Артем

      Я навсегда запомнила тот момент, когда осознала, что такое стыдно. Об этом и будет мой небольшой рассказ.       Первый мальчик, кто не был моим родственником, и кто был примерно одного возраста со мной, был мальчик из соседнего с моей бабушкой дома. Мне было года четыре, когда мы с ним познакомились.       Тот день был самым обычным из многих августовских дней. Лето шло к закату, мои родители собирались ехать в какой-то город с загадочным названием Анапа. Почему-то он им был очень важен и там было какое-то море. Впрочем о нём как и об Анапе я ничего тогда не знала. Мне было страшно уезжать от бабушки, которая была мне очень дорога в те беззаботные годы детства.       Мы с мамой, в её выходной, сели на троллейбус и поехали к бабушке, как мне тогда казалось, на конец города. Это конечно же был не конец, а только остановка, со смешным названием, «Пятачок». Но мне тогда думалось, что это конец, ведь дальше этой остановки мы никогда не ездили.       Перейдя дорогу от остановки, мы привычно свернули в кривенький проулок между домами. Там вечно было как-то грязно и неприятно. Мне почему-то никогда не нравились те старые дома, фасады которых подпирали железные опоры, как объяснял мне отец, чтоб они не рухнули.              Дома были со скрипучими деревянными половицами в подъезде. В них всегда как-то темно и страшно. То ли дело, наш огромный, светлый подъезд в большом кирпичном доме, с широкими ступенями и красивыми резными перилами, с которых мне нравилось съезжать, подражая героям детского кино.       В том противном дворе были не менее противные, огромные гуси, они важно паслись в траве и завидев людей начинали призывно гоготать и страшно шипеть, подобно змеям. К счастью, именно в тот день гусей там не оказалось. Во дворе стояла приятная женщина в цветастом платье. Она приветливо заулыбалась маме и мне. Женщину звали Тётя Света, в принцип, мне было глубоко всё-равно, меня раздражало огромное колличество всяких тёть окружавших мою маму.       Дети этих тётей: Тань, Наташ, Люд и т.д., давно выросли, а я только появилась. Так что, часто страдала от избытка внимания к своей персоне. Тогда, я была, ещё той зазнайкой, и воспринимала всё, как должное. Вообще в детстве мне часто казалось, что весь мир крутится вокруг меня одной. Стоило мне чего-то захотеть, как мои желания исполнялись и никто мне ничего не говорил. Но, в том-то и дело, что я ничего по-настоящему не хотела. У меня всё было в избытке.       Пожалуй, единственное из-за чего, вернее из-за кого, у нас с родителями был конфликт - бабушка. Мама меня ужасно ревновала к ней, хоть и сама способствовала нашему сближению. Я уже не говорю о том, как она жутко ревновала меня к отцу.       Какое-то время я покрутилась возле мамы и новой тёти, но быстро утратила к ней интерес. Они начали обсуждать каких-то незнакомых мне людей и всякие понятные лишь им события, а мне стало невыносимо скучно.        Рядом стояла покосившаяся от времени летняя кухня старой, горбатой бабы Ани, и я решила пойти её поисследовать. Мама с тётей Светой, даже не заметили, когда я исчезла. Какое-то время задворки летней кухни завладели моим вниманием, здесь лежали стопки старых газет, пара сломанных тачек, одна без колёса, а вторая без ручки, порванная одежда и какие-то куски не понятно чего вообще.       Когда мне надоело всё это рассматривать, я вернулась к маме. В это время через двор прошла высокая худая женщина в платке, из-под которого виднелись седые волосы. Мама поздоровалась с ней, назвав её, тёть Кать. Та умилилась с того, какая у неё красивая девочка, то есть я, и начала говорить о каком-то Артёме, который где-то рядом бегает. В этот момент из-за угла дома выбежал мальчик и остановившись, уже спокойно подошёл к тёте Свете. Так меня познакомили с Артёмом.        Он был воплощением всего того, что я не любила в мальчиках: немного полноватый, пухлые губы и красные щеки и к тому же, кудрявые какие-то волосы. Короче, фу! С самого детства мне нравились худощавые мальчишки с тонкими губами и пронзительным взглядом. Этот Артём был явно не тем, кто мне мог бы нравится.       Потом пришла осень, или ранняя весна, но точно было очень холодно и шёл дождь. Это могло бы быть даже зимой, но в свои ранние годы, я плохо отличала времена года, а дождь у нас шёл часто. Но главное здесь не это.       Взрослые говорили между собой о ком-то. Я едва различила в их разговоре, что эта женщина сильно заболела, и что её сын останется без мамы. Потом я узнаю, что говорили они об Артёме. Чуть позже мне рассказали, что тётя Света умерла, и мы сходим её помянуть. Мама в тот день не взяла меня на похороны, я осталась с бабушкой, потому что на том кладбище было холодно. И все-таки я думаю, что была поздняя осень.        Артёма я встретила уже когда прошло, вроде, дней сорок, так сказали, но это не точно. Мне не хотелось с ним говорить, я его почти не знала. Мы просто посидели за столом с остальными взрослыми. Я знала, что на поминках надо вести себя тихо, но почему-то мне хотелось встряхнуть эту невыносимую тишину, сопровождаемую стуком ложек о тарелки.       А дальше, дальше, пришла весна, мой день рождения. Мне было пять лет, и папа Артёма привёл его ко мне домой. Странно, я не могу вспомнить взрослых в этот день. Возможно они были, а возможно это было уже не первое, а второе мая. Факт в том, что в тот день я помню только Артёма и Любу, мою подругу детства, на тот момент самую - самую близкую. Я так навсегда и запомнила тот день. Артём пришёл с папой, он подарил мне детскую печку со шкафчиком, как настоящую. Мне понравилась эта игрушка. Хотя, я мало любила играть, книжки просто обожала, а игрушки не особо.        Мы весело провели время, разрезали именинный торт, и пошли в парк. Много катались на всём подряд с моей мамой. Маму, как всегда, стошнило после каруселей. Артём смеялся в тот день, он был обычным весёлым мальчишкой, шутил и играл. Возможно, общение с двумя девочками сильно развеселило его. Но вот вечером, когда за ним пришёл папа произошло не очень хорошее что-то. Мы играли у меня в комнате в «Поле - чудес», новую игру, что начала идти по телеку. Артём загадывал всякие слова, а я угадывала по буквам, как в кроссворде.       Разыгравшись, я так увлеклась, что и не заметила, как Артем сел ко мне поближе и попытался обнять. Не знаю, что тогда на меня нашло, но в следующий миг я оттолкнула Артёма и отвесила ему пощёчину. Это вышло как-то быстро, жестоко и мне до сих пор стыдно за свой поступок. Вечер был испорчен, мало того, моя мама увидела всю эту гадкую сцену. Почему-то она отругала меня и всё время напоминает мне о том поступке, даже спустя годы.       Как же хочется вернуться в тот день и всё - всё исправить, но, увы, нельзя.