Наследница рода Блэк/Heiress of the Black

Мэнор дышал тишиной - редкой, хрупкой, почти украденной. Белла стояла у высокого окна в восточном крыле и смотрела, как над заснеженным парком медленно сгущаются сумерки. Обычно в это время дом был пропитан напряжением: шаги, шёпот, ощущение постоянного присутствия Лорда, даже когда его не было рядом. Сейчас же… сейчас можно было выдохнуть. - Он уехал минимум на три дня, - сказала Нарцисса, входя в комнату. - Я проверила все защитные контуры. Ни одного следа его магии. Белла усмехнулась - резко, безрадостно. - Значит, у нас есть ровно один день, чтобы подготовить дом к приезду детей. И сделать вид, что всё нормально. Она повернулась. Следы синяков почти исчезли, кожа была чистой, но Нарцисса слишком хорошо знала сестру, чтобы обмануться. В глазах Беллатрисы горела злость — холодная, выжидающая, опасная. - Он снова говорил о ритуале? - тихо спросила Нарцисса. - Он думает о ритуале, - ответила Белла с нажимом. - И этого достаточно. Она сжала пальцы, и в воздухе дрогнули тени. - Если бы не она… - женщина замолчала, резко выдыхая. - Я бы давно перестала сдерживаться. Нарцисса подошла ближе и положила руку ей на запястье. - Именно поэтому ты должна держаться. Ради Гермионы. Имя дочери прозвучало почти как заклинание. - Она приедет не одна, - продолжила Нарцисса. - Драко будет с ней. Это… важно. Белла фыркнула. - Твой сын. Я видела, как он на неё смотрит. - И? - мягко спросила Нарцисса. - И это хорошо, - нехотя признала Белла. - Он якорь. Ей нужен кто-то живой рядом. Не идеи, не планы - человек. Они перешли в малую гостиную. Домовики уже суетились, осторожно, почти благоговейно - они чувствовали, что хозяйки сегодня другие. Менее сломанные. Более решительные. - Комната готова? - спросила Белла. - Я убрала все следящие чары, - ответила Нарцисса. - Старые книги вернула на место. И… - она на секунду замялась, - я приказала оставить камин в её крыле открытым. Без ограничений. Белла резко посмотрела на неё. - Ты уверена? - Абсолютно. Если ей понадобится уйти - она должна иметь возможность. Молчание между ними было тяжёлым, но честным. - Она собирается пойти против него, - тихо сказала Белла. - Я это знаю. Я чувствую. И знаешь что, Цисси? Нарцисса подняла взгляд. - Я не собираюсь её останавливать. Нарцисса слабо улыбнулась. - Я тоже. Белла подошла к камину и бросила в огонь щепотку порошка. Пламя вспыхнуло ярче. - Я отдала ей браслет, - сказала она. - Он защитит её. Не от всего. Но… если он попытается причинить ей боль - я узнаю. - Ты поступила правильно, - ответила Нарцисса. - Она должна знать: что бы ни случилось, у неё есть мы. Ведьма на мгновение прикрыла глаза. - Если он тронет её, - прошептала она, - я уничтожу его. Не как Лорда. Как мужчину, который посмел поднять руку на мою дочь. Нарцисса ничего не сказала. Она просто встала рядом. За окном Мэнор оставался безмолвным, но в его стенах зрело нечто опасное - не бунт и не заговор, а материнская решимость. А до приезда Гермионы и Драко оставался всего один день. Нарцисса вдруг чуть заметно улыбнулась - не светски, не холодно, а по-девичьи загадочно, почти заговорщически. Беллатрикс уловила это сразу и насторожилась, но без привычной резкости. - Что? - спросила она, прищурившись. - Только не говори, что у тебя появился план. - Скорее… воспоминание, - мягко ответила Нарцисса. Белла посмотрела на неё внимательнее. В этом взгляде не было недоверия - только усталость и редкое, почти забытое доверие, которое она позволяла себе лишь рядом с сестрой. - Помнишь наше детство? - продолжила Нарцисса. - Рождество. Отец прятал подарки по всему дому. Белла моргнула. - Он говорил, что так мы учимся искать то, что нам действительно нужно, - медленно сказала она. - И терпению. И наблюдательности. - И тому, что дом может быть безопасным, - добавила Нарцисса. - Хотя бы иногда. Между ними повисла тёплая пауза. - Я предлагаю, - сказала Нарцисса тише, — сделать то же самое. Для Гермионы. И Драко. Белла резко усмехнулась. - Им по семнадцать лет, Цисси. - Они дети, - спокойно ответила та. - Просто слишком рано