Найти тебя вне цирка

Утро выдалось спокойным и тихим. Когда Джекс со мной рядом, не хотелось думать о чем то ином. Я чувствовала себя девочкой подростком, что по уши влюбилась в мальчика со школы и это чувство до жути согревало. Я разглядывала его сонное лицо и внутри меня возникло непреодолимое желание прижаться к нему крепче и больше никогда не отпускать. Я не стала сопротивляться этому чувству и обвила его руками, утыкаясь своим носом в его грудь. Почти в эту же секунду я почувствовала его теплые руки на моей спине и тихое, сонное мычание из его рта. Я прикрыла глаза лишь на секунду и совсем не заметила, как сон снова начал окутывать мое сознание.

***

Громкий звук звонка пробивал тишину комнаты. Я приоткрыла глаза и приподняла голову. Мне не хотелось отстраняться от Джекса, но если я не отвечу, то звонки могут продолжаться вечность. Мне пришлось отстраниться от него, чтобы встать с кровати и ответить на этот уши-раздирающий звонок. Я по инерции нажала на кнопку ответа, даже не посмотрев, что за номер мне звонил. По ту сторону трубки послышался незнакомый мужской голос. — здравствуйте, Кристин. Я из полиции, звоню по поводу Каина. Эти слова врезались в меня с такой силой, что я тут же взбодрилась. Весь сон мигом пропал, будто я выпила несколько литров кофе. — Каина..? а да… есть какой нибудь сдвиг? Что с ним будет? — спросила я. Из меня так и хотели вырваться еще вопросы, но большинство из них я оставила неозвученными. — сегодня вам всем нужно появиться в отделении. Там я все подробно расскажу и покажу. В 14:00 буду ждать вас. — это все, что сказал следователь, перед тем как кинуть быстро «до свидания, только не опаздывайте» и сбросить трубку. Я еще долго смотрела на экран телефона, где всё ещё горело «вызов завершён». На душе стало пусто, будто кто то сжал воздух вокруг меня и выкачал из него всё тепло. Я машинально опустила руку, не сразу понимая, что она дрожит. — кто звонил?.. — донесся хрипловатый голос Джекса. Я подняла взгляд. Он уже проснулся, приподнявшись на локтях, и в его глазах всё ещё блуждало остаточное сонное затмение. — полиция — коротко ответила я. — По поводу Кейна. Сказали, чтобы мы все пришли в отделение к двум. Он выдохнул, тяжело, будто эти слова вонзились в него не меньше, чем в меня. — Зубл, Гэнгл и Рагата уже знают? — нет — покачала я головой. — я только что проснулась… еще не успела сказать. На недолгое время в комнате повисла тишина. Слишком громкая тишина. Её хотелось прервать хоть чем то, лишь бы не слышать этот гул в ушах. Я собралась с мыслями и все же решила позвонить всем, дабы предупредить их, что сегодня нам нужно в два часа быть в отделении полиции. Мой выбор пал сначала на Рагату. Пальцы тыкнули на её имя в контактах скорее произвольно, нежели осознанно. Раздались протяжные гудки, но даже они казались лучше любой тишины, что врезалась в барабанные перепонки, оставляя за собой неприятный шум. — ало? Что то случилось? — наконец послышался голос подруги, после долгих гудков. — а… нет, просто… сегодня в два нам нужно всем быть в полицейском участке, мне позвонил следователь, сказал, что есть новости — мой голос чуть дрожал. Я не могла скрыть страха, что покоился внутри меня и не хотел покидать ни на секунду. Рагата некоторое время молчала, будто испытывая все тоже самое, что и я, но спустя время все же ответила мне. — хорошо, к часу буду у тебя. От тебя добираться ближе — она тяжело выдохнула — до встречи, Помни… И после вызов сбросился, оставляя за собой ту самую тишину, что так и преследовала меня. С каждым днем я пыталась забыть все. Пыталась не вспоминать, но даже в это уютное утро страх снова одолел каждую часть моего тела. Страх с того самого пережитого, но не забытого дня, когда крови ушло слишком много, а сердце перестало биться. Я не могла унять внутри себя это противное, ужасное чувство. Я сжала телефон в руке и глубоко вдохнула. Казалось, воздух стал тяжелее, будто каждая молекула пыталась пробиться в лёгкие сквозь густой туман. Джекс всё это время молча наблюдал за мной. Я почувствовала его взгляд, но не могла поднять глаза. Боялась, что в его лице увижу отражение собственного страха. — Пом… — тихо позвал он, выдергивая меня из вязкого потока мыслей. Я все же повернулась к нему, ловя в отражении его глаз свое лицо. Меня тут же передернуло от этого отвратительного чувства. Снова мне казалось, что это не я. Снова это ужасное ощущение, что это тело не мое. Снова я не ощущала себя чем то живым, что требует сна и питания. Только лишь гулкие удары сердца в моих ушах давали мне знак о том, что я действительно здесь. Действительно жива. Джекс аккуратно коснулся моего плеча, этим действием полноценно выдергивая меня из ощущения нереальности. Я тряхнула головой, будто смахивала остатки этого гнетущего чувства. — все хорошо — сказала я и не поверила даже самой себе. Он окинул меня взглядом, будто ища во мне хоть каплю лжи. И он нашел её. — не верю — коротко бросил он. — да… да мне просто тяжело снова возвращаться даже мыслями в тот день… я совсем не ожидала, что сегодня придется окунуться туда… — Пом… я.. я не знаю, что говорить. Ты прекрасно понимаешь, что я не умею поддерживать и всё