сковывавших Мальбонте. Его крылья, некогда сияющие мощью ангела и демона, теперь бессильно свисали, опутанные магическими оковами, что жгли его кожу при каждом движении. Свет, который когда-то исходил от него, угас, оставив лишь тусклый отблеск в его глазах — глазах, что видели слишком много и всё же не могли отвести взгляд от одной-единственной звезды. Вики Уокер. Он висел в пустоте, подвешенный между небом и адом, в месте, где время текло медленно, как яд по венам. Темница была не просто тюрьмой — она была зеркалом его души, отражением того, что он потерял. Всё, что он пожертвовал ради неё. Всадники Апокалипсиса были повержены, Матерь Жизни пала, но какой ценой? Его свобода, его сила, его надежда — все это было раздавлено под тяжестью его собственных решений. И всё же, если бы его спросили, стоило ли оно того, он бы ответил: «Да». Потому что в этом хаосе, в этом безумии была она. Вики. Ее имя было как нож, вонзающийся в его сердце каждый раз, когда он произносил его в уме. Он закрыл глаза, и перед ним возник образ девушки: ее темные волосы, развевающиеся на ветру, ее упрямый взгляд, полный огня, ееё голос, который мог заставить замолчать даже демонов. Она была светом, который он никогда не заслуживал, но все равно тянулся к нему, как мотылек к пламени, зная, что сгорит. Он любил ее. Любил так сильно, что это чувство разрывало его изнутри, словно раскаленные когти, терзающие его сущность. Но она не любила его. Ее сердце принадлежало другому. Он видел, как она смотрела на любовь всей своей жизни в посмертии, как ее глаза загорались теплом, которого он никогда не получит. Он был для Вики лишь союзником, другом, тенью, что всегда рядом, но никогда не ближе. И все же он не мог винить ее. Вики была свободна, как ветер, и он не имел права сковывать или заставлять полюбить себя. Но, о высшие силы, как же это больно! — Почему, Вики? — его голос, хриплый от боли, разорвал тишину темницы. — Почему не я? Цепи звякнули, когда он дернулся, пытаясь вырваться, хотя знал, что это бесполезно. Оковы были созданы небесами и адом, чтобы держать таких, как он — тех, кто осмелился бросить вызов судьбе. Он сжал кулаки, чувствуя, как металл впивается в кожу, но эта боль была ничем по сравнению с той, что раздирала его душу. Он вспоминал каждую минуту, проведённую с ней. Каждую битву, где он стоял рядом, защищая ее Каждый момент, когда она улыбалась ему — не той улыбкой, что он хотел видеть, а дружеской, теплой, но такой далекой. Она была рядом, но недосягаема, как звезда, что сияет в небе, но никогда не упадёт в его руки. Он рискнул всем ради нее. Ради мира, который она хотела спасти. Ради ее мечты о будущем, где небеса и ад могли бы сосуществовать. Он бросился в бой против Всадников, зная, что шансы ничтожны. Он смотрел в глаза Матери Жизни, не дрогнув, потому что в глубине души верил, что это сделает Вики счастливой. Но теперь, в этой холодной темнице, он задавался вопросом: стоило ли оно того? Стоило ли жертвовать всем, чтобы в итоге оказаться здесь, в цепях, с разбитым сердцем и пустотой внутри? — Я бы сделал это снова, — прошептал он, и его голос дрожал от смеси отчаяния и решимости. — Тысячу раз. Миллион. Даже если ты никогда не посмотришь на меня так, как я мечтаю. Даже если твое сердце навсегда принадлежит кому-то еще. Слезы — редкие, почти невозможные для того, кто был рожден из ангельского света и демонической тьмы — жгли его глаза. Он не плакал веками, но теперь не мог сдержаться. Каждая мысль о Вики была как удар, как напоминание о том, что он потерял. Он мог бы стать ее врагом, мог бы разрушить все, что она любила, чтобы заставить ее обратить на него внимание. Но он не мог. Не с ней. Она была слишком важна, слишком драгоценна. Ее счастье было для него важнее его собственного. — Я не достоин тебя, — пробормотал он, опуская голову. Его черные волосы упали на лицо, скрывая его глаза, полные боли. — Но я не сдамся. Никогда. В темноте темницы его мысли кружились, как буря. Он представлял, как Вики живет своей жизнью где-то там, в мире, который они спасли вместе. Она смеется, она любит, она строит свое будущее — без него. Эта мысль была невыносима, но он заставлял себя принимать ее. Если он не может быть ее возлюбленным, он будет ее другом. Ее защитником. Ее тенью. Он будет стоять за ее спиной, даже если она никогда не обернется. — Если ты когда-нибудь позовешь, Вики, — его голос стал тверже, в нем загорелся огонь, который не могли погасить ни цепи, ни тьма, — я приду. Я разорву эти оковы. Я переверну небеса, я сокрушу ад, я заставлю землю склониться перед тобой. Ты не просила этого, но я сделаю все, чтобы ты была в безопасности. Чтобы ты была счастлива. Даже если это убьет меня. Он поднял голову, и его глаза вспыхнули, как две звезды в бесконечной ночи. Цепи могли держать его тело, но его воля была сильнее. Его любовь была сильнее. Мальбонте улыбнулся — горькой, но решительной улыбкой. Он найдет способ выбраться. Не ради себя, не ради свободы, а ради нее. Потому что Вики Уокер была его светом, его смыслом, его проклятием и его спасением. И ради нее он был готов сражаться до конца вечности.