повзрослевшие. Белла задумалась, затем медленно кивнула. - Хорошо. Но если они начнут возмущаться… - Они не начнут, - уверенно сказала Нарцисса. Они украшали дом вместе. Не домовики - именно они. Белла накладывала чары на еловые ветви, заставляя иглы мерцать тёмным серебром, Нарцисса расставляла свечи, выбирая те, что давали мягкий, тёплый свет, а не холодное сияние чистокровных залов. - Здесь, - сказала Белла, пряча небольшую коробку за гобеленом с гербом Блэков. - Пусть ищет внимательнее. - Ты всегда была слишком сложной, - улыбнулась Нарцисса и спрятала свой подарок под лестницей, туда, где когда-то сама находила первые тайники отца. Белла фыркнула, но в голосе не было злости. - А ты всегда знала, как меня отвлечь. Нарцисса лишь пожала плечами. - Иногда полезно напомнить себе, что мы были не только его солдатами. Они двигались по Мэнору медленно, почти осторожно, наполняя его чарами, которые не имели ничего общего с тьмой или властью. Это была магия памяти, упрямая и тёплая, как огонь в камине. Когда последний подарок был спрятан, Белла остановилась и осмотрелась. - Думаешь, они поймут? Нарцисса посмотрела на украшенный зал, на тихо мерцающие огни. - Думаю, - сказала она, - им это будет нужно больше, чем они сами готовы признать. Белла на мгновение закрыла глаза и позволила себе редкую улыбку. В этом доме снова прятали подарки. И впервые за долгие годы - не для будущих наследников Тьмы, а для своих детей.

***

Поезд замедлялся, скрипя колёсами, и Хогвартс медленно оставался позади - в окнах, в снежных полях, в шуме голосов, которые ещё недавно казались всем миром. В купе было тесно и тепло. Пэнси, устроившись у окна, уже строила планы на «обязательное празднование после Рождества», размахивая руками так, что Тео пару раз пришлось уклоняться. - Даже не вздумайте пропасть, - заявила она. - Я не собираюсь прощать вам семейные драмы без продолжения. - Встретимся сразу после каникул, - поддержал Блейз, ухмыляясь. - И отпразднуем так, чтобы декорации Хогвартса потом ещё долго вспоминали. - Я за, - сказала Дафна. - Без тайн. Ну, почти. Гермиона улыбнулась - искренне, тепло. - Обещаю. После Рождества. Все вместе. Драко кивнул, будто закрепляя договор. - Мы никуда не денемся. Поезд остановился. Прощания были короткими - без лишних слов, но с объятиями, взглядами и негласным пониманием: каждый из них уезжал не просто домой, а навстречу чему-то сложному.

***

Мэнор встретил их тихо. Снег мягко ложился на ступени, огни в окнах горели тёпло, не вызывающе. Едва они переступили порог, как Белла оказалась рядом. - Гермиона, - выдохнула она и крепко обняла дочь, прижимая к себе так, словно боялась, что та исчезнет. - Я так скучала. Гермиона на мгновение замерла, а потом ответила на объятие. - Я тоже, мам. Белла отстранилась ровно настолько, чтобы внимательно осмотреть её. - Ты похудела, - недовольно заметила она. - Слишком. - Это поправимо, - поспешно сказала Гермиона. - А причина… она пойдёт на пользу всему магическому миру. Ведьма фыркнула. - Звучит как что-то, что точно не понравится твоему отцу. И всё же она провела ладонью по плечу дочери - жестом, в котором было больше заботы, чем слов. Нарцисса подошла следом, обняла Драко, затем Гермиону. - Я так рада, что вы дома, - сказала она тихо. - Оба. Люциус стоял чуть поодаль. Он не стал обнимать, не стал улыбаться, но когда Гермиона подняла на него взгляд, он встретил его спокойно и внимательно. - Ты выглядишь уставшей, - сказал он. - Но сильной. Это было почти признание. - Спасибо, - ответила она. После дороги усталость навалилась сразу, и, когда разговоры стихли, Гермиона и Драко направились в свои комнаты. - Отдохните, - сказала Нарцисса им вслед. - Эльфы позовут вас к ужину. Она сделала паузу, а затем добавила с лёгкой, слишком уж невинной улыбкой: - И… вас ждёт сюрприз. Гермиона и Драко переглянулись. - Мне это не нравится, - пробормотал Драко. Гермиона едва заметно усмехнулась. - А мне - очень. Двери их комнат закрылись, а Мэнор, храня свои тайны, готовился к вечеру, который обещал быть куда теплее, чем кто-либо из них ожидал.

