Tiger's mouth

Наоя всю жизнь был засранцем сколько себя помнил, всегда смотрел свысока на тех, кто был слабее его и не пропускал возможности указать кому бы-то ни было на то насколько они жалкие и слабые. Все свое детство он находился рядом с отцом, который вдалбливал в его голову то, что он истинный наследник своего клана и только он достоин стать главой в будущем. Наоя после воспитания отца стал тем еще мудаком и даже в самом клане его не особо любили, хоть и уважали из-за самого статуса и силы, которую тот имел. Он чтил только силу клана, а, к таким как Маки и Май относился с особым презрением, хоть последняя и обладала каким-то количеством магической энергии это не помогло ей стать хоть чуть-чуть уважаемой среди родственников. Но было кое что, вернее кое-кто, кто был примером для самого Наои, хоть тот и в детстве боялся сказать об этом отцу. Его старший двоюродный брат Тоджи Фушигуро, которого он навещал еще будучи ребенком, он слышал что говорили о нем в клане и вслушивался в каждое слово. Мальчик хоть и был еще мал, но выводы делать уже умел. Тоджи был невероятно силен, но из-за отсутствия магической энергии стал буквально изгоем. Наоя помнит тот день, когда его старшего брата изгнали и как он будучи ребенком пытался цепляться за него и как его отец с презрением смотрел уже на младшего сына. Наобито всегда говорил, что Тоджи позор Зенинов и, таким как он среди них не место, Наоя тогда посмел воспротивиться отцу за что того прилично отходили. Наобито было плевать на семью, его волновала только сила и какая-то мнимая честь клана, которая до сих пор была под вопросом из-за политики главы. Наобито не скрывал презрения к другим кланам, даже к тем, которые в состоянии были раздавить его одной левой. К такой категории всегда относился клан Годжо, но за много лет остался всего один его представитель и как на зло самому Наобито он был сильнейшим шаманом своего времени. Наоя пытался быть нейтральным, но нет да нет временами в нем проскальзывало то настолько мерзкое, что сам отец пытался в него вложить. Со своими сестрами у него не было никаких отношений, можно было сказать, что Наоя их ненавидел, хоть причины на то и не было, единственным кого он любил был его старший брат, который уже много лет как исчез. Ходили слухи, что тот мертв, но они не подтвердились и более того у него появился сын, а следовательно у самого Наои племянник. После того как узнали, что пацан унаследовал технику десяти теней старцы Зенины совсем сон потеряли и теперь сам Наобито строил планы по тому, как бы убрать нерадивого родственника совсем. Наоя никогда с ним не встречался, у него хватало проблем и дома, когда приходилось делать вид, что он поддерживает безумие своего отца. Он никогда не признается никому другому, но чувства к Тоджи давно перестали быть братскими еще в те времена, когда он навещал его и соответсвенно дать погубить своего племянника просто не мог. Он в курсе, что Тоджи давно записал его во враги из-за его же поведения и Наоя уверен, что даже не побрезгует убить, если придется, но сам Наоя просто обязан помешать Наобито и любому другому члену его клана. Временами маг просто ненавидел то, что родился в нем и просто мечтал быть таким, как Тоджи, чтобы его тоже исключили. Натура у него мерзкая, Наоя сам это понимает, но все же к одному человеку он не смел так относиться, просто не мог и дело не только в родственных узах, которые утратили силу для Тоджи и все еще теплились где-то там в душе у самого Наои. Как он будучи ребенком понимал, что такое влюбиться? Как он будучи ребенком понимал, что его старший брат для него не совсем брат? Кто-то скажет это невозможно, но сам Наоя скажет, что успел повзрослеть достаточно быстро. И сейчас слушая очередной бред отца о том, что Мегуми следует убрать внутри Наоя закипал, но внешне все говорило о том, что он поддерживает идею отца. Его не раз посещала мысль, что вырезать весь клан было бы гораздо проще, чем попытаться уговорить Наобито оставить пацана в покое. Были предложения убрать и самого Тоджи, да вот только каждый из них понимал, что это миссия невыполнима, ведь ходили слухи, что он однажды смог победить самого Сатору Годжо. Конечно вслед потом прибежало то, что сам Тоджи чуть не помер после второго раунда их драки, но все это только слухи, но тем не менее они могли быть правдой. За своими мыслями Наоя как-то пропустил весь разговор совета, хотя тут и слушать не нужно было, чтобы понимать какого хрена они несут. Он