Hot to Go

Работа в кофейне — что в этом такого? Ничего зазорного, работа как работа. Просто Феликс никак не думал, что окажется именно здесь. Ему было абсолютно до лампочки, как там взбивать молоко до нужной консистенции или выводить идеальные узоры на латте. Но раз платят — можно и потерпеть. Смена начиналась рано, ровно в семь утра. Стоило ему войти, как его встречал уже привычный гул: жужжание кофеварки, скрежет зёрен, перемалывающихся в душистый порошок, и тихий хруст замерзающей в формочках воды. А затем заученная до автоматизма фраза: «Что будете заказывать?» — и посетители просили всё, что угодно. От банальных матча и американо до вычурных творений вроде «холодного тыквенного латте на овсяном молоке с корицей». На этот раз за отрепетированной фразой у стойки последовал заказ на большой латте с солёной карамелью и дополнительной порцией эспрессо. Сладко, но, похоже, заказчица отчаянно нуждалась в кофеине. — Могу я узнать ваше имя для заказа? — спросила кассирша, чьё имя Феликс забыл. А может, так и не удосужился запомнить. Он в этот момент как раз доливал сироп и, случайно подняв глаза, вздрогнул так, что чуть не выронил бутылку с приторно-сладким ванильным ароматом себе на форму. — Кристин, — ответил голос, сладкий как тот самый сироп. Несправедливо, когда кто-то может быть настолько прекрасен, не прилагая к этому ни малейших усилий. Несколько секунд ушло у него на то, чтобы собраться с мыслями и заставить свои вдруг ни с того ни с сего затрясшиеся руки хоть как-то работать над её напитком. Сорвав с рулона идеально белую этикетку, он черкнул на ней имя и, будто какая-то неведомая сила водила его рукой, пририсовал сбоку маленького кролика. Ну и бредятина. Он вёл себя как полный идиот. — Заказ для Кристин! — он выкрикнул имя, молясь, чтобы никто не уловил дрожи в его голосе. Их глаза встретились всего на миг, и у него возникло ощущение, будто его сердце сорвалось с орбиты и рухнуло на самое дно океана. Она кивнула с вежливым «спасибо», и вот он уже остался один, провожая глазами её удаляющуюся спину. — А она ничего такая, а? — подколола Зубл, пока над дверью звенел колокольчик. — Заткнись.

***

Следующим утром она вернулась. Она здесь, он — за кассой. Ему пришлось прочистить горло, чтобы голос не подвёл его: — Что будете заказывать? — Большой латте с солёной карамелью и дополнительной порцией эспрессо, пожалуйста, — сказала она невероятно приятным голосом, таким же, как вчера. Повторяя её заказ, он невольно пробормотал «для Кристин», сам того не заметив. — Вы помните? — с любопытством спросила она, чуть склонив голову набок. — Э-э-э, ну, да, — «гениально» парировал он, уставившись в кассу. — Мы вас позовём, когда всё будет готово. — Спасибо, — она сделала небольшую паузу, и Феликсу померещилось, что в уголках её губ дрогнула едва заметная улыбка. — Кролик был милый. — А, э-э, не за что, — это был потолок его красноречия. После этого она отошла в сторону. Её напиток готовила Гэнгл, и Феликс впервые в жизни пожалел, что за кофемашиной стоит не он. Зубл, протиравшая столы на другом конце зала, уставилась на него всепонимающим взглядом, который ему смертельно надоел. Она приложила руку к щеке и чётко, одними губами, произнесла: — Пригласи её куда-нибудь! — Нет! — В ответ он так же безмолвно, но очень чётко артикулировал, молясь, чтобы никто в кафе не заметил их немого диалога. Ответом ему стал стремительный, лишь на миг мелькнувший средний палец. Гэнгл выкрикнула номер её заказа, и она забрала его с сервировочной стойки. И ему почудилось, будто на прощание она бросила на него короткий, едва заметный взгляд, прежде чем раствориться за дверью.

