Найти тебя вне цирка

Мы все просидели в баре допоздна. Время показывало уже час ночи. Джекс напился до такой степени, что его ноги еле держали. Хорошо, что Зубл не пила, иначе бы нам всем пришлось добираться своим ходом, и я бы точно не выдержала одна тащить к себе домой высокую дылду, что еле держится на ногах. Пока мы все сидели в баре, нам удалось хоть немного обсудить Королера и план к дальнейшим действиям. Хоть алкоголь и играл в моей крови, я все еще держалась, чтобы здраво мыслить и устойчиво ходить на ногах. Мы договорились, что завтра все спишемся, чтобы подобрать день и время для похода в психиатрическую больницу. Мы вышли из бара и шли по холодной улице. Зубл шла впереди, время от времени оглядываясь, чтобы убедиться, что мы не отстали. — если он вырубится по дороге, я не помогу — сказала она, усмехаясь. — Самое большее это могу его ногой подталкивать. — да не вырублюсь я… — пробормотал Джекс, но шаг его всё равно был шатким. Когда мы дошли до парковки, Зубл открыла машину, и я, подхватив Джекса за локоть, помогла ему забраться на заднее сиденье. Он рухнул на него с тяжёлым выдохом, закрыл глаза и положил голову мне на плечо. — эй — тихо сказала я, но он не ответил. Его дыхание стало ровным, и я поняла, что он начал засыпать. Я окинула его пьяное и спокойное лицо взглядом и улыбнулась. Такой простой. Совсем противоречит тому Джексу, которого я знаю. Алкоголь в его крови разбушевался до такой степени, что даже в полудреме он что то бормотал про меня. Подруги тихо смеялись с этого, а я просто наслаждалась моментом. Вся тревога вдруг отступила. Когда машина тронулась, я посмотрела в окно. Город был полон огней от фонарей, пустыми улицами и той самой знойной серостью осени. Без солнца осень выглядела… мрачно, но листва, что покоилась на земле, окрашивала эту серость. Когда мы подъехали к моему дому, я легко коснулась плеча Джекса, чтобы разбудить его, на что он просто перехватил мою руку и переплёл наши пальцы. Я оглянула подруг, что посмотрели на эту сцену и опустила взгляд. Рагата, что сидела рядом с Джексом, одним ударом по спине заставила его сразу же поднять голову и открыть глаза. Но мою руку он так и не отпустил. — приехали — сказала она — выходите уже — ой… Пом, а я что…опять у тебя буду спать? — его голос звучало пьяно. — да, да, у меня — тихо пробубнила я. — оооотлично, Зуби ведь не один презик подогнала же — с ехидной ухмылкой сказал он, явно не следя за своими словами — ты идиот?! Выметайся с машины уже. Ты пьяный вдребезги. — внутри меня разбушевался огонь и я быстро вышла с машины и одним резким движением дернула его за локоть, от чего он чуть не упал, пока выходил с машины следом. Девочки окинули нас взглядом. У каждой на лице была разная реакция. Рагата удивленно окинула нас взглядом, а после перевела взгляд к моей шее. Как назло горло водолазки снова чуть спустилось, показывая рисунки на моей коже. И кажется, в этот момент, в её голове сложился последний пазл. Зубл рассмеялась, чуть постукивая руками по рулю. — удачи вам, ребята Я закатила глаза и потащила Джекса к подъезду. Он шёл неровно, иногда спотыкался. Когда дверь за нами захлопнулась, в подъезде стало тихо, только слабое эхо шагов и гул в голове. — Джекс, ты реально идиот — выдохнула я, помогая ему подняться по лестнице — зачем было это нести при всех? — а? Ты про что… — еле говорил он — господи, пошли уже… Он резко остановился и дернул меня за руку. Я в долю секунды оказалась прижатой к стене, а его ладонь скользнула по моей талии. Он потянулся к моей шее и начал кусать кожу. Хотелось поддаться вперед, но что то все еще трезвое внутри меня шептало, что этого делать не нужно. Я чуть отстранилась от него, чтобы разорвать его пьяные действия. — ты…Не лезь, мы даже не дошли — то есть дома… эт… продолжим? — спросил он с ноткой пьяной ухмылки — размечтался — я щелкнула пальцами ему по носу и пошла дальше по лестнице, изредка наблюдая, как он еле тащится. Ключ в двери щелкнул и я вошла в свою квартиру. Тепло сразу окутало меня. Я сбросила с себя куртку и сняла обувь. Джекс все еще еле плелся где то в подъезде и я мирно ждала его у двери. Когда он наконец зашел внутрь квартиры, я закрыла за ним дверь. Он медленно снимал с себя куртку. По нему