поднял глаза на своего отца, который прямо заявил, что именно он должен убрать Фушигуро Мегуми и по возможности самого Тоджи. На данный момент убрать хотелось только этого черта, который разбрасывается такими ценными людьми, но у Наои уже есть план. — Я понял, — выговорил Наоя уверенным голосом, обманывать отца было привычным делом, после тех побоев пришлось приспосабливаться к жизни, поэтому и в этот раз обмануть Наобито не составило труда. Он знал, что Мегуми учиться в магическом колледже и большую часть времени он под надзором Годжо, с которым Наое бы не хотелось сходиться в схватке, а еще он знает, что Тоджи ничерта не умер и живет с сыном и что Сатору частый гость у них. Все это выяснить не составило труда, Наоя даже не скрывался, да и не смог бы, ведь от техники клана Годжо даже при желании не смог бы укрыться. Наоя даже не скрывал своей слежки за Сатору, тот снова направлялся, судя по всему, к Тоджи, Зенин чертовски устал, а потому как простой смертный просто подпирал стену и курил, глядя на такой же кусок кирпича напротив за углом. Сатору остановился прямо напротив него, Наоя ощущал как воздух стал вибрировать, но даже не пытался себя защищать. — Ты или глуп, или невероятно живуч, — напряженно проговорил Годжо, Наоя сделал очередную затяжку и выдохнул дым. — Мне нет нужды с тобой драться, я здесь не по этому, — спокойно сказал Зенин, — Мне нужно, чтобы ты проводил меня к моему брату, сам я заявиться не могу, сам понимаешь, — хмыкнул он. Сатору прикидывал чего ему надо и как поизощренней его прибить. — Ты же понимаешь, что несешь бред? — от слов шамана Наоя поморщился и с сожалением отбросил недокуренную сигарету в сторону. — Ты же понимаешь, что мне плевать? — Наоя подошел к Сатору, — Дело касается мелкого пацана, который именуется как твой ученик, да и не только он. Моего братца тоже хотят скрутить в бараний рог, именно я должен устранить своего племянника, сечешь? — Я должен тебе поверить? — Наоя понимает почему тот так сомневается, но терпения младшему Зенину с самого рождения совсем не выдали, но он правда старается. — Мой отец совсем с катушек слетел, я бы понял, если бы он хотел убрать только Тоджи, но ему помешал пацан, который к клану по сути никакого отношения не имеет. Тебе повезло, что я стою перед тобой, любой другой бы даже не пытался говорить с тобой. Как так вышло, что ты стал вхож в дом моего брата мне плевать, о вас слухи ходят уже давно, но мне не улыбается разгребать дерьмо, которое устроит мой братец после всего этого. Сатору сжал губы, возможно, доля правды в словах Зенина есть, в конце концов добровольно заманивать себя в ловушку к такому бойцу, как Тоджи, да и к тому же где находиться обладатель техники шести глаз даже для Наои через чур экстремально. Годжо вздохнул, он уже видит как Фушигуро буде пытаться натянуть ему глаз на жопу, но сомневаться с словах Наои не приходилось и сам Сатору знал почему. — Ладно, но если ты соврешь… — Я тебя прошу, мне совершенно поебать на твои угрозы, тем более, что я ничего делать не собираюсь, только поговорить, — возвел очи к небу Наоя, ему снова захотелось покурить. Годжо цыкнул, но сказал идти за ним, сегодня был выходной, а потому и старший и младший Фушигуро были дома, тем более, что он недавно звонил Тоджи, хоть последний и послал его нахуй, но когда самого Годжо это останавливало? Верно, нихуя. Это был обычный дом, но на удивления во всех традициях Японии, Наоя даже не стал задаваться вопросом, а кто так решил, ведь в них в клане традиции чтились и даже Тоджи что-то да удалось привить в свое время. Мегуми встретил Сатору и незваного гостя со своими гончими и те стоило увидеть Наою тут же всполошились. Пацан был копией его братца, разве что прической пошел в мать, но если намочить эту башку, то от отца было практически не отличить. Глаза Мегуми сверлили в нем дыры и самому Наое пришлось выгнуть бровь и насмешливо бросить: — Черт, я и забыл насколько у него взгляд тяжелый. — А кулак еще тяжелее, — голос за спиной раздался совсем неожиданно и от дрожи Наою отделили годы тренировок. Тоджи был быстрейшим из их клана и тот это каждый раз оправдывает. — Разве я плохо к тебе относился? — без тени насмешки спросил Наоя, Тоджи усмехнулся. — Но хотел еще лучше, верно? — Наоя начал подозревать, что его брат что-то знает, — Зачем ты здесь? — серьезнее спросил мужчина, младший обернулся и наконец-то встретился глазами с братом. На рост оба никогда не жаловались, но сам Тоджи был гораздо