***

Гермиона сидела на краю кровати, не снимая дорожной мантии. В комнате было тепло, но она всё равно зябко обхватила себя руками, глядя через окно на тёмный сад. Мысли не складывались - они давили, цеплялись друг за друга, не давая отдышаться. Тихий стук в дверь заставил её вздрогнуть. - Войдите, - сказала она, не оборачиваясь. Драко вошёл почти бесшумно и прикрыл за собой дверь. Он не стал сразу говорить - просто постоял у порога, давая ей время привыкнуть к его присутствию. - Я подумал… - начал он и осёкся. - Ты выглядишь так, будто тебе нужен не ужин, а кто-то, кто посидит рядом и не будет задавать глупых вопросов. Гермиона слабо улыбнулась. - Тогда тебе не стоило приходить, - тихо ответила она. - Ты никогда не умел молчать. - Зато умею слушать, - сказал Драко и подошёл ближе. Он остановился рядом с кроватью, не касаясь её, но достаточно близко, чтобы она чувствовала тепло. Некоторое время они просто смотрели на огонь в камине. - Я боюсь, - наконец сказала Гермиона. Слова вышли резко, будто вырвались раньше, чем она успела их обдумать. - Не за себя. За них. Драко повернул голову. — За мать? За моих родителей? Она кивнула. - Белла… - она запнулась, словно всё ещё не привыкла произносить это имя без внутреннего сопротивления. - Она старается. Правда старается. И Нарцисса… и Люциус. Я вижу, что они понимают, к чему всё идёт. Но если я сделаю хоть один неверный шаг - Лорд не пощадит никого. Драко сжал челюсть. - Он и так никого не щадит. - Но пока они ему нужны, - возразила Гермиона. - Пока они полезны - они живы. А если я встану поперёк… - она перевела дыхание. - Я не знаю, куда их спрятать. Не знаю, существует ли вообще место, где он не достанет. Драко опустился на край стола напротив неё. - Ты думаешь, что обязана их спасти в одиночку. - Потому что это из-за меня, - тихо сказала она. - Из-за того, что я - его слабое место. Или оружие. Я ещё не решила. - Иногда ты напоминаешь мне Поттера. - Малфой потер переносицу, будто готовился объяснять элементарные вещи. - Ты - не вещь, - резко сказал Драко. - И не разменная монета. Гермиона посмотрела на него усталыми, но очень ясными глазами. - Тогда скажи мне, что делать, Малфой. Спрятать их в Министерстве? Взять под защиту Аврората? Это будет выглядеть как вызов. Он поймёт. Драко молчал несколько секунд, а потом встал и подошёл ближе. Осторожно, словно боялся спугнуть её, он опустился перед ней на корточки, чтобы быть на одном уровне. - Я не знаю идеального решения, - честно сказал он. - Но знаю одно: ты не должна решать это одна. Ни сейчас. Ни потом. Он протянул руку, не касаясь. - Моя мать не для того выживала рядом с ним столько лет, чтобы ты сломалась, пытаясь спасти всех сразу. И твоя - тоже. Гермиона закрыла глаза. - А если я не справлюсь? - Тогда мы будем справляться вместе, - сказал он просто. Она открыла глаза и посмотрела на него. В этом взгляде было всё: страх, усталость, благодарность и что-то ещё - тихое, почти болезненное доверие. - Спасибо, что пришел, - прошептала она. Драко чуть улыбнулся - без самодовольства, без иронии. - Я тоже. За окном ветер шевелил голые ветви деревьев и Блэк совершенно не заметила, как заснула. Прошло совсем немного времени, прежде чем Гермиона снова осознала себя. Сон был коротким, рваным, но удивительно спокойным - без кошмаров, без тяжёлых мыслей, которые обычно наваливались, стоило закрыть глаза. Она медленно приподнялась на локтях, привыкая к мягкому свету в комнате, и первое, что увидела, был огонь в камине. А рядом с ним - Драко. Он сидел на полу, прислонившись спиной к креслу, и держал на коленях знакомую папку. Ту самую - с пергаментами, заметками, схемами и пометками на полях, которые она собирала последние месяцы. Он был сосредоточен, хмурился, иногда делал