такое… но давай сейчас мы отпустим это. Прошлое остается в прошлом и хватит проживать этот кошмар раз за разом… просто ответь мне на один лишь вопрос, сейчас же все хорошо? Этот вопрос врезался мне в грудь. «Сейчас же все хорошо?». Мне не хотелось врать, но и правда была для меня слишком жестока. Я начала проматывать в своей голове каждый момент после всего, что произошло. Долгие дни в больнице, вечные уколы, головные боли. Белые стены, однотонное постельное белье, звук часов, что заглушал тишину с каждой пройденной секундной. А потом Джекс. Как его перевели в палату. Наши объятия. Биение его сердца и тепло рук. Его попытки оттолкнуть меня снова, но все провалилось с первым разговором у меня дома наедине. Наше сбивчивое дыхание, его руки на моем оголенном теле. Наши губы. Наши тела, что тянулись друг к другу. Его пьяные и до жути правдивые слова. Он. И наверное, только сейчас я действительно поняла… сейчас же и в правду все хорошо. Я улыбнулась воспоминаниям, что бегали в моей голове и наконец почувствовала легкость. — сейчас все действительно хорошо — наконец ответила ему я, не пряча свою улыбку. Внутри меня отступило то чувство, что заставляло мои руки трястись. Я успокоилась лишь благодаря словам Джекса. — Джекс… я иногда действительно тебя не понимаю. Ты… ты поменялся… очень поменялся… имею ввиду в лучшую сторону… — я и не менялся… я всегда таким был, просто сам устал скрывать свои эмоции… смысл это делать, если внутри меня не то холодное чувство, которое я обычно пытался показывать, а совсем иное… даже необъяснимое для меня. Ты перевернула мой мир и видеть тебя в таком состоянии… я… я правда не хочу — он на долю секунды задумался, а потом пустил тихий смешок — ты превращаешь меня в мальчика, который по уши влюбился… и я не могу с этим ничего сделать… и не хочу ничего менять. Я даже сейчас звучу как тупой подросток, который впервые признается девочке в любви, но… просто давай жить спокойно? Я лишь на маленькую долю секунды задумалась и кивнула его словам. Груз с груди сразу куда то отступил и осталось самое простое ощущение легкости, будто кто то снял с меня кандалы и дал мне волю идти дальше. — спасибо тебе… Джекс — тихо сказала я, цепляясь своими глазами за его. Он улыбнулся. Нет, не той натянутой улыбкой, что он часто использовал в цирке, а той улыбкой, от которой внутри загоралось пламя. Самое яркое пламя, которое согревало и могло даже обжечь, но обжечь не болью, а чем то до жути приятным, совсем необъяснимым для меня. Я снова схватилась за телефон и решила набрать Зубл, дабы предупредить и её, что сегодня нам всем нужно показаться в полиции. На этот раз мои пальцы не тряслись и я уверенно нашла в контактах Зубл и нажала на кнопку вызова. Спустя пять гудков я услышала знакомый голос. Я быстро сказала ей, что в час буду ждать у себя, так как от меня до отделения было не так много времени езды, и услышав положительный ответ от подруги, я сбросила вызов, положив телефон на тумбу. Я рухнула на кровать рядом с Джексом и уставилась в потолок, снова ненадолго погрузившись в свои мысли. Но эти мысли уже не были тягучими и вязкими, скорее обычными, спокойными. Вопросы бегали в моей голове. Что будет с Кейном? Какая судьба его ждет? После всего произошедшего, я искренне желала, что не самая хорошая, но от меня здесь ничего не зависело, осталось лишь ждать, что нам скажет следователь. Время на часах было лишь одиннадцать утра. Глаза уже не смыкались, но внутренняя тишина успокаивала. Я метнула взгляд к Джексу. Он тоже задумался о чем то своем, что известно лишь только ему. — о чем думаешь? — спросила его я. — если бы тогда… в тот день все произошло иначе…возможно, я бы так и не понял, насколько ты мне… важна — получается, ты понял, что я тебе важна, только после своей же остановки сердца из за какого то чувака с манией величия? Серьезно? — я чуть усмехнулась, не говоря эти слова всерьез — тогда я переживал не за себя, Помни… а за тебя. Плевать, что там произошло со мной, но тебе всё это точно не нужно было… именно поэтому я и пытался тебя оттолкнуть. Я хотел защитить тебя, но сам не понял, как подставил нас обоих под опасность. — ты тут не причем, никто не знал, что так все обернется… — я тяжело выдохнула — а теперь давай закроем эту тему и пойдем уже позавтракаем. — после этих слов я встала с кровати и протянула руку Джексу, чтобы он схватился за неё и встал следом за мной. Он не сразу потянул свою руку к моей, но спустя время все же положил ладонь в мою и я одним резким движением его дернула, от чего он чуть не упал, но зато сразу поднялся с кровати, ставя ноги на пол. Он окинул меня раздраженном взглядом от моего резкого движения, на что я лишь тихо усмехнулась, отпустив его руку и направившись в сторону кухни. Мои пальцы машинально нажали на кнопку чайника и я поставила две кружки на стол. Движения были уже выученными наизусть. В мою кружку две чайных ложки, в его три. У меня чистый кипяток, у него разбавленное. Мне с молоком, ему без. Я глубоко вдохнула, чувствуя аромат свежесваренного кофе, что разносился по кухне, и позволила себе легкую, почти невесомую улыбку. Сегодня мы просто поедем туда. Вместе. А дальше… будет видно.