в чем сила?

это не каторга и не концлагерь. ты видишь белый свет, природа вокруг сменяется, и птицы поют, и ты вообще-то живой, и слава тебе, господи, спасибо за хлеб насущный и крышу над головой. дай мудрости и сил пережить день завтрашний. дай сил, господи. дай сил, боже. дай сил, богородица, дай сил, прабабкин образок в углу над кроватью. дай сил, только сил, будут силы — будет день завтрашний, будут силы — будет хлеб насущный, будут силы — будет крутиться коленчатый вал. высшие силы, только дайте сил донести себя до дома. чтобы тебя по пути не сбили бесконечные дети-дети-дети-взрослые, школьники и студенты, пенсионеры и офисные клерки, господи, хоть бы они заткнулись, хоть бы они сдохли, эта неугомонная галдящая толпа. аминь. у санеми самые дешёвые, самые хуевые на свете наушники без шумоподавления вообще, у него болит голова от громкости музыки в них, но он всё равно слышит смех вокруг. это не унизительный смех над тобой, это не андреевский красный смех, это не помешательство, люди просто счастливы, оттого и смеются без конца, оттого-то их так и много, оттого-то все останутся, а ты подохнешь, как в том фильме для депрессивных подростков, только наоборот. до дома два шага, но ещё надо до лифта дойти, ещё в лифте с соседом поздороваться и сказать: "я тебя ненавижу" . то есть нет, неправильно, это надо подумать, а сказать надо: "как ваше ничего?" господи, спасибо, что дал сил дойти до кровати. санеми валится на неё в драных промокших ботинках и отчаянно старается не уснуть, потому что это его единственный нормальный выходной. нельзя проспать свой выходной, потому что хочется жить. настолько, что он чуть не заплакал однажды, глядя на поезд, под который нельзя броситься. нельзя покончить жизнь самоубийством, если вместо тебя завтра никто не сможет выйти на смену. санеми знает, он интересовался: юридически самоубийство не считается уважительной причиной для прогула. кроме того это некрасиво, это, прости господи, грех, а ещё это вообще не сильный поступок. если ты покончишь с собой, все будут говорить: "он не выдержал". а разве сильные могут что-то не выдержать? ведь друзья говорят санеми: — я тобой горжусь, ты очень сильный, раз работаешь, как лошадь, без выходных. ну конечно же, как может быть иначе? кто-то заболел и нужно взять дополнительные смены? а что с ним? ах, жуткий кашель, конечно же это уважительная причина, это же целый больничный лист, конечно же санеми выйдет в сутки. не за бесплатно же. и вообще получается, что смен в месяце больше, чем дней, просто магия какая-то. точно магия, ведь ещё и наколдуется премия. санеми очень-очень сильный, раз до сих пор никого не убил. и себя тоже, но мы уже выяснили, что это исключено. упаси господь. он ни разу даже не кричал на посетителей, потому что это непрофессионально. вот желать смерти вслед и проклинать, про себя, разумеется, можно, в трудовом договоре нет такой статьи, не догонишь и не поймаешь, шито-крыто. и друзей посылать к ебене матери, потому что достали, потому что нет сил с ними говорить, потому что нет сил их слушать и видеть, можно. это абсолютно законно. но так можно делать только во время непринуждённой беседы. а если у кого стрясется горе или беда? тогда нужно сказать: — помоги себе сам. нет, конечно же нет, опять неверно, так можно только про себя подумать. два плюс два: если кто-то просит помощи, значит, он не справляется сам. значит, просто не вывозит. что? да, он просто слабый. а ты вот сильный, а ты разверни-ка свою силу на полную, разложи её, как скатерть-самобранку-хер-пойми-откуда-всё-берётся, а ты разожми кулак да протяни руку помощи, докажи, что тебя на всех хватит. отхаркни-ка селезёнку, раскромсай да раздай всем нуждающимся по кусочку. так ведь и тебе легче будет, так ведь и ничего внутри не лопнет невзначай, так ведь и не надорвёшься никогда. итак, если тебя кто-то просит помочь, надо сказать: — да, я сделаю это за тебя, хуйня вопрос. санеми же нужно быть всесторонне развитым, чтобы точно быть лучше всех во всём? господи, помоги. конечно же он поможет перетащить все вещи при переезде, конечно же он подошьёт две пары брюк, конечно же он передвинет, разберёт и соберёт обратно всю мебель. всё почему? не потому что он добрый, упаси господь. а потому что он сильный. а вы вот все слабые, раз без его помощи совершенно точно бы не обошлись. ведь не обошлись бы, да? то-то же, санеми - самый пиздатый друг на планете. и ему совершенно не сложно, ему совсем не составит труда приехать и разгрести все неурядицы одной левой. и конечно же это всё после смены. потому что что? правильно, потому что санеми не только лучший друг, он ещё и лучший сотрудник. самый-самый-самый, который за себя и за того парня, без которого бы вы все давно пропали. на нём всё здесь держится, а при этом ещё и деньги есть. вот и ладушки, вот и слава тебе господи, только новые ботинки он покупать не будет. ничего страшного, что зимой холодно, санеми ведь всё равно самый выносливый. а так он ещё и самый богатый, и в долг, конечно же, даст, и напоминать про него не будет, потому что это ниже достоинства. санеми смотрится в зеркало и выдаёт: — ну ферзь! опять неправда, да что ж такое. он смотрится в зеркало и надрывно так, знаете, некрасиво и хрипло, как мантру заученную, вполголоса бормочет: — убей себя, пожалуйста. прости, господи. а потом едет и напивается вусмерть, потому что надо пожить после работы, чтобы уж совсем с катушек не слететь, а потом просыпается в незнакомом доме, где оказался сто процентов потому что был очень нужен, потому что без него хуже, чем с ним. первый просыпается, раньше всех, потому что опять на смену надо, они-то пусть хоть и спят до обеда, бездельники, а он человек занятой. его отсутствие на рабочем месте — это зомби-апокалипсис. во-первых, потому что это невозможно, во-вторых, потому что весь мир покатится к чёрту под ноги. ведь ему совсем не сложно, и тринадцать часов — это короткая и лёгкая смена, и ничего страшного, что от людей и звука открывающейся двери тошнит, и ничего страшного, что он всех их ненавидит и отыгрываться будет на кафельных стенах. он справляется. ему не нужна помощь, никогда. только вот он домой приходит и в стену смотрит, потому что жалко выходной на сон тратить, надо бы что-то поделать. для начала встать с колен и снять бы ботинки, а то он с кровати на пол уже сполз, а это до добра не доведёт. он так половину дня уже простоял, мало времени остаётся. ножи вот дома неточены, непорядок. там много дома чего не в порядке, но санеми заметил только ножи, потому что горло себе перерезать не вышло. господи, прости. ничего он себе перерезать не будет, ему на смену завтра выходить. а вот уже оттуда... а вот оттуда пусть выносят вперёд ногами. господи, услышь. аминь.