пометки, словно находился не в Мэноре, а в библиотеке Хогвартса. Гермиона почувствовала, как внутри становится легче. Недолгий сон явно пошёл ей на пользу: тревога отступила, а вместе с ней вернулось то самое живое, чуть колкое настроение, которое она по-настоящему любила в себе. - Как благородно, - протянула она, устраиваясь удобнее. - Рыцарь, который сдержал себя и не лёг рядом со спящей принцессой. Драко даже не сразу поднял голову. - Принцессой? - переспросил он, наконец взглянув на неё. В уголке губ мелькнула усмешка. - Прости, но ты скорее злобный дракон. Я просто побоялся разбудить. Ответ не заставил себя ждать. В него тут же полетела декоративная подушка. Драко успел перехватить её на лету и тихо рассмеялся. - Видишь? - сказал он, поднимаясь. - Моя теория подтверждается. Гермиона фыркнула, откидываясь на подушки. - Осторожнее, Малфой. Драконы злопамятны. - А я умею выживать, - ответил он, снова опуская взгляд на пергаменты. В комнате снова стало тепло - не от огня, а от этого простого, почти домашнего момента, в котором было больше поддержки, чем в сотне громких слов. Юная мисс Блэк явно решила проверить как же Малфой будет выживать рядом с ней. Гермиона поднялась с кровати слишком легко для человека, который ещё недавно выглядел так, будто мир вот-вот рухнет, и направилась к ширме. - Мне срочно нужно переодеться, - сообщила она невозмутимо. - Жизненно необходимо. - Разумеется, - отозвался Драко, не поднимая глаз от папки. - Прямо сейчас. Когда я в комнате. Логично. Мантия с тихим шорохом соскользнула с её плеч. Драко всё-таки посмотрел. И тут же замер. Тень на ширме была нечёткой, размытая линия плеч, движение рук, поворот - ничего откровенного и именно поэтому раздражающе притягательного. Он поймал себя на том, что следит за каждым её движением, и это злило его сильнее всего. - Ты это делаешь нарочно, - сказал он, уже не притворяясь равнодушным. - Что именно? - спросила Гермиона, будто действительно не понимала. - Всё, - резко ответил он. - Абсолютно всё. Она усмехнулась. - Я просто переодеваюсь. - Нет, - Драко захлопнул папку и поднялся. - Ты провоцируешь. И тебе это прекрасно известно. За ширмой на мгновение стало тихо. - А если и так? - спокойно спросила она. - Тебе не нравится? Он фыркнул, явно раздражённый. - Мне слишком нравится, чтобы делать вид, что это не так. Гермиона замерла, затем медленно выглянула из-за ширмы, всё ещё прикрытая тканью. - О, Малфой, - мягко сказала она. - А я думала, ты будешь всё отрицать. - Я не Уизел, - мрачно отозвался он. - И не собираюсь врать ни тебе, ни себе. Он подошёл ближе, остановился в паре шагов, не переходя границу. - Но если ты думаешь, что можешь играть со мной и не получить реакции - ты ошибаешься. Гермиона смотрела на него несколько секунд, затем улыбнулась - уже без насмешки. - Значит, всё-таки нравится. - Да, - коротко сказал он. - И ты это прекрасно знаешь. В этот момент раздался тихий хлоп. - Молодые хозяева, - сказал писклявый голос, - миссис Малфой просила передать, что ужин подан. Домовой эльф почтительно поклонился и исчез. Повисла пауза. Гермиона первой отступила за ширму. - Похоже, меня спасли, - сказала она. Драко выдохнул, проведя рукой по волосам. - Временно, - ответил он. - Этот разговор не закончен. - Я и не рассчитывала, - отозвалась она. И именно с этим ощущением - недосказанности и искрящегося напряжения они отправились к родителям. Они спускались в столовую бок о бок, и Гермиона поймала себя на том, что впервые за долгое время не считает шаги и не прокручивает в голове возможные варианты будущего разговора. Она просто шла. И замерла на пороге. Столовая изменилась до неузнаваемости. Высокие стены больше не давили холодным величием: между тёмными панелями мягко мерцали гирлянды