внушительнее младшего. — Он здесь, чтобы убить Мегуми, — не удержался Сатору за что Наоя его мысленно убил самым больным способом. — Заткнись, пожалуйста, — рыкнул Зенин, все еще не отводя взгляда от старшего, — Он сказал правду, мой отец поручил мне убрать племяша, но поскольку я здесь и все тебе выкладываю план пошел по пизде. Тоджи внимательно вглядывался в Наою от чего последнему стало не по себе, он понимал, что снести голову для Фушигурто дело секунды, но сам Наоя давал ему прочесть все, что тот хотел. — Шестиглазый, уведи пацана в дом, — Сатору что-то пробубнил себе под нос и вместе с Мегуми зашли в помещение, Наоя и слова не успел сказать, как за долю секунды уже был прижат к ближайшему дереву, его вдавили с такой силой, что он не удержал стона, — А теперь выкладывай или я отправлю в клан твою голову. — Я сказал тебе правду, отец совсем из ума выжил, техника десяти теней да и у кого, у человека, который и не маг совсем. Ты здорово разбередил улей, братец, и теперь я должен все подтирать за тобой. — Ты мог отказаться, — рыкнул Тоджи. — Мог, но только они бы не подослали кого другого, который тебе бы и не сказал, а нахуя, собственно, он здесь. — Никто другой бы не сумел убить пацана, даже ты. — Я же сказал, — хватка на шее усилилась и младшему пришлось схватить брата за руку, — Я не собираюсь выполнять приказ отца. — Пойдешь против своих? — презрительно бросил Тоджи, — О тебе слава ходит чуть-ли не лучше моей, ты та еще сучка, Наоя, и не тебе мне затирать об этом. — Помнишь, когда тебя изгнали? Ты помнишь тот день? — что-то мелькнуло во взгляде Тоджи, но так же быстро и скрылось, — Я цеплялся за тебя как за последнее, что у меня было, после этого отец здорово меня избил, когда я сказал ему слово против. Ты думаешь я от хорошей жизни таким стал? Фушигуро закусил губу и с промедлением, но отпустил брата, он хорошо запомнил тот день, когда за него цеплялся ребенок и кричал о том, чтобы тот не уходил. Тот взгляд еще долго преследовал его. — Ты же понимаешь, что после этого дороги назад в клан у тебя нет? — спросил Тоджи, Наоя хмыкнул. — Я ненавижу его так же, как и ты и поверь мне на слово, я готов к последствиям. Что-то в голосе и словах не заставило Фушигуро сомневаться, он помнил как тот смотрел на него, когда они встречались, это было что-то больше, чем братское обожание, хоть тот и был еще ребенком. Наоя открыто заявлял ему, что считает Тоджи особенным и что хотел быть таким же сильным, как он. Ему раз довелось увидеть сражения брата с соклановцем и после того назвать Фушигуро слабым язык не поворачивался. — Он похож на тебя, я прав? — уточнять кого имеет в виду Наоя Тоджи не пришлось. — Похож, мелкий засранец просто воплощения меня в молодости, — хмыкнул старший, Наоя скептически выгнул бровь. — Ну, ты не настолько стар. — К твоему счастью? — вызывающе спросил Тоджи, сомнения отпали и теперь Наое отпираться смысла не было. — Будь тебе за пятьдесят, уверяю тебя меня бы это не остановило, — теперь младший понял, что мелькало во взгляде брата, те искорки безумия, что проскальзывали еще тогда теперь были так же явны, как и то, что оба в курсе, что другой в курсе. — Заходи, но если ты попытаешься что-то сделать или наебать меня… — Угомонись, вас трое я один, даже мне не выстоять против шести глаз и ваших с племяшом техник. — Надо же, Зенин Наоя признал, что слабее кого-то, немыслимо. — Иди нахуй, — Тоджи гортанно рассмеялся. — Ты мечтаешь об этом сколько времени? Лет десять? Или больше? От Наои комментариев не последовало. *** Ситуация странная, Наоя и представить себе не мог, что так обернется, но нет, он сидит у Тоджи дома и пьет виски, пока они обсуждают дальнейший план. А еще он заметил, что малыш Мегуми странно себя ведет по отношению к Сатору, как он на него смотрит и как еле заметно робеет. — Ничего не напоминает? — внезапно изменил тему Тоджи, Наоя посмотрел на брата и цыкнул. — И тебя это устраивает? — Он же не в родственника влюбился, спасибо не в меня, а то я б с ума сошел, — слова Фушигуро заставили Наою подавиться и закашляться, — Что? — невинно поинтересовался мужчина. — Хватит пиздеть и скажи уже как есть. Ты в курсе, но не похоже, чтобы ты меня презирал или ненавидел. — Кто тебе сказал? — Тоджи, — выкрикнул младший, но старший только усмехнулся, он был мастером доводить людей. — Ты прав, ты хорошо ко мне относился и я при желании не могу тебя ненавидеть, у меня просто нет причин, но если придется выбирать он или ты, я думаю выбор