***

Он готов был рвать на себе волосы: она пришла снова, в третий раз, а он, как на зло, уткнулся в раковину и мыл посуду. Он лишь мельком успел заметить её уходящую фигуру, и внутри у него разразился немой вопль ярости на себя за упущенный шанс. До чего же он жалок. Во время перерыва Зубл решила завести о ней речь, будто специально подливая масла в огонь его и без того дурацкой влюблённости. — Интересно, та девчонка, которая тебе так приглянулась, станет нашим постоянным клиентом? — Зубл размышляла вслух. — Это же она, да? Какой день подряд она сюда ходит? Третий? — Я без понятия, о чём ты, — отмахнулся он, облокачиваясь на холодную кирпичную кладку. — Не придуряйся, болван, — она встряхнула сигарету, и несколько крупинок пепла упали на землю. — К тому же, чего такого в простой симпатии? — У меня нет к ней никакой «симпатии», — он презрительно хмыкнул. — Я просто работаю. — Ну да. Каждый раз, когда она появляется, ты выглядишь так, будто помрёшь от инфаркта. — Ну всё, Зубл, — прошипел он, хотя в его голосе не было и капли настоящей злобы. — Я приглашу её куда-нибудь, когда ты пригласишь Гэнгл. Теперь настала очередь Зубл задуматься. — По рукам.

***

На следующий день Зубл торжественно объявила, что идёт на свидание с Гэнгл. — Теперь не отделаешься, ухажёр, — произнесла она с победоносным видом. — Как же ты меня достала, — пробормотал Феликс, сгорбившись и уткнув лицо в ладони. — Просто оставь свой номер на бумажке, — сказала Зубл, споласкивая кружку. — В худшем случае она тебе просто не напишет. Зубл, конечно, говорила дело, но мысль быть отвергнутым самой прекрасной незнакомкой на свете повергала его в ужас. Ему просто хотелось свернуться калачиком и переждать, пока эти дурацкие чувства не выветрятся сами собой. Но поныть себе в удовольствие времени не нашлось. — А вот и она, — прошептала Зуббл, бодро подтолкнув его локтем. Её заказ был прежним. На сей раз его сердце колотилось в груди, смешав воедино панику и предвкушение. Пока он готовил напиток, в голове будто шла игра в пинг-понг: один внутренний голос яростно твердил «решайся!», а другой — «даже не думай!». Сжав волю в кулак, он взял фломастер. Никогда в жизни он не выводил цифры так старательно, как на этой крошечной этикетке. — Заказ для Кристин! — выкрикнул он и, к собственному облегчению, на этот раз прозвучал почти как нормальный человек. В его голове тут же вихрем пронеслись тысячи возможных исходов. Вот она видит цифры, вот она смотрит на него с брезгливостью, и вот в его сторону летит стакан с обжигающим кофе. Но ничего из этого не произошло. Она просто взяла свой стакан, сказала «спасибо» и сразу же ушла.

***

Весь оставшийся день его буквально тошнило от нервов. В конце смены он моментально вылетел за дверь. Феликс рухнул на кровать, сгорая от стыда при одной только мысли, что у него хватило наглости сунуть свой номер клиентке. Если его уволят, он прихватит с собой на тот свет и Зубл с её крайне «полезным» вмешательством. Он зарылся лицом в подушку и издал глухой, яростный крик. Что, чёрт возьми, с ним не так? Почему он ведёт себя как какая-то дурацкая влюблённая школьница? Туча самоотвращения, сгустившаяся у него в голове, мгновенно рассеялась, когда его телефон завибрировал, освещая экраном темноту в комнате. Феликс уставился на него, словно на бомбу, готовую взорваться в любой момент. Любопытство пересилило. Он проверил уведомление. она тебе уже написала? — Зубл Феликсу захотелось её придушить. Самую малость. С тяжёлым вздохом он уже начал набирать ответ, как в руках снова завибрировал телефон. привет, это феликс? :-) — Неизвестный Номер.