зачарованного света, еловые ветви были украшены не строгими фамильными символами, а стеклянными шарами, свечами и старыми, почти наивными украшениями. На длинном столе стояли не только привычные серебряные приборы, но и тёплые, почти домашние детали - тканевые салфетки, небольшие венки, миски с фруктами и орехами. - Ничего себе… - тихо выдохнула Гермиона. В груди что-то странно сжалось. Это ощущение было неожиданным и до боли знакомым - словно она вдруг снова оказалась в гостиной Грейнджеров, где отец всегда путался в гирляндах, а мама смеялась и говорила, что «идеальной симметрии не существует». Где ёлку украшали вместе, спорили, перекладывали игрушки и пили чай прямо на полу. Она моргнула, отгоняя воспоминание. - В этот раз, - заметил Драко, оглядывая зал с явным удивлением, - моя мать решила отказаться от аристократического минимализма. Он перевёл взгляд на Нарциссу. - Случай редкий. Я даже начинаю волноваться. Нарцисса улыбнулась - тепло, почти мягко, совсем не той светской улыбкой, к которой привыкли в этом доме. - Я просто хотела, чтобы вы чувствовали себя в безопасности, - спокойно сказала она. - Хотя бы здесь. Гермиона усмехнулась, качнув головой. - Это невозможно, - тихо ответила она. - Но… спасибо за попытку. Белла стояла чуть в стороне, внимательно наблюдая за дочерью. В её взгляде мелькнуло что-то резкое, почти болезненное, но она быстро взяла себя в руки. - Где отец? - спросила Гермиона, словно между делом. Белла нахмурилась. - Отлучился по делам. Должен вернуться завтра. В голосе не было облегчения - только настороженность. Они расселись за столом: Блэки и Малфои, две семьи, связанные узами, которые давно перестали быть простыми. Домовики бесшумно подали блюда, огонь в камине потрескивал, а за окнами медленно опускалась ночь. И пусть безопасность была иллюзией, этот ужин - украшенный светом, памятью и редким спокойствием - казался почти настоящим. Гермиона медленно наклонилась к Белле, почти касаясь губами её уха. - Насколько сейчас безопасно говорить? - тихо спросила она. Ведьма не ответила сразу. Её взгляд скользнул к запястью дочери, задержался на браслете, подаренном на бал, и в нём мелькнуло понимание. Белла едва заметно покачала головой, после чего, не привлекая лишнего внимания, вынула палочку. - Muffliato. Protego Sonorus. Воздух в столовой словно стал плотнее, звуки приглушились, камин зашипел тише, а стены, казалось, отступили, оставляя их в узком, защищённом круге. Гермиона отодвинула тарелку. Аппетит исчез так же резко, как и появился. Она выпрямилась и посмотрела на взрослых - прямо, без тени сомнения. - Я рассказала вам о своих планах, - сказала она спокойно. - И отступать от них не собираюсь. Белла напряглась, пальцы её слегка сжались на краю стола. - Поэтому мне нужно знать, - продолжила Гермиона, - существует ли на земле место, куда отец не доберётся? Наступила тишина. Нарцисса задумалась, её взгляд ушёл куда-то вглубь себя, словно она перебирала старые карты, имена, тайники и ошибки прошлого. Люциус же, напротив, ответил почти сразу: - Однажды, - медленно произнёс он, - я приобрёл неприметный дом на скандинавском полуострове. Без магических меток, без привязок, через подставных лиц. Лорд о нём не знает. И не должен узнать. Гермиона кивнула, принимая информацию как ещё один элемент мозаики. Затем её взгляд скользнул к Драко. Он сидел напротив, внешне спокойный, но слишком хорошо знал её, чтобы не заметить, как изменилось выражение её лица. В этом взгляде уже был готовый план - холодный, расчётливый и пугающе одиночный. В её идеальной версии он должен был уехать вместе с семьей. Под защиту. Подальше от удара. Чтобы не пострадать. Это моя война, - думала она. Моя и моего отца. И именно поэтому она пока ничего не сказала вслух.