очевиден. — Спасибо, что веришь в меня, блять, — залпом выпив стакан виски Наоя, дальше разговор снова пошел снова о плане и что-то подсказывает Годжо, который временами бросал взгляд на говорящих мужчин клан Зенин ждет не лучший период. Ближе к вечеру обстановка стала более дружелюбной и никто за эти пару часов не пытался друг друга прихлопнуть, что уже было достижением, что несказанно радовало. Наоя сидел на крыльце на ступенях и читал старую книгу о техниках, когда к нему подсел Мегуми. Взгляд пацана был таким же, как и у его папаши, который обещал все муки ада, если тот неправильно дернется. — Отец говорит ты тот еще мудак, — заговорил Мегуми. — Давай начнем с того, что твой отец не лучше и не говори мне, что это не так, — хмыкнул Наоя, парень пожал плечами. — Не без этого конечно, но его знаю, а тебя нет. — Ну и что ты хочешь узнать? — беззаботно спросил Зенин. — Не знаю? Наверное больше о брате отца и своем дяде? Это сложно, — пацан смущенно почесал макушку. — Не без этого, — вздохнул Наоя, — Твой отец был мне ближе всех из нашего клана, поэтому я здесь. Мы вроде как пытались наладить отношения и что-то получилось, но так вышло, что его выгнали, — вспоминать это было неприятно и то, как хмурился сам Мегуми тому тоже было не особо радостно, — Дай угадаю твой папаша не просвещал тебя о своей жизни в клане? — Тебе слово в слово сказать как он вас называл? — Нет, не нужно, я и так догадываюсь. Не знаю, что двигало моим отцом, зависть может быть, ведь братец был силен уже тогда и любого выносил, а может просто недостача мозгов понять, что небесное ограничение это не изъян, а дар, — задумчиво проговорил Наоя, — В любом случае если бы Тоджи не ушел Зенины перестали бы существовать как клан, — однобоко ухмыльнулся Наоя, — Лучше расскажи как у тебя дела с длинным? — щеки Фушигуро моментально покраснели и он угрюмо уставился на родственника, — Ну-ну, я не осуждаю. — Не твое дело, — возмутился Мегуми. — Да ладно, я не могу тебя винить, это же Сильнейший, грех не купиться, — Наоя все еще шутил над племянником, пока тот не встал и не ушел предварительно выругавшись себе под нос и хорошенько врезавшись в отца, который конечно же слышал по крайней мере конец разговора, — Милый у тебя сынишка, — развязно бросил Наоя мужчине. — Заткнись уже, — устало вздохнул Фушигуро, — Не припомню, чтобы ты был таким разговорчивым в детстве. — И это говоришь мне ты, — фыркнул Зенин, — От тебя внимания добиться было сродни снисхождения к простым смертным. — Тебе стоило просто попросить, хотя нет, не стоило, ты был ребенком. — Но сейчас-то нет, — без тени смешка произнес Наоя глядя на брата, — Если попрошу, то что? — Скажу, что ты спятил, но никто не без греха, — неоднозначные слова Тоджи и тот взгляд, который он держал за младшем дал понять только одно. — Серьезно? — Наоя подорвался с места и вцепился в грудки брату, — Как долго ты бы молчал? Хотя, если бы я не пришел сюда, то и дальше оставался идиотом безбожно в тебя влюбленным. — Ты был ребенком, Нао, сдурел совсем? Разница в возрасте и все дела. — А потом ты просто наплевал, — слишком понимающе сказал младший, — Хорошо, я понял. Как только все это дерьмо решиться, что ж, полагаю после всего этого Наобито вряд-ли останется главой. Наоя отошел и как мог беззаботно говорил. Тоджи зло цыкнул и рывком развернул к себе брата, чтобы прижать его к стене дома. — У тебя фетиш такой, что-ли? — прошипел Наоя ощущая как спина гудит от ощутимого удара, но как-то договорить не успел, ведь его сразу же утянули в поцелуй от которого младший сначала застыл, но потом вцепился в старшего с такой силой, что наверняка останутся синяки. В порыве страсти и того, что Наоя добрался до того о чем мечтал, он прокусил губу Тоджи, но поцелуй не разорвал и теперь между ними ощущался металлический вкус. — Ты полез в пасть тигру, Нао, — рыкнул Тоджи, сильнее сжимая свои пальцы на ребрах брата. — А ты и рад, да? — ехидно заявил младший, Фушигуро дернул Наою за волосы заставляя открыть шею, зубы вцепились с такой силой, что Наоя сжал зубы и зарядил кулаком под ребра брату, — Ты псих. — Ну извини, — без тени раскаяния протянул Тоджи отходя, — Я так понимаю, что ты метишь в главы клана? Хотя так было всегда. — Я могу сделать так, чтобы ты вернулся. — Можешь, но не сделаешь, пока жив твой отец и еще десяток таких же кретинов. Я не горю желанием возвращаться в этот клоповник. Наоя рассмеялся. — Уверяю тебя все будет совершенно по-другому. Тоджи ничего не ответил.