было видно, что каждое движение давалось ему с огромным трудом. Я тяжело выдохнула и уперлась плечом о дверной косяк, наблюдая со стороны на усердные старания Джекса снять с себя куртку. В какой то момент я не выдержала и подошла к нему. Я дернула куртку и одним движением сняла её с него, повесив следом на вешалку. — с обувью то хоть справишься? — буркнула я, окидывая его взглядом. Он ничего не ответил, лишь спустился по стене и уселся на пол, снимая с себя кроссовки. Когда он наконец справился с обувью, я подала ему руку, чтобы помочь встать. Он принял её и я еле подняла его обмякшую тушу. Я посадила его на кровать, а сама принялась за тем, чтобы найти для него одежду. Ему повезло, что я почти не носила женственных вещей и большинство места в моем гардеробе занимали огромные футболки, что даже ему были бы велики. Я любила ходить по дому в чем то свободном, поэтому и скупала все футболки и шорты на несколько размеров больше моего. Кинув ему черную футболку с шортами, я схватилась за одежду, что была уже для меня. — переоденься — сказала я и направилась в ванную — только не усни посреди комнаты, ладно? — не обещаю — пробурчал он. В ванной я умылась, надела домашние шорты и широкую футболку. Алкоголь всё ещё приятно грел изнутри, но голова уже прояснялась. Когда я вышла, Джекс сидел на кровати в переодетой футболке, волосы торчали в разные стороны, глаза полуприкрытые. — ну вот, уже почти человек — усмехнулась я. Он посмотрел на меня и вдруг тихо сказал — Пом… иди сюда. — Джекс, я не твоя нянька, ложись спать. — не нянька — он покачал головой и чуть улыбнулся. — Просто… подойди. Я закатила глаза, но всё равно подошла. Он потянул меня за руку, и я не успела среагировать, как оказалась рядом с ним. Его рука скользнула мне за спину и легко прижала ближе. Он лег на кровать, притягивая меня за собой. — ты проникаешь в мой мозг все глубже и глубже… я уже заебался, чесн слово, но и без этого я жить уже не могу. Я отталкиваю, отшучиваюсь, хотя внутри меня такой огонь… я правда не чувствовал такого раньше. Ты че со мной делаешь? — пробормотал Джекс, крепче сжимая свои руки на моей спине. Я пустила пальцы ему в волосы. Он сжал меня чуть крепче, прижимая ближе к себе. Я чувствовала, как его сердце бьётся быстро, сбивчиво, как будто слова вырывались не из алкоголя, а из какой то старой, затаённой правды, что пряталась в нём слишком долго. — ты сломала все мои принципы, Пом — продолжил он, еле слышно. — Я всегда знал, что нельзя привязываться. А потом пришла ты и я будто перестал быть собой. Я замерла, не зная, что сказать. Он вдруг ослабил хватку, посмотрел на меня снизу вверх, усталый, но какой то до боли честный. — Джекс, ты не вспомнишь это на утро, давай ляжем спать… — тихо сказала я, хотя мне не хотелось бросать этот момент. — я то, может, и не вспомню, но ты точно запомнишь — в его голосе чувствовалось тепло Я снова прильнула к нему, обвивая его шею своими руками. В его объятиях забывалось все, кроме чувств, что так сильно бушевали внутри каждого из нас. В его объятиях я чувствовала себя слабой и уязвимой. Остались лишь он, я и чувства, что с каждым ударом наших сердец возрастали. Тишина окутала комнату. Лишь слабый свет из за шторы ложился на нас мягким отблеском, будто не хотел мешать. Я уткнулась носом ему в шею, вдохнула запах алкоголя, табака и чего то родного, что всегда исходило от него. — не отпускай — шепнула я, сама не зная, зачем. — даже если захочу — пробормотал он, уже наполовину во сне — не смогу. Он прижался крепче, и я почувствовала, как мышцы его рук расслабились. Его дыхание стало ровным, глубоким. Мир постепенно растворился. Бар, холодная улица, слова, которые он сказал. Всё исчезло, оставив только одно. Его тепло, его рука на моей спине и ощущение, что, может быть, в эту ночь всё наконец на своих местах. Я закрыла глаза и позволила себе утонуть в этом спокойствии. Пусть даже завтра он ничего не вспомнит. Пусть эти слова растворятся вместе с остатками алкоголя в его крови. Я запомню. Каждую фразу, каждый взгляд, каждый удар его сердца под моей ладонью. И уже через мгновение сон накрыл нас обоих. Тихо, как тень, оставив в комнате только два переплетённых дыхания и тёплый шрам между